Куртизанка - Кэррол Сьюзен - Страница 82

Девушка вздрогнула, вспомнив ту неловкую ситуацию. Где проходила грань между тревогой, связанной с побегом из Парижа, и желанием короля избавиться от соперника, отослав Реми в Беарн? Этого она так до конца и не поняла. Ей потребовалось все ее обаяние и изворотливость, чтобы сохранить веру Наварры в капитана, чтобы король не передумал согласиться на план Реми. Парижские сплетни есть парижские сплетни, и Габриэль оставалось только молиться, чтобы король не узнал, что Реми теперь делит с ней постель.

Из окна своей спальни она наблюдала, как Реми вышел в сад. Габриэль убедила его забрать вещи из квартиры, которую он снимал, и окончательно перебраться в ее дом. Какой-то смысл в этом переезде, возможно, и прослеживался, но на самом деле она уговаривала его вовсе не из соображений практичности. Опасности подстерегали их на каждом шагу, и Габриэль не в силах была надолго терять Николя из виду.

Когда Реми уже направился к воротам, его внимание привлекли ребятишки со спутанными волосами, сын и дочь ее главного садовника Филлипа, который только недавно договорился, чтобы за детьми присматривала тетушка, живущая в деревне. А сейчас Жак и Элиза чувствовали себя заброшенными, сидели на каменной скамье, свесив маленькие ноги и печально опустив глаза. Другой бы и не взглянул на них еще раз. Но Реми наклонился к ним, вовлекая в какую-то серьезную беседу.

Элиза смущенно уткнулась в плечо старшего брата. К удивлению Габриэль, Реми вдруг выпрямился во весь рост, задрал руки вверх и угрожающий зарычал, как могучий зверь. Дети завизжали и спрыгнули со скамьи, а Реми побежал вслед за ними вокруг кустов роз, все еще рыча. Габриэль с изумлением наблюдала за игрой, высунувшись из окна так, что рисковала выпасть.

Реми догнал ребятишек около боярышника. Он опустился на колени и, согнув руки, изобразил когти. Жак вопил и размахивал палкой, атакуя Реми. Широко раскрыв глаза, Элиза присела позади брата, дрожа от волнения. Реми откинул назад голову и испустил рев, достойный дракона.

Тут Реми случайно заметил Габриэль в окне над собой. Он помахал ей и широко, по-мальчишески, улыбнулся. Она поняла, что не одна она изменилась после прошедшей ночи. Реми словно сбросил с себя десяток лет, он буквально на глазах помолодел. Солнечный луч осветил его взъерошенные волосы и вспыхнул на цепочке под его полурастегнутым камзолом.

«Из Реми получится неплохой отец». Эта мысль застала Габриэль врасплох, и она инстинктивно прижала руку к животу. Она использовала все уловки мудрых женщин, какие только знала, чтобы не заиметь ребенка ни от одного из своих любовников. Но вчерашней ночью она не предприняла никаких мер предосторожности и вполне могла забеременеть.

Однако мысль, что она может родить малыша от Николя, вовсе не встревожила ее, а скорее наполнила удивлением. Она почувствовала, как будто размякла, словно таяла изнутри. Она подарит Реми сына, крепкого маленького мальчика, с взъерошенными золотыми волосиками и карими глазами Николя…

Стук в дверь спальни оторвал ее от мечтаний. Габриэль неохотно отвела взгляд от Реми.

– Войдите.

В комнату вошла Бетт. Ее обычно дерзкая горничная выглядела несколько обеспокоенной.

– Прошу прощения, хозяйка, но вас там срочно требуют.

Габриэль зевнула и потянулась.

– Скажи, пускай уходит и зайдет позднее. Вряд ли можно назвать этот час разумным для приема посетителей.

– Но там… это та женщина, Лассель.

Габриэль изумленно посмотрела на Бетт.

– Касс? Она… она здесь?

– Да, и говорит, что хочет видеть вас. Она там, у лестницы, с горничной и страшенным псом, который, похоже, готов разорвать глотку любому, кто подойдет слишком близко. Лакеи боятся приближаться к ним. Кажется, я слышала голос капитана Реми в саду. Не сомневаюсь, он поможет избавиться от…

– Нет! – Габриэль торопливо встала. – Я бы предпочла, чтобы Реми ничего не узнал о визите мадемуазель Лассель. Он не одобрит нашу дружбу.

– Не сомневаюсь, госпожа. Из того, что мне про нее рассказывали, она существо опасное. И пришла сюда явно с какой-то пакостью.

– А ты явно слишком много сплетничаешь с Некромантом, – парировала Габриэль. – Проводи мадемуазель Лассель в маленькую гостиную в задней части дома. Я сейчас спущусь.

– Очень хорошо, госпожа, – неодобрительно фыркнула Бетт, показывая, что вовсе не находит ничего хорошего в этом визите.

Когда Бетт ушла выполнять ее распоряжение, Габриэль поспешно умылась, надела одно из самых простых своих платьев, уложила волосы в пучок на затылке. Прежде чем покинуть спальню, она еще раз бросила тревожный взгляд в сад. Реми все еще был поглощен игрой с детьми. В любом случае, он скоро отправится на свою квартиру. И ей удастся выяснить, что потребовалось Касс, еще до возвращения Реми.

Касс выбрала не лучшее время, чтобы покинуть свое убежище, если вспомнить про Аристида с его охотниками на ведьм. Стоит им пронюхать историю семьи Касс и ее связь с Мезон д'Эспри… Страшно подумать, чем это могло бы обернуться для ее подруги.

Габриэль поспешила вниз и направилась прямо в малую гостиную. Она с досадой увидела Финетту, которая стояла, прислонившись к двери, всем своим видом демонстрируя, что охраняет проход. Габриэль поморщилась от кислого запаха, исходившего от этой неряшливой женщины.

– Госпожа ждет вас внутри, – объявила Финетта, словно это был дом Кассандры, а не Габриэль.

– Я знаю, – холодно кивнула Габриэль.

Она вошла в комнату, решительно захлопнув дверь перед служанкой. Малая гостиная чаще всего использовалась как комната для рукоделия. Она была просто, но удобно обставлена рабочим столиком, несколькими табуретами и диванчиком, на котором горкой лежали вышитые подушки. Окна выходили на запад, предоставляя превосходное освещение для занятий рукоделием во второй половине дня.

Касс ждала около одного из окон, ее пес примостился подле нее. Мастиф попытался прыгнуть, когда Габриэль пошла, но он был крепко привязан к Касс крепкой веревкой. Габриэль сделала шаг вперед и опешила от неожиданности, увидев, как преобразилась Кассандра Лассель. Никаких следов не осталось от отшельницы с нездоровой бледностью, налитыми кровью глазами и дикой спутанной гривой. Черные волосы Касс спадали мягкими волнами ей на плечи, по лбу шел гладкий золотой ободок. Вместо одного из поношенных платьев, спадавших с ее узких плеч, на Кассандре было совершенно новое платье. Покрой его был прост – ни пышных юбок, ни фижм. Шелк цвета красного вина служил превосходным фоном для ее белой кожи и волос черного дерева. Никаких кружев вокруг стройной шеи, только тяжелая серебряная цепь, исчезавшая под расшитым лифом платья.

Она стояла очень прямо, с высоко поднятой головой, ее мертвые глаза, обычно тусклые, странно поблескивали. Такой Габриэль видела Кассандру только в тот день, когда, неожиданно проявив силу и властность, та с видом королевы проводила сеанс некромантии. У Касс был очень острый слух, но в этот раз она, похоже, даже не заметила, как Габриэль переступила порог комнаты. Она стояла, склонив голову набок, и все ее внимание было поглощено звуками, доносившимися через открытое окно: смехом Реми и восторженными возгласами детей. Габриэль сильно пожалела, что не устроила их встречу в другой, более отдаленной от сада, части дома, она совсем забыла, что окна малой гостиной выходят на угол сада. Но теперь было уже поздно. Габриэль стало не по себе, и состояние это усугублялось восторженным выражением на лице Касс.

– Касс? – позвала Габриэль.

Стоило ей сделать шаг ближе, как Цербер залаял, хотя при этом дружески застучал хвостом о пол.

Касс сердечно улыбнулась, протягивая руку в направлении голоса Габриэль. Как только девушка подошла ближе, она нащупала ее и крепко обняла. Даже Цербер облизал ее руку, словно и он обрадовался. Габриэль в ответ обняла Касс.

– Вот так сюрприз, – пробормотала она.

– Не неприятный, я надеюсь.

– Н… нет. – Габриэль выглянула через плечо Касс в сад, где Реми катал Элизу на своих сильных плечи. Она чуть успокоилась, увидев, как он перемещается дальше от дома, к воротам сада. Взяв Касс под локоть, девушка отвела ее от окон.