Продавец грез - Кури Августо - Страница 48

Я посмотрел по сторонам и увидел, что все мои друзья и предприниматели глубоко тронуты. Мы совершили путешествие во времени. Мы открыли врата того, что находится вне сознания, и повстречались с самым жестоким проявлением недолговечности. Участники эксперимента были людьми, руководившими предприятиями с многотысячным персоналом, а сейчас ощутили себя простыми смертными.

В этот момент я почувствовал, что учитель сознательно формирует атмосферу встречи. Он отбирает у своих слушателей уверенность в своей безопасности, их средства защиты сохранения их финансового статуса, чтобы было проще торпедировать их своим словом. Он задал такой вопрос, который ни одному предпринимателю не хотелось бы услышать:

— Где они находятся и кто они теперь, нынешние пролетарии?

Я подумал: «Сейчас эта публика разбежится. Хотя они только что были ошеломлены путешествием в прошлое, эти люди не потерпят потока критики, который обрушит на них продавец идей». Ответ, который казался неизбежным, не прозвучал. Учитель, не производя никаких физических манипуляций с моим организмом, потряс его. Вывернув наизнанку марксистскую теорию, он сказал:

— Пролетариями на сегодняшний день являетесь вы, по крайней мере, составляете важную их часть.

«Что это за утверждение? — подумал я. — Неужели он не знает, что за люди собрались его послушать?» Мне хотелось бежать отсюда, потому что учитель, как мне казалось, не понимает, о чем говорит и с кем. Но он быстро заставил меня изменить ход мыслей и начал собственно лекцию.

Он сказал, что философ Карл Маркс (1818–1883) покинул свою родину и переехал в Париж, где познакомился с Фридрихом Энгельсом (1820–1895). Вместе они придали своим идеям более научный Вид, вошли в кружки социалистов и начали сотрудничество, которое продолжалось всю их жизнь. С их точки зрения, факторы экономического и технологического порядка, такие, как способ производства материальных благ, существующий в данный момент, распределение этих благ, являются силами, определяющими развитие истории, а также подводят фундамент под политику, законодательство, мораль и философию, то есть под всю культуру. Маркс полагал, что история человечества подчиняется законам науки, и отвергал любые объяснения явлений природы и истории с религиозных позиций. По этим законам люди, в особенности рабочий класс, были свободны создавать свою собственную историю.

Однако свобода, о которой они мечтали, так и не стала реальностью. Когда социалисты брали власть в свои руки, они превращались в людей непреклонных, начинали уничтожать тысячи так называемых противников, отнимали у людей свободу слова, лишали их других прав, подавляли в конечном итоге свободу, о которой сами же и говорили. Рабочий класс не стал творцом собственной истории, а лишь истории, которую для него определяли сверху. На смену прежней религии пришел культ личности этих вождей.

— Их революция была внешней. В отличие от них, моя мечта состоит не в том, чтобы разрушить существующую политическую систему, а в том, чтобы перестроить ее. Я не верю в изменения, приходящие извне и действующие внутри. Я верю в мирные перемены, исходящие изнутри и идущие вовне. Верю в способность мыслить, смотреть и видеть, критиковать, интерпретировать социальные явления и в особенности — в способность получать удовольствие. Моя мечта — это мечта, внутренне присущая человеческому существу.

После этого краткого объяснения, которое показывало, что он понимает то, о чем говорит, учитель сказал, что в то время, когда Маркс выдвинул свои идеи, правящий класс своих доходов не распределял, он использовал политическую и финансовую власть для того, чтобы угнетать рабочий класс. Незначительное меньшинство людей купалось в роскоши на фоне нищенского существования подавляющего большинства. Классовые различия все еще существуют, социальная несправедливость еще не устранена, однако в третьем тысячелетии наступивший глобализм породит новый класс эксплуатируемых людей.

— Это будете вы! — воскликнул он.

Услышав это утверждение, я опять задумался: «Но разве не они являются людьми привилегированными? Не они ли живут в роскоши, отгородившись от мира мажордомами? Как можно считать их эксплуатируемым классом, пролетариями наступившего тысячелетия?» Однако, подводя фундамент под свои идеи, учитель начал манипулировать старой пословицей, знакомой мно- гим из нас.

— В прошлые века, до того как система развилась, одного состояния хватало на три поколения. Поэтому старая пословица была вполне обоснована: дед богат, сын родовит, внук бедный сидит. Но ныне эта мысль редко находит подтверждение. Солидное предприятие может исчезнуть в течение пяти лет. Некое важное производство в короткое время может оказаться вытесненным с рынка. Иными словами, периода жизни одного поколения может оказаться достаточно для того, чтобы рухнули три, четыре, пять, а то и больше состояний. И мой карточный домик начал рушиться. После первоначального испуга предприниматели задумались и начали соглашаться с этим таинственным подстрекателем.

— Для того чтобы ваши предприятия выжили, вам нужно беспрестанно конкурировать между собой. Для того чтобы ваши предприятия не сожрали конкуренты, вам необходимо ежегодно снова находить себя, ежемесячно превосходить себя и еженедельно менять самого себя.

Затем он задал главный вопрос, на который никто не ответил правильно:

— Уничтожает ли система малозначащие и малоэффективные предприятия?

Все в один голос ответили: «Да». Но он сказал: «Нет».

— Система уничтожает не предприятия, она уничтожает их руководителей.

Учитель сказал нам также, что врачи, адвокаты, инженеры, журналисты и представители многих других профессий находятся в том же процессе ликвидации. Денежные мешки начали понимать, что не являются такими богатыми, как им это казалось. Те, в чьих руках сосредоточена власть, начали понимать, что они не так сильны, как думали. Однако многие все еще были настроены скептически. Учителю скептики очень нравятся, так как он имеет возможность переубедить их благодаря изощренности своего мышления. Чтобы не оставалось никаких сомнений, он поставил диагноз и продемонстрировал результат.

— Господа, время рабства со страниц истории еще не стерто, рабство лишь изменилось по форме. Сейчас я задам вам несколько вопросов, прошу вас быть предельно откровенными. Знайте, что тот, кто не откровенен, имеет неоплатный долг перед своим психическим здоровьем. Ответьте мне, у кого из вас бывают головные боли?

Люди почувствовали себя несколько смущенными, но потом один за другим начали поднимать руки. Было видно, что руки подняли почти все.

— У кого мышечные боли?

И опять большинство из них подняли руки. Это были наиболее откровенные люди. После чего учитель продолжил задавать вопросы:

— Кто ложится спать усталым? У кого выпадают волосы? Кому кажется, что его ум возбужден? Кто испытывает мучения от трудностей, которые еще не возникли? Кому кажется, что он висит на волоске? Кого раздражают самые мелкие проблемы? У кого эмоции носят переменчивый характер — то человек спокоен, то, когда что-то происходит вопреки его ожиданиям, он взрывается? Кого страшит будущее?

Большинство присутствующих даже не давали себе труда опускать руки. У всех были названные симптомы. Я не верил своим глазам, тер их обеими руками и спрашивал себя: «Неужели это элита общества? Почему у них такая отвратительная жизнь? Не они ли пьют лучшие вина? Не они ли посещают лучшие рестораны? Почему же они находятся в таком стрессе?. Я был потрясен.

Мое сознание все время возвращалось к проблеме основ социализма. Их нужно было откорректировать. Буржуи разъезжали в роскошных автомобилях, но были парализованы стрессами, под давлением которых постоянно пребывали. Они возвращались домой с пляжа, а их эмоции не покачивались на волнах удовольствия. Они спали на мягких матрасах, но не испытывали физического комфорта, а сон тоже не приносил им радости. Они носили безупречные костюмы, но оставались по сути дела нагими, незащищенные от стрессов и тревог.