Громбелардская легенда - Крес Феликс В. - Страница 74

Он с неподдельным ужасом смотрел на нее.

Рассмеявшись, она бросила ему письмо.

— Читай! — велела она. — Ну читай же! Ведь это письмо для меня, я могу показать тебе его содержание.

— Я не умею, госпожа, — ответил он, красный как рак, возвращая письмо.

В сотый раз она подумала о том, что Громбелард — это не Армект. В ее стране читать учили каждого ребенка. Как иначе он мог бы потом понять традиции, заключенные в могуществе армектанского языка?

— Ну ладно. Твой комендант просит меня о помощи. Что-то случилось на перевале Стервятников.

Она жестом показала, чтобы он перенес седло на запасную лошадь.

— Первое задание? — спросила она, пока он тащил седло. — Или второе?

— Второе, госпожа, — неохотно признался солдат.

— Что ж, ты его выполнил образцово, — похвалила она. — Если так и дальше пойдет, то не успеешь оглянуться, как тебя сделают тройником. Потом десятником. А потом — учись читать. Подсотник Громбелардского легиона — это уже кое-что.

Она заметила, что он весьма горд похвалой. Солдат пружинисто вскочил в седло. Он и в самом деле отлично в нем сидел. Они двинулись дальше.

— В Армекте, когда… ну, в общем, совсем недавно, — она махнула рукой, — я начинала точно так же. Только потом меня перевели в лучницы — потому что я стреляла лучше всех во всем гарнизоне. Во всей Рине.

Она не добавила, что… только ночью.

— Удивительно, как вы тут ездите? В Армекте, — продолжала она, — дороги ровные, как стол. А в каждом втором селении — пост со сменными лошадьми.

Он бросил взгляд на ее сильно укороченные стремена. Она это заметила.

— У нас так ездят курьеры, — объяснила она. — Ты и в самом деле ничего не знаешь про перевал Стервятников?

— Туда поехал отряд, — неуверенно сказал он. — Вчера… нет, позавчера вечером. Потом с перевала прискакал… — Он назвал имя, которого она не расслышала. — Сразу после этого командир вызвал меня и дал это письмо. Он сказал, что ты, госпожа, поехала через Большие ворота. Значит — в сторону Бадора. Ну, я туда и помчался.

«Ну да, помчался, — мысленно усмехнулась она. — И чуть не разминулся со мной ночью…» Она задумалась.

Чего они могли от нее хотеть? Может быть, чтобы она гонялась за какой-нибудь бандой по горам? Или вела отряд? Тогда они ошиблись. Узкие горы она знала слабо. Стервятников искали в Тяжелых горах, возле Громба, иногда в окрестностях Бадора… Там ей был знаком каждый камень.

Парень ехал молча, старательно избегая взглядов, которые могли бы свидетельствовать о том, что легендарная Охотница ему нравится. Она искоса посмотрела на молодое, украшенное едва пробивавшимися усами лицо, которое сейчас было — а как же! — лицом старого вояки, который все в жизни повидал и убил не меньше ста разбойников.

— Сколько тебе лет? — спросила она.

— Двадцать… — выдавил он, застигнутый врасплох.

— Гм… А на самом деле?

— Семнадцать, госпожа, — подавленно ответил он.

Она покачала головой. Но, собственно, когда она поступила в легион, ей было столько же. И она как-то не ощущала себя тогда слишком юной.

Юной она чувствовала себя лишь теперь. И чем дальше, тем больше.

Ей казалось, что время — самый худший из врагов, вполне заслуживающий стрелы.

— Побыстрее можно? — спросила она. Парень как раз открыл рот, но тут же поспешно его закрыл. — Что ты хотел сказать? Смелее!

— Это правда, что ты убила тысячу стервятников, госпожа? — быстро выпалил он.

— Тысячу? — изумленно переспросила она. — Что ж, пожалуй, я недостойна твоего восхищения… Тысячу стервятников? Столько просто не существует! Чтобы убить тысячу стервятников, мне самой пришлось бы родить еще сотни две! Разве я могу рожать стервятников? Может быть, еще и вместе с яйцами?

Она покачала головой.

— Может быть, сорок с небольшим, — помолчав, коротко добавила она, завысив цифру на добрую дюжину.

— Сорок? — разочарованно протянул солдат. — За столько лет?

— Хватит об этом, ладно? — резко сказала она. — Можешь гнать своих кляч побыстрее, горе-легионер? Так, как ты тащишься, — да мне жизни своей жаль!

Прежде чем они доехали до города, парень загнал одного из своих коней насмерть. И все равно за ней не угнался. В Рикс она приехала одна.

3

Его благородие Н. В. Эгеден, заместитель коменданта гарнизона в Риксе, вел себя с ней точно так же, как и при первой встрече. Она ощущала его враждебность и некоторую настороженность. Но вместе с тем понимала: этот человек знает, чего хочет. От себя и от нее.

— Ты мне нужна, госпожа, — сказал он.

— Это я знаю. Но у меня столько вопросов…

— Я на все отвечу, — заверил он ее. — В тот же день, когда ты была у меня, я послал патруль на перевал. Но все уже было кончено. Путников ограбили, конюшню сожгли, убили нескольких слуг.

— И это все? — Она несколько удивилась. — Я думала, что раз постоялый двор захватили, то там осталась лишь пара обгоревших балок.

— Они хотят получить дань, — объяснил Эгеден. — Это лучше, чем спалить там все раз и навсегда.

— Не сомневаюсь.

— Я мало что знаю. Но это не какая-то местная компания грабителей. Это банда из Тяжелых гор. Весьма многочисленная.

Она подняла брови.

— А что с тем пленником, которого я привезла? — спросила она. — Он ничего не знает?

— Он умер.

— От старости? Или от разбитого носа?

— От урядников трибунала.

— Вы отдали его этим мясникам?

Офицер встал и прошелся по каменной комнатке.

— Как будто я мог не отдать! — пробормотал он.

— Он что-нибудь сказал?

— Много чего. Аж потолок трясся. Только ничего не удалось понять. Что может сказать заика с разбитым носом, если он откусил себе от боли язык, еще до того как зубы вбили ему в глотку?

Она понимающе кивнула.

— В следующий раз, когда кто-нибудь такой сунет мне лапу между ног, я их еще и расставлю пошире, — пообещала она. — И уж точно не стану везти беднягу через пол-Громбеларда, чтобы отдать легионерам. Самое большее — сама у него отрежу что надо и суну ему в зубы. Если он не будет меня за это благодарить, значит, я мало что понимаю в жизни.

— Кажется, — сказал офицер, — мы знаем, что это за банда.

— Ну?

— С ними был какой-то кот-гадба. Его называли Кобаль.

Она вытаращила глаза.

— Ты думаешь, комендант, что это люди Басергора-Крагдоба? — удивленно спросила она. — Думаешь, этот кот — князь?

— Похоже на то.

— Это просто смешно! — заявила она.

— Неужели? — Он нахмурился. — Почему же?

— Потому что, во-первых, Крагдоб взимает дань с этого логова уже лет десять…

Офицер остолбенел.

— …как и с любого другого в Громбеларде, в том числе и здесь, в Риксе…

Он чуть не набросился на нее.

— Что за выдумки?! — прорычал он.

— Ну-ну, комендант, — успокоила она его. — Защита со стороны войска тоже, конечно, нужна… От воришек, пьяниц… но вам не защитить корчмаря от короля гор. И никого другого в этом городе. Ты думаешь, ваше благородие, что его зовут королем за то, что он командует парой вооруженных отрядов? Почему же тебя так не зовут?

Эгеден молчал.

— Каждый богатый купец в Громбе и Бадоре платит Крагдобу. Здесь, в Риксе, наверняка то же самое. Кто-кто, но военный комендант ведь должен об этом знать? Ты думаешь, господин, что это такой же разбойник, как и все прочие? Из тех, что порой воруют даже стадо овец у пастухов, чтобы продать за пару слитков серебра?

Она покачала головой.

— Но прежде всего, — сказала она, — ты никогда не видел его людей, комендант. Если бы они переоделись в мундиры, они больше были бы похожи на солдат, нежели твои подчиненные. Думаешь, Глорм окружает себя дураками?

— Глорм… — повторил офицер. — Похоже, ты его хорошо знаешь, госпожа?

— О… — Она кокетливо улыбнулась. — Ревнуешь?

Офицер чуть не заскрежетал зубами.

— Честно говоря, — уже более серьезно добавила она, — я его знаю не особенно хорошо. Мы виделись только один раз. Но кот — мой друг. Однако прежде всего я знаю горы, комендант. Я ночую в пастушьих селениях, иногда меня подвозят купцы, я встречаю солдат, разбойников и бродяг, бываю в городах… Я многое вижу и слышу. Говорю тебе, это не были люди Басергора-Крагдоба.