Погибель Нового мира - Кубасов Юрий Николаевич - Страница 34

Вот что писал А. Митрикас в своей работе "Семья как ценность" относительно формирования современного европейского образа жизни:

"В развитых странах Запада с середины 1960-х годов, а в других странах Европы с конца 1980-х — начала 1990-х годов все яснее стали проявляться признаки трансформации семьи, такие, как уменьшение численности браков, их "старение", увеличение числа нерегистрируемых браков, падение рождаемости и ее "старение" (рождение первенцев откладывается на более поздний возраст), преобладание малодетных семей, увеличение числа внебрачных детей и распространение добровольной бездетности.

Связывая все это с растущими в обществе тенденциями индивидуализма и рационализма, ученые стали говорить о втором демографическом переходе. В середине восьмого десятилетия XX века о нем первыми заговорили Дирк ван де Каа и Рон Лестиг, а несколько позже ван де Каа сжато сформулировал перечень важнейших перемен в состоянии семьи, характерных для второго демографического перехода:…переход от пары "ребенок-король с родителями" к "паре королей с ребенком"; переход от контрацепции в целях предохранения к контрацепции как самовыражению; переход от однородного хозяйства к плюралистическим типам семьи и домашнего хозяйства".

В это время в Европе происходит процесс изменения жизненных ценностей, что влияет прямо на состояние семьи. По мнению Каа, трансформация семьи, связанная со вторым демографическим переходом, в первую очередь, и обусловлена изменениями системы ценностей.

Рост числа нерегистрируемых браков, например, сопровождается растущим одобрением такого способа совместного проживания. Растет и одобрение обществом женщин, которые хотят воспитывать ребенка без отца. В этот период изменилось и отношение к разводам. Наряду с ростом отрицательного отношения к необходимости заключения брака для создания семьи выросло и оправдание разводов.

"Таким образом, — продолжает А. Митрикас, — взгляды на создание семьи и брак в период 1990–1999 годов претерпели существенные изменения, свидетельствующие о девальвации традиционной формы совместной жизни — семьи, сформировавшейся на основе брака. Одновременно все большую поддержку получает мнение о том, что для нормального роста и воспитания ребенка нет необходимости иметь обоих родителей, а также оправдывается намерение и поведение женщины, желающей воспитывать ребенка без отца".

По этому, проторенному европейцами пути, идёт сейчас и Россия: число браков по итогам 2008 года сократилось на 83,8 тысячи до 1,18 миллиона, а число разводов, наоборот, увеличилось на 17,5 тысяч — до 703,4 тысячи.

По данным недавнего опроса социологов "Левада-Центра", доля гражданских браков среди москвичей достигла 14 %, тогда как в официальном браке проживают уже менее половины жителей столицы. В Европе количество таких союзов превышает официальные браки. "В Швеции, Эстонии и Франции в гражданском браке живут 60 % пар", — говорит "Новым Известиям" директор Института демографических исследований Игорь Белобородов. В России схожая ситуация среди молодежи: большинство пар в возрасте 18–24 лет, по словам Белобородова, также живут без регистрации. "Из-за этого в таких парах нередки конфликты, когда один партнер хочет оформить отношения, а другой предпочитает оставаться в гражданском браке", — рассказывает "НИ" психолог Карабанова.

Гражданский брак нередко консервирует отношения на уровне сексуальных встреч. "Появляется синдром вечной молодости, отложенной жизни, жизни понарошку", — поясняет "НИ" семейный психотерапевт Елена Савицкая. По ее словам, гражданский брак не предусматривает развития: "Можно провести параллель вечный студент — вечный жених или невеста".

Игорь Белобородов винит гражданские браки в ухудшении демографической ситуации в стране: "У таких партнеров выше нежелание иметь детей". Если же дети в гражданском браке все же рождаются, они в будущем, скорее всего, также предпочтут гражданский брак обычному, так как других отношений в своей жизни попросту не видели. И сейчас в России вне официального брака рождается каждый третий ребенок.

Немолодым и состоятельным людям гражданский брак выгоден, так как позволяет избежать возможной дележки имущества. "Люди не вступают в брак из-за боязни разборок в суде, и с возрастом эта боязнь возрастает: имущества же все больше", — говорит "НИ" психолог Игорь Вагин. Директор Центра практической психологии Сергей Ключников подтверждает "Новым Известиям": "Гражданский брак — удел прагматиков и признак некрепких чувств".

Уже сто лет происходит вымирание европейских народов, и встаёт вопрос об ответственности за такое плачевное положение дел в народонаселении. Где искать виновного в происходящем самоистреблении коренных европейцев? Европейская наука ищет сто лет и не может найти виновного в европейской депопуляции. Почему же такое бессилие показывает европейский интеллект в самом важном вопросе — вопросе физического сохранения на земле коренного европейского населения? Почему же европейский гений, достигший таких высот в научно-техническом прогрессе, в культурном самовыражении, не может решить вопрос о сохранении европейских народов?

Ответ прост и сложен одновременно.

Прост потому, что если построенный европейцами мир приводит к вымиранию населения, это означает только одно: сам этот прекрасный европейский мир во всём его многообразии способствует вымиранию людей. Европейцы построили мир, в котором прекрасно чувствует себя человек, но общество в целом неминуемо вымирает. Значит, современный европейский мир — это мир, в конечном счёте, не для человека, потому что убивает его.

Эдлай Стивенсон как-то сказал, что людям часто легче бороться за принципы, чем жить по ним. Европа столетиями боролась за то, чтобы создать у себя самые комфортные условия для существования человека, отстаивая принципы, заданные Возрождением и Просвещением. Но, как оказалось, жить в таких распрекрасных условиях нельзя — европейское общество неудержимо вымирает.

И в то же время ответ на вопрос "Почему вымирает Европа?" сложен потому, что его почти невозможно увидеть европейски настроенному мышлению, находясь в потоке кипучей европейской действительности, когда один успех в науке, технике, культуре следует за другим. Одно достижение тут же уступает место новому достижению. Европа — лидер в бешеной гонке за комфортом и красотой, за весельем и разнообразием, лидер материального и культурного прогресса. Сложно европейцам понять, и ещё сложнее признать, что этот прекрасный европейский мир и есть причина вымирания коренных европейцев.

Депопуляция низкой рождаемости — европейская болезнь — есть следствие европейского образа жизни.

Человечество начинается с того, что оно есть. С того, что люди рождают достаточное количество детей, чтобы преодолеть голод, холод, болезни, войны, стихийные бедствия. Функцию продолжения рода с человека никто не снимал, будь то каменный век, будь то век технотронный. И если человек в своём самомнении "забывает" об этой функции, он не заслуживает жизни — равнодушная природа истребляет народ. Речь идёт не о том, что женщина должна быть "свиноматкой", но о том, что общество и государство должны создавать такие жизненные условия, такой образ жизни, в результате которого депопуляции самоистребления нет места.

Образ жизни, принятый сейчас в европейских странах, приводит к вырождению население Европы. Европейский образ жизни — это путь в ничто. Любая страна, перенимающая европейскую культуру и европейский образ жизни рано или поздно сталкивается с процессом депопуляции своего населения.

Это, безусловно, подтверждает пример Японии — государства, избравшего европейские жизненные стандарты, европейский стиль жизни, европейские культурные ценности.