Алиенист - Карр Калеб - Страница 128

– Вполне возможно, – отозвался я, – судя по тому, куда они внизу махали.

– Очень хорошо, – продолжал Крайцлер, – когда он прибудет, Сайрус его направит сюда. Мы с детектив-сержантами вынесем тело через ворота на Пятую авеню. – Ласло подошел к внешнему ограждению и взмахнул рукой, отдавая команду. – Там нас будет ждать Стиви. – Он шагнул к Саре и крепко взял ее за плечи. – Я не стану вас винить, если вы откажетесь в этом участвовать, Сара.

Та посмотрела на него с таким видом, будто готова была взорваться яростным обличением, но затем просто пожала плечами и сунула револьвер куда-то в складки платья.

– Вы не были честны с нами, доктор, – сказала она, однако взгляд ее смягчился. – Но без вас мы бы вообще не смогли ничего сделать. Так что, полагаю, мы квиты.

Ласло привлек ее к себе и обнял.

– Спасибо вам за это, – пробормотал он и сделал шаг назад. – Значит, так. В башенке сидит насмерть перепуганный мальчик в моей довольно приличной накидке. Ступайте к нему и проследите, чтобы Рузвельт из него не успел ничего вытянуть, пока мы не доедем до центра.

– До центра? – спросил я, глядя на Сару, которая уже направилась к башенке. – Секундочку, Ласло…

– Джон, у нас нет времени, – отрезал он и обратился к братьям: – Детектив-сержанты, уполномоченный – ваш начальник, и я пойму, если…

– Не надо, доктор, – не дал ему закончить Люциус. – Мне кажется, я знаю, что у вас на уме. Будет любопытно посмотреть, чем обернется ваша затея.

– И я обещаю, что вы увидите, – ответил Крайцлер. – Я рассчитываю, что вы будете мне ассистировать. – Он повернулся к Айзексону повыше. – Маркус? Если вы желаете устраниться, я не буду в обиде.

На мгновение тот задумался.

– Осталась всего лишь одна нерешенная загадка, верно, доктор? – спросил он.

Крайцлер кивнул:

– Не исключено, что самая важная.

Маркус помедлил, затем ответил ему таким же кивком:

– Хорошо. Что значит легкое нарушение субординации в сравнении с интересами науки?

Ласло хлопнул его по плечу:

– Вы молодец. – Вернувшись к телу Бичема, он взялся за одну неживую руку. – В таком случае – за дело, и поживее.

Маркус взялся за ноги, а Люциус – за другую руку, предварительно набросив одежду на обнаженное тело. Когда они оторвали его от земли, Крайцлер скривился от боли, и вся группа двинулась по променаду к воротам на Пятую авеню. От перспективы остаться на этих стенах с двумя бессознательными громилами и телом Коннора все мысли и члены мои разом оживились.

– Минуточку, джентльмены! – крикнул я им вслед. – Черт возьми, да минуточку же! Крайцлер! Я знаю, что вы собираетесь делать! Но вы не можете оставить меня здесь просто так и рассчитывать, что я…

– Нет времени, – последовал уже знакомый ответ, когда троица набрала скорость. – Мне нужно часов шесть – и все будет ясно!

– Но я…

– Вы мой верный ученик, Мур! – прокричал мне Крайцлер, скрываясь в синей мгле, окутавшей променад, а затем – в черноте зева, уводившего вниз.

– Верный ученик… – пробормотал я, пнув бордюр. – Верных учеников не бросают объясняться насчет такого кавардака…

На том монолог мой прервался: из башенки донеслась какая-то суматоха, голос Сары, за ним – Теодора. Они обменялись несколькими резкими словами, после чего Рузвельт вылетел на променад в сопровождении мисс Говард и нескольких людей в форме.

– Так! – громыхнул он, завидев меня, и двинулся ко мне, выставив обвиняющий перст. – Так вот какова плата за мою наивную уверенность в чужой порядочности. А я-то полагал, что имею дело с джентльменами. Разрази меня гром, мне следовало бы… – Тут он осекся, наткнувшись на два связанных тела и одно мертвое. Пару раз переведя растерянный взгляд с них на меня и обратно, Теодор переместил перст вниз: – Это что, Коннор?

Я кивнул и, задвинув свой гнев на Крайцлера подальше, всеми силами постарался изобразить крайнюю обеспокоенность:

– Да, и вы как раз вовремя, Рузвельт. Мы прибыли сюда в поисках Бичема…

К Рузвельту вернулось праведное негодование:

– Да, я знаю, – взревев он, – и если бы пара моих лучших людей не последовала за нанятыми Крайцлером пройдохами…

– Но Бичем так и не показался, – продолжал я. – Это была ловушка, подстроенная Коннором. Он хотел… вообще-то убить Стиви.

– Стиви? – недоверчиво протянул Рузвельт. – Мальчишку Крайцлера?

Я посмотрел на него с выражением глубочайшей серьезности:

– Рузвельт, Стиви был единственным свидетелем убийства Мэри Палмер.

Лицо Теодора осветилось пониманием, а глаза расширились за стеклышками пенсне.

– Ах вот оно что! – Он перевел обвиняющий перст с меня в небо. – Ну конечно же! – Лоб его сошелся складками. – Но что здесь произошло?

– К счастью, комиссар, – спасла меня Сара, почувствовав, что моя фантазия уже на исходе, – мы с детектив-сержантами успели как раз вовремя. – Она показала на труп Коннора с такой самоуверенностью, которой я за ней не подозревал никогда: – Между прочим, в спине у него вы найдете мою пулю.

– Вашу, Сара? – скептически отозвался Теодор. – Боюсь, я не совсем понимаю…

– Равно как и мы ничего не понимали, пока вы сами не навели нас на мысль о том, что Джон и Крайцлер что-то затевают. Хотя когда мы догадались, где они могут находиться, вы уже покинули Хай-Бридж. Однако на вашем месте, комиссар, я бы поспешила туда вернуться – ведь там по-прежнему дежурят ваши люди, а убийца пока так и не нанес удар.

– Да, – задумчиво вымолвил Теодор. – Да, я полагаю, вы правы насчет… – Тут до него дошло, что здесь что-то нечисто. – Позвольте. Я понимаю, что у нас тут… Если все это правда, тогда будьте любезны ответить: кто этот мальчик в башенке? – И он обратил свой перст на указанное строение.

– Право, Рузвельт, – начал было я. – Вам бы лучше…

– И где все остальные – Крайцлер и Айзексоны?

– Комиссар, – попробовала вмешаться Сара. – Я могу сказать вам. что…

– Спасибо, пока не стоит, – подвел итог Рузвельт. – Я не слепой и сам вижу, что здесь происходит. Сговор, а? Великолепно! Премного благодарен вам, господа. Сержант! – взревел он, и перед ним вырос один из полицейских. – Один из ваших людей пусть позаботится о мальчике, а этих людей – под арест. Обоих! Немедленно доставить их на Малберри-стрит! – Возразить мы с Сарой ничего не успели – обвиняющий перст закачался у нас перед самым носом. – Я собираюсь вам напомнить, кто здесь руководит Полицейским управлением, и напоминание это будет не из приятных!

ГЛАВА 46

Конечно, по большей части он просто выпускал пар. То есть, разумеется, Рузвельт действительно приволок нас под конвоем на Малберри-стрит и продержал несколько часов в своем кабинете, где мы имели удовольствие выслушать громоносную лекцию о чести и доверии. Но в конце концов я рассказал ему правду о том, что произошло ночью, – но лишь когда уверился, что Крайцлер и Айзексоны успели добраться туда, куда они так стремились. Я объяснил Теодору, что в действительности почти не лгал ему, поскольку сам оставался в неведении, пока не появился в опере; да и до сих пор не могу объяснить многое из того, что случилось на стенах резервуара, хотя объяснений этих я намерен добиться. И, разумеется, как только мне это удастся, я немедленно явлюсь на Малберри-стрит и обо всем доложу Рузвельту. Тот значительно успокоился, а когда Сара обратила его внимание на самое главное: Бичем, вне всяких сомнений, мертв, – Теодор даже как будто просиял. Как он уже говорил нам несколькими неделями ранее, успешное завершение дела много что значило для него лично (хотя, имея в виду множество связанных с ним сложностей, Рузвельту так и не удалось пожать его плоды в рассуждении профессиональном). Кабинет Рузвельта мы покинули около четырех утра, когда Теодор уже сменил жесткую критику ночных событий на характерные и обильные дифирамбы работе всего нашего отряда.

– Непривычно, здесь нет никаких сомнений. – И он прищелкнул языком, обнимая нас за плечи и провожая к выходу. – Но, тем не менее, впечатляющая работа. Изумительно. Подумать только: никоим образом не связанный со своими жертвами человек, который мог оказаться кем угодно в этом городе, – опознан и остановлен. – Он в изумлении покачал головой. – Никто не поверит! А вы к тому же еще и Коннора прищучили! – Я заметил, как Сара на его последней реплике поморщилась, но постаралась это скрыть. – Да, я с огромным удовольствием выслушаю, как наш друг Крайцлер состряпал заключительную часть своего плана. – Теодор вдруг потер подбородок, несколько секунд не отводя глаз от пола, затем снова поднял голову: – Ну? И что вы теперь собираетесь делать?