ЗВЕЗДА КОЗОДОЯ - Кэндзи Миядзава - Страница 65

Пятое воскресенье

Ну, тут мне придется рассказать о том, как Отбэла не стало. Успокойтесь и слушайте. К слону, о котором я вам говорил, Отбэл стал относиться из рук вон плохо. День ото дня слоновья жизнь становилась все тяжелее, он совсем перестал улыбаться. Частенько он с укором взирал на Отбэла, и глаза его были красны, как у дракона.

Как-то раз вечером слон вернулся в загон, съел три вязанки соломы, посмотрел на десятидневный месяц и сказал:

— Как же мне тяжело. Санта Мария.

Услышав такое, Отбэл совсем озверел и стал обходиться со слоном еще хуже прежнего.

Следующим вечером слон вернулся в загон, покачнулся и рухнул на землю. Не получив ни одной вязанки соломы, он посмотрел на одиннадцатидневный месяц, и сказал:

— Прощай. Санта Мария.

— Что ты сказал? Прощай? — вдруг заговорил со слоном месяц.

— Да, прощай. Санта Мария.

— Что за ерунда! Такой большой и такой слабовольный. Напиши своим друзьям письмо, — сказал со смехом месяц.

— У меня нет ни кисти, ни бумаги, — ответил слон, и слезы медленно потекли из его красивых, узких глаз.

И вдруг, откуда ни возьмись, перед ним оказался красивый Ребенок в красном кимоно и сказал:

— Ну, тогда сделаем вот как.

Слон поднял голову и увидел, что тот протягивает ему тушечницу и кисть. Слон быстро написал письмо.

«Я попал в беду. Друзья, пожалуйста, вызволите меня отсюда».

Мальчишка взял письмо и направился в лес.

Когда он дошел до горы, наступил обеденный перерыв. В этот час горные слоны под тенью дерева шореа[112] играли в «го». Все вместе они прочитали письмо.

«Я попал в беду. Друзья, пожалуйста, вызволите меня отсюда».

Все слоны разом вскочили и сердито затрубили:

— Убьем Отбэла! — закричал главный слон.

— Скорее в путь! Ту-ту-ту! — затрубили в ответ остальные. Быстро, словно смерч, выбежали из леса слоны и, громко трубя, помчались в долину. Словно безумные, они с корнем вырывали на своем пути деревья и вытаптывали заросли. «Ту-ту-ту» раздавался над долиной боевой клич, словно взрывались петарды.

Они бежали, бежали, пока, наконец, не увидели на краю подернутой голубоватой дымкой долины желтую крышу усадьбы Отбэла. И тогда слоны в гневе затрубили снова.

Как раз минула половина второго, и Отбэл дремал после сытного обеда на обитой кожей лежанке. Ему снились вороны. Трубный рев слонов был таким громким, что все крестьяне выглянули за ворота, и, приставив ладони к глазам, посмотрели вдаль. Словно сам лес несся на них. Приглядевшись, они увидели слонов, которые мчались быстрее поезда. Чуть не лишившись чувств от страха, крестьяне бросились к Отбэлу.

— Хозяин, слоны! Они наступают! Хозяин! Слоны! — вопили они.

Однако Отбэл и правда был умным человеком. Только глаза раскрыл, а уже понял, что к чему.

— Так, наш слон сейчас в своем загоне. Он там? Там? Хорошо, запираем двери. Запираем быстрее двери. Быстрее, заприте слоновий загон. Быстрее принесите большие бревна. Заприте его. Черт возьми! Лениться вздумали? Укрепите дверь бревнами? Я нарочно лишил его сил. Тащите еще пять-шесть бревен. Так, хорошо, хорошо. Не суетиться. Эй, теперь ворота! Запирайте ворота! Задвигайте засов. Ставим подпорки. Подпорки. Вот так. Не паникуйте! Мы выдержим!

Отбэл уже успел одеться и теперь громким, словно труба, голосом подбадривал крестьян. Однако у крестьян душа была не на месте. Кому охота, чтобы тебя съели за то, что ты работаешь на хозяина? Поэтому каждый обмотал вокруг руки полотенце или носовой платок, кто белый, кто грязный. Так они собирались подать слонам знак, что сдаются.

А Отбэл места себе найти не мог и носился туда-сюда. Даже его собака почуяла беду и с громким лаем, словно ей под лапы насыпали раскаленных углей, носилась по усадьбе.

Земля заходила ходуном, все вокруг потемнело — это слоны окружили усадьбу. «Ту-ту-ту» — трубили они, и тут, среди этого ужасного шума, послышался нежный голос:

— Не волнуйся, мы тебя сейчас вызволим.

— Спасибо. Вы пришли так быстро. Как же я рад, — послышался из загона голос слона.

И тогда остальные слоны затрубили еще громче и принялись бегать вокруг забора, гневно размахивая хоботами. Однако забор был сделан из цемента, а внутри укреплен еще и железными прутьями — даже слонам такой забор не сломать. А за забором один Отбэл кричит-надрывается. У крестьян же в глазах от страха так потемнело, что стоят-пошатываются, ни слова вымолвить не могут. А меж тем слоны полезли друг другу на спины, чтобы перебраться через ограду. И вот наверху уже показались громадные уши и бивни. Собака Отбэла упала замертво, когда увидела перед собой серую морщинистую огромную слоновью голову. Отбэл выстрелил из пистолета. Пистолет у него был шестизарядный. Бах, бах, бах. Но пули не пробивают слоновью шкуру, а, ударившись о бивни, отлетают рикошетом. Один из слонов сказал:

— Надоел он мне. Прямо по голове лупит!

Перезаряжая обойму, Отбэл подумал, что где-то и когда-то он уже слышал похожие слова. И тут одна слоновья нога показалась над забором, а вслед за ней и еще одна — пять слонов разом спрыгнули сверху. Отбэл так и умер, сжимая обойму. Его растоптали слоны. Быстро открылись ворота, и стадо слонов хлынуло внутрь.

— Где же тюрьма?

Слоны со всех сторон обступили загон. Бревна были сломаны, словно спички, и, наконец, белый слон — худющий, кожа да кости — выбрался из загона.

— Наконец-то, наконец-то. Как же ты похудел, — слоны медленно подошли к нему и сняли цепь и гирю.

— Спасибо вам. Спасли вы меня, — сказал белый слон с грустной улыбкой.

Вот так…. Нельзя убегать из дому и ходить на речку.

КОШАЧЬЕ БЮРО фантазия на тему одной небольшой канцелярии

Неподалеку от станции полевой железной дороги располагалось Кошачье бюро № 6. Это бюро занималось, в основном, кошачьей историей и географией.

Все секретари, работавшие в бюро, носили короткие черные атласные пиджаки и пользовались у всех исключительным уважением. Поэтому, если по какой-либо причине какой-то секретарь увольнялся, на его место во что бы то ни стало стремились попасть молодые коты.

Однако в бюро требовалось только четверо работников, поэтому из большого числа претендентов выбирали того, у кого был самый красивый почерк и кто умел читать стихи.

Начальник бюро, большой черный кот, был уже стар и слегка рассеян, но взгляд у него был по-прежнему проницательный и острый, словно в глазах у него были туго натянуты медные проволочки. И вообще весь он был подтянутый и пружинистый.

Ниже приводится список его подчиненных:

Первый секретарь — Белый кот.

Второй секретарь — Полосатый кот.

Третий секретарь — Трехцветный кот.

Четвертый секретарь — Угольный кот. Угольный цвет — это не от рождения. О породе Угольного кота никто не имел представления. Но по ночам этот кот любил забираться в теплый очаг, где и спал, поэтому шерсть его всегда была вся в золе, а нос и уши были черны от угля, что делало его похожим на барсука.

По этой причине Угольного кота не любили остальные секретари.

Но начальник бюро был тоже черным котом, он то и выбрал Угольного кота из сорока претендентов, хотя в любом другом бюро такого ни за что не взяли бы, несмотря на всю его образованность.

В центре большой приемной за столом, покрытым бордовым сукном, восседал начальник. По правую руку от него на стульях за маленькими конторками чинно сидели Первый секретарь — Белый кот и Третий секретарь — Трехцветный кот, а по левую руку Второй секретарь — Полосатый кот и Четвертый секретарь — Угольный кот.

Работа котов в области истории и географии заключалась в следующем.

Вот, к примеру, в дверь бюро постучался посетитель: тук-тук.

— Проходите, — крикнул начальник бюро, важно заложив обе лапы в карманы.

Четыре секретаря уткнулись в свои книги, торопливо перелистывая страницы.