Темная королева - Кэррол Сьюзен - Страница 82

– Какой же я неуклюжий болван! Сделал… тебе больно.

– Н-нет, все в порядке, – заверила она, целуя его. – Только… не останавливайся.

Она заставила себя расслабиться, и ей показалось, что тело чудесным образом растянулось, вместив в себя его всего, наполнилось его теплом. Ренар, нежно целуя, постепенно, раз за разом, начал двигаться.

С каждым поцелуем он входил чуть глубже, чуть быстрее. Арианн льнула к нему, ее тело следовало его движениям, пока тела обоих не задвигались в совершенной гармонии. Она не ощущала ничего, кроме Ренара, чудовищный ритм их соития нарастал, казалось, до невыносимого предела.

Они кончили одновременно, как две волны, разбившиеся о скалу. Арианн вскрикнула: тело пронзило неописуемое наслаждение. В то же мгновение она почувствовала, как содрогнулась от извержения мощная фигура Ренара.

Опершись на руки, дабы не раздавить ее своим весом, он уткнулся лицом в ее шею. Она чувствовала, как вздымается и опускается его грудь, слышала замедляющееся биение его сердца.

Хотя и у нее остывала жаркая кровь, Арианн сомкнула вокруг него руки, все еще вкушая слияние их тел. Ее так глубоко потрясло то, что она только что испытала в объятиях Ренара, что она потеряла дар речи, пораженная тем, что так долго боялась этой полной самоотдачи. Будто это могло каким-то образом ослабить ее или подорвать ее магию.

Но никогда еще она не чувствовала себя настолько правой, как в том, что полностью отдалась Ренару. Никогда не ощущала себя такой полной жизни, такой сильной. И никогда еще так мощно не чувствовала себя Дочерью Земли, как в этот момент.

В большом зале в Бель-Хейвен было тихо и пусто, в окна лился послеполуденный солнечный свет. Когда Мири заглянула внутрь, вся прислуга была занята где-то еще.

– Заходи, – прошептала Мири, таща Симона за руку. Но паренек не решался войти. Настороженный взгляд его глаз был ей понятен. Она видела такой взгляд у бесчисленных пострадавших диких существ, которым она пыталась помочь, но которые убегали, прежде чем она могла до них дотронуться.

– Не беспокойся, – сказала она. – Никто из прислуги никогда не видел тебя в лицо. Без своих ужасных одеяний ты выглядишь, как один из здешних рыбацких ребят.

– А если кто-нибудь спросит, зачем ты тайком приводишь к себе домой рыбацкого парнишку?

– Скажу, что привела тебя к Арианн, – ободряюще улыбнулась Мири. – Никто не обратит внимания. Люди постоянно приходят сюда лечиться. Она очень хорошая целительница.

– А ее нечистое кольцо?

– Я же тебе говорила. Не позже как сегодня утром она убрала его в сундук. Я сама видела, так что тебе нечего беспокоиться, что она вызовет Ренара. Не бойся. – Она стиснула его руку. – Я никому не дам тебя в обиду.

– Я тоже.

– Тогда верь мне, как я верю тебе. – Привстав на цыпочки, она застенчиво поцеловала его в гладкую щеку. Ее слова, кажется, мало утешили Симона. Понурив голову, он неохотно поплелся за ней к лестнице.

Хуже не придумаешь, что именно теперь Арианн не оказалось дома, подумала Мири. Чем скорее Симон поймет, что ему нечего бояться Хозяйки острова Фэр, тем лучше. А что касалось графа… Мири не сомневалась, что Арианн сможет уговорить Ренара простить Симона и помочь ему.

Было важно, чтобы Симон не передумал, не попытался удрать в темный мир своего хозяина. Даже поднимаясь по лестнице, Мири крепко держала Симона за руку, опасаясь, что он в любой момент может ускользнуть.

Когда поднялись на верхнюю площадку, Мири тихо сказала:

– Мы будем ждать возвращения Арианн в ее комнате. Там никто нас не побеспокоит.

– Мири. – Симон резко остановился, задержав и ее. Она обернулась, вопросительно глядя на него. По его красивому лицу бегали предвечерние тени. В темных глазах читалось странное выражение отчаяния. Рот в таких горестных складках, что ей стало не по себе.

– Что бы ни случилось… – начал он.

– Ничего плохого не случится, – отрезала она. – Арианн тебе поможет. Ты можешь остаться здесь, на острове Фэр, Симон, и мы навсегда будем настоящими друзьями.

– А если все сложится не совсем так, как ты думаешь? – упорствовал он. – Я просто хочу, чтобы ты знала, что я тебя люблю. Очень.

– Я тебя тоже, – ответила она.

Ее сердечко забилось, когда он наклонился. Она была уверена, что он хочет ее снова поцеловать. Но он лишь слегка коснулся губами щеки. Ласково, но как-то непонятно, пугающе, словно он с ней прощался.

Но у нее не было времени задумываться или задерживаться на площадке. Надо было скрыть Симона от посторонних глаз, пока не вернулась Арианн. Она потянула его к комнате сестры, но они еще не дошли до двери, как из тени что-то мелькнуло, испугав обоих.

Тишину разорвало яростное шипение. Симон, побледнев от страха, вырвал руку и отпрянул назад.

– Все нормально, Симон. Это всего лишь Колдун.

Симон, как ни старался, не мог отвести недоверчивый взгляд от животного. Выгнув спину и вздыбив волосы, кот, казалось, превратился в свирепого одичавшего зверя.

Колдун, выпустив когти, не подпускал Симона, готовый броситься на парня. Чтобы дать пройти юноше, Мири пришлось сгрести кота в охапку. Держа в руках извивающееся животное, она жестом указала Симону комнату Арианн.

Когда тот вошел, Мири отчитала кота:

– Что это на тебя нашло?

Кот глухо промурлыкал: «Остерегайся, Дочь Земли. Тебе не следует пускать этого парня в свой дом».

– Но это же Симон. Ты помнишь ту ночь, когда я спасла тебя в круге каменных гигантов. Он был добр к нам обоим.

«Ему больше нельзя доверять».

– О, ты хорошо говоришь, – рассердилась Мири. – Но сколько я тебя ни просила, ты продолжаешь душить на скотном дворе бедных полевых мышек.

Кот уставился на нее янтарными глазами.

«Я охотник. Это у меня в природе. У него тоже. И ты его не изменишь».

Мысли Колдуна привели Мири в смятение. Она всегда доверяла инстинктам своих четвероногих друзей, волшебное общение с ними после утраты обоих родителей было для нее единственной радостью. Пока не вошел в ее жизнь Симон, внесший магию другого рода.

Сердито глянув на Колдуна, девочка проворчала:

– Что ты знаешь? Ты всего лишь кот.

Бросив Колдуна на пол, Мири вслед за Симоном вошла в комнату Арианн, захлопнув дверь перед носом кота.

В палатке было жарко, и Ренар приоткрыл клапан, впустив свежий воздух. Легкий ветерок, шурша, развевал упавшие на лицо каштановые волосы его спящей госпожи.

Арианн свернулась калачиком на его раскладушке, глубоко зарывшись в меха. Спала крепко, в чем, несомненно, нуждалась после многих беспокойных ночей. Ренар не торопился ее будить или положить конец этому недолгому волшебному перерыву в повседневности.

В первый раз их занятие любовью было неудержимым, бурным соитием на настоящем земном ложе. Второе было более неторопливым познанием тел друг друга в сравнительно удобных условиях его палатки.

Третье было недалеко от чуда. Он не представлял, что возможно такое слияние – тел, умов и душ.

Теперь же, переодевшись в сухое, он примостился на краешке кровати, сидя на страже спавшей Арианн, с нежностью наблюдая, как она спит. Никогда раньше он не питал к кому-либо такого нежного покровительственного чувства, как к этой неудержимо отстаивавшей свою самостоятельность женщине.

Улыбнувшись, он ласково откинул со лба кончики ее волос, все еще влажных то ли после купания, то ли от других усилий. Когда Хозяйка острова Фэр, наконец, решилась отдаться мужчине, она отдалась вся.

После всего, что было между ними на этой уединенной поляне, она, конечно же, согласится стать его невестой. Он все-таки покорил ее, но победа была нелегкой. Ренар нахмурился: в голове пронеслись слова Арианн. «Я узнала о тебе все, что мне нужно было знать, в тот вечер, за ужином, когда ты, наконец, рассказал мне, кто ты».

Если не считать того, что она не узнала. Она еще многого не знала о его прошлом, и теперь он гадал, как вообще ей рассказать все. Он, как трус, надеялся, что никогда не придется рассказывать ей остальное о своей бабушке и тех старых временах.