Веселый прогульщик - Кораблев Артем - Страница 17

Глава VI ЭКСТРАОРДИНАРНАЯ ЛИЧНОСТЬ

«Куда он меня ведет?» — ломал голову Федя, шагая за своим нежданным спасителем. Саша вместе с булем ломили напрямик, только густые кусты, обходи-1 ли. «А ведь я собирался за ним следить, — вспомнил Федя о своих недавних намерениях. — Ну и следи себе, — т#т же поиздевался над самим собой, — ситуация самая подходящая: подозреваемый у сыщика перед носом».

— Сейчас к автобусу выйдем, — разрешил Саша хоть одну из Фединых загадок.

Действительно, очень скоро они оказались у той самой остановки шестьсот двадцать шестого.

— Нам на другую сторону, — Саша прошел мимо и нырнул в подземный переход, Федя за ним.

— Нам обоим на сто двадцать седьмом удобнее, — еще раз пояснил Федин проводник.

Федя кивнул.

— Пока автобус не пришел, может, ты мне все-таки расскажешь, что в лесу-то случилось? За кем ты там подглядывал?

«Ну нет, — подумал Федя, — всего я тебе пока не скажу. Кто тебя знает, кто ты такой».

— Да ни за кем я не подглядывал, — буркнул он.

— Вот те раз! Что ж ты тогда в лесу соврал?

— А я и не соврал.

— Что-то я не врубаюсь, — покачал головой Саша.

— Ну-у, просто, я гулял и вдруг увидел Олю Толоконцеву из нашего класса. Вот и остановился за деревом. Ждал, когда она мимо пройдет. Встречаться мне с ней не больно хотелось.

Федя даже покраснел от своего вранья, особенно от последних слов, но продолжал:

— А тут этот, ее охранник. Он сзади подкрался и как схватит меня за шиворот. Ноги, говорит, шире плеч, не оборачиваться и так далее. Я его даже не видел. Бил еще меня, сволочь.

— Да-а, — согласился Саша, — немного он переусердствовал. Подожди-ка, кажется, наш.

К остановке приближался автобус.

— Точно, — подтвердил свое предположение Саша, вынул из кармана намордник и натянул его, не без хлопот, на костистую страшную морду своего белого друга.

— А что это за девочка такая? — спросил Саша уже в автобусе. — Почему за ней охрана по пятам ходит?

— Папаша у нее, говорят, миллионер. Похоже на правду, на «Мерседесе» ездит.

— Ну, это еще не критерий.

— Фирма у него своя, компьютерная, Федя повторил то, что знал от Артема.

— Не знаешь какая?

— Говорю же, компьютерная, — удивился Сашиной глухоте Федя.

— Называется как?

— А-а, этого не знаю.

— Ну, фирма, — задумчиво произнес Саша, — это уже что-то, хотя… — он не договорил и весь остаток пути в полторы остановки молчал, только поглядывал на Федю, явно что-то обдумывая про себя.

— А как вы его вырубили? — спросил Федя, когда они вышли из автобуса возле перехода под Рублевкой.

— Ногой, — сразу же сообразил, о чем его спрашивают, Саша. — Только давай на ты, а то стариком себя чувствую.

— Ногой по башке, да?

— По башке.

— Здорово.

— Могу научить.

— Я подумаю, — уклонился от прямого ответа Федя.

— Слышь, Федь, — вдруг быстро заговорил Саша, будто боясь, что Федя уйдет, не дослушав, — у твоего отца есть мой телефон, но я тебе тоже дам. Сейчас.

Он вытащил из внутреннего кармана куртки ручку и маленький блокнотик, быстро записал в него семь цифр, вырвал листок и отдал Феде.

— Если что случится, звони, — заключил он.

— А что может случиться?

— Ну, например, ты захочешь, чтобы я научил тебя бить ногой по башке, — усмехнулся Саша.

— Ладно. До свидания.

— Пока, — попрощался Саша и побежал вместе с собакой через освободившуюся на несколько мгновений от машин проезжую часть. Ему нужно было в подземный переход под Рублевкой, чтобы попасть в Крылатское, а переход находился по другую сторону улицы Павлова. Перебежав, Саша остановился на тротуаре и еще раз махнул Феде рукой на прощание. Но тот этого уже не увидел, — потому что, спрятав в карман бумажку из Сашиного блокнота, быстро шагал к своему подъезду.

«Хорошо, что я ему всего не сказал, — думал он, — все-таки подозрительный тип этот Саша. Вот бы у отца о нем еще что-нибудь выведать, да только я уже вчера переборщил с расспросами. Как бы теперь подступиться?»

Но ничего не бывает в жизни постоянным, даже невезение. Удивительно, но Федин отец сам заговорил о Саше этим же вечером, после ужина за чаем.

— Кстати, — сказал он, направляя в сторону.

Феди кончик ручки чайной ложечки, — помнишь, ты вчера все о Саше у меня выпытывал.

— О каком? — все-таки схитрил Федя, а про себя подумал: «Действительно кстати».

— Ну, о том студенте журфака, который мне рукописи принес.

— Ах, об э-этом, — как можно безразличнее протянул Федя.

— Экстраординарная личность оказался этот Саша Губин.

— Какая, какая личность? не понял Федя.

— Экстраординарная, — пояснил отец, — это значит выделяющаяся, нестандартная, привлекающая всеобщее внимание.

— А чего уж в нем такого? Парень как парень, — пожал плечами Федя, хотя в глубине души не мог не признать, что доля истины в словах отца есть. Этот парень привлек его внимание сразу, еще в тот, первый день, на автобусной остановке, когда подзывал своего загулявшегося бультерьера. Во внешности его действительно не было ничего такого уж очень особенного спортивен разве что, да ведь таких немало. А в остальном — ничего примечательного: высокий, стройный, русоволосый, с правильными чертами лица — наверное, девушкам нравится. Ну и что? Вот только собака у него такая, которую не всякий рискнет держать у себя дома, И все. Да не все… Черт его знает, почему он сразу запомнился Феде. Что-то все-таки в нем было, как выразился папа, «экстраординарное».

— Что в нем такого? — переспросил между тем отец. — А вот послушай.

Он погрузил свою ложечку обратно в стакан с чаем, помешал его. Вынул обратно. Отхлебнул, поставил стакан на стол и лишь после этого продолжил — он всегда, прежде чем выдать что-нибудь интересное, выдерживал интригующую паузу.

— Этот Саша, — отец нарушил наконец молчание, вроде бы сжалился над своими слушателями, каковыми являлись в данном случае Федя и его мама. — Этот Саша — интереснейший экземпляр нового поколения. Такие, по-моему, сейчас встречаются редко. Да и раньше, думаю, тоже не часто встречались… Я, по крайней мере, на своем веку таких не встречал.

— Да не тяни ты резину, — не выдержала мама, — встречались, не встречались! Ты давай конкретно, а то любишь помурыжить!

— Так вот, — папа пропустил мамину реплику мимо ушей, — подошел ко мне сегодня в редакции Семен Никифоров, ну вы его знаете. Подошел и спрашивает: «Как там рассказы моего протеже?» Хорошие, отвечаю, рассказы, потому что и вправду неплохие. Я их все прочитал, некоторые очень даже неплохие. Мы их, говорю, опубликуем. Ну, он расцвел. А я, чтобы сделать Семену приятное, и спроси, где он выкопал этого парня. Так Сема наш битый час соловьем заливался. Он, оказывается, просто влюблен в этого Сашу. А уж что он про него порассказал, впору и не поверить. Этот Губин, оказывается, еще будучи школьником раскрыл несколько преступлений, одно даже связанное с убийством. При этом сам чуть не погиб, спас его пес. Собака, кстати, у этого Саши самой что ни на есть зверской породы, забыл, как ее… У нее еще голова ведром.

— Бультерьер, — подсказал Федя.

— Во-во, — кивнул папа. — А зовут того пса Тамерлан, даже имя такое, что кровь в жилах стынет. Представляете, этакий современный юный Шерлок Холмс с собакой Баскервилей. Причем действует всегда добровольно и бескорыстно — прямо Робин Гуд наших дней. Странный малый. Икону какую-то дорогую помог спасти, парня похищенного отыскал — сыщик, одним словом[2]. Отец-то у него тоже частный детектив. Стало быть, призвание по наследству. Но отец работает за деньги, а Саша за интерес и справедливость, ну не уникум, а? В наше-то прагматичное время.

Отец замолчал, наслаждаясь произведенным впечатлением.

— И пишет хорошо? — спросила мама.

— Говорю же, неплохо, — закивал отец.

— Все равно ничего хорошего нет в том, что он сует нос не в свое дело. Для этого милиция есть, — мама посмотрела обеспокоенно на Федю и укоризненно на папу. Тот хотел еще что-то добавить или возразить, но, смекнув, что это будет уже лишним и даже небезопасным, замолчал и стал мелкими глотками пить чай.