Подмененная - Карр Филиппа - Страница 77

Он рассмеялся, но смех его был невеселым. Я чувствовала, что он сильно встревожен и обеспокоен.

— Что теперь будет? — спросила я.

— Вот этого я не могу сказать. Где она может быть, Ребекка? У тебя есть какие-нибудь предположения?

— Куда она могла пойти в таком виде? Она ведь ничего не взяла с собой, даже сумочку… и она без денег.

— Видимо, с нею что-то произошло. Полиция считает, что она мертва, Ребекка.

— Откуда такая уверенность?

— Ты, должно быть, слышал, что они копали на трехакровой лужайке. Зачем бы это? А затем, что предполагали найти там ее тело.

— О нет!

— Я уверен, что они подозревают убийство.

Конечно, ему уже пришлось пройти через нечто подобное, когда его первая жена умерла, приняв чрезмерную дозу лекарства. Поэтому он был особенно чувствителен к намекам и одновременно являлся вдвойне уязвимым для подозрений.

— Но кто… — начала я.

— В таких случаях первым подозреваемым бывает муж.

— О нет! Да и как это возможно? Вас здесь не было.

— А что мне мешало проникнуть в дом, убить ее, а потом избавиться от тела?

Я в ужасе смотрела на него.

— Я не делал этого, Ребекка. Я ничего не знал о ее исчезновении, пока не получил вашу телеграмму.

Ты веришь мне?

— Конечно, верю.

— Надеюсь, что это так и есть.

— Я не понимаю, как вы могли хотя бы на секунду засомневаться, что я вам верю.

— Спасибо. Очень неприятное дело. Чем же оно закончится?

— Может быть, она вернется.

— Ты думаешь?

— Да, я думаю, что она вернется.

— Но откуда и почему? Все это мне кажется какой-то бессмыслицей…

— Все загадки кажутся такими, пока не найдено решение.

— Я вновь и вновь ищу возможную разгадку, но не могу найти удовлетворительного объяснения. Это неприятный вопрос, и виноват в этом только я, Ребекка. Я несу за это ответственность не меньшую, чем если бы задушил ее подушкой.

Не нужно так говорить. Это не правда.

— Ты знаешь, что это правда. Ты ведь знаешь, что я сделал ее несчастной, правда?

— Да.

— Она говорила с тобой об этом?

— Немного.

— Вот видишь, что бы она ни сделала, я несу за это ответственность. Мне следовало прилагать больше усилий.

— Вряд ли Это помогает в любви.

— Мне не надо было жениться на ней, но я считал, что со временем все уладится. Было глупо с моей стороны пытаться найти замену Анжелет.

— Это было невозможно. Тем не менее, вы могли бы принести друг другу радость. Она искренне любила вас.

— Она была слишком требовательной. Если бы не это, может быть, все сложилось бы иначе. Я не оправдываюсь. Мне уже приходилось переживать нечто подобное, Ребекка. Если окажется, что я убил ее своим безразличием, своей любовью к Анжелет, мне будет нелегко жить, сознавая это. Отчего жизнь бывает так жестока? Я считал, что добился всего, чего хотел. Мы оба желали этого ребенка, а потом я мгновенно лишился всего. Почему? Все из-за… Белинды. И зачем я рассказываю тебе это?

— Потому что теперь мы друзья.

Легкая улыбка заиграла на его губах. Потом он сказал:

— А что происходит с тобой, Ребекка? Ты несчастлива. Я уже давно заметил это.

— Вы заметили?!

— Я хотел узнать, что произошло. Но ведь мы были далеки друг от друга, верно? Между нами не было дружбы. Мы веди себя как противники, готовые вступить в войну, если подвернется хоть какой-нибудь предлог.

— Да, все было именно так, — согласилась я.

— Теперь ты знаешь, что у меня на душе, — сказал он. — Что же происходит с тобой?

— Я очень несчастна.

— Любовные дела?

— Да.

— Мое бедное дитя, чем я могу помочь тебе?

— Мне никто не поможет.

— Ты не хочешь рассказать мне?

Я заколебалась.

— Если ты не расскажешь, — продолжал он, — я не буду уверен в том, что мы с тобой стали друзьями. А это для меня значит очень многое.

— Мне кажется, вы в любом случае не одобрили бы это. Вы хотели устроить мне блестящую партию, потому что я — ваша приемная дочь.

— Я?

— Этот дорогостоящий лондонский сезон…

— Значит, все случилось тогда? Какой-то вероломный мужчина?

— О нет. Просто я считала, что вы попытаетесь помешать нашему браку, потому что захотите, чтобы я вышла замуж за герцога или еще кого-нибудь в этом роде.

— Я хотел для тебя только счастья, потому что только этого хотела твоя мать.

— Мы собирались пожениться.

— Ты и…

— Патрик… Патрик Картрайт.

— О, этот приятный молодой человек. Я всегда интересовался им, потому что он родился под крышей моего дома. Я хорошо это помню. И что случилось?

Некоторое время я молчала, не решаясь перейти к рассказу.

— Расскажи мне, — настаивал он. — Трудно поверить в то, что он мог дурно вести себя.

— Что случилось, Ребекка?

— Это… это трудно рассказать.

— Говори же.

Наконец я решилась. Я описала ту чудовищную сцену, когда к нам прибежала Белинда и рассказала об ужасном происшествии. Бенедикт слушал, изумленно глядя на меня.

— Я не верю в это, — сказал он.

— Мы все не могли поверить.

— Белинда… она все так и описала?

— Она была потрясена. Если бы вы присутствовали там, если бы вы видели…

— И вы предъявили все это Патрику?

— Он приехал на следующее утро как ни в чем не бывало…

— Что он сказал?

— Он все отрицал.

— И вы поверили ребенку, а не ему? — Если бы вы видели ее слезы, ужас, разорванную одежду…

— Значит, по ее словам, это произошло у пруда Святого Брапока. Весьма примечательно.

— Это очень уединенное место.

Он смотрел куда-то вдаль.

— Я хорошо помню это, — сказал он; задумчиво, а потом спросил:

— А вам не пришло в голову усомниться в истории, рассказанной этим ребенком?

— Я уже сказала вам, как она выглядела.

— Есть в этой истории нечто странное, поскольку кое-что подобное произошло давным-давно. Это было возле пруда Святого Бранока, и именно это кажется мне странным. Некий убийца, которого ожидал смертный приговор за изнасилование и убийство девочки, бежал из тюрьмы. Я никому не рассказывал об этом, но тебе расскажу, Ребекка, потому что чувствую, что это как-то связано с твоей историей. Когда твоя мать была маленькой девочкой, она встретилась лицом к лицу с этим убийцей у пруда.

От ужаса у меня перехватило дыхание. Бенедикт продолжал:

— Я подоспел, вовремя, бросился на него, он упал и ударился головой о камень. Он умер на месте. Мы были потрясены, ошеломлены. Все это было для нас полной неожиданностью. Мы подтащили его тело к пруду и столкнули в воду. Я понимаю, что это звучит сенсационно, ведь такие вещи всегда случаются с другими, но с нами — никогда. Мы с твоей матерью хранили все в тайне. Эта история решительным образом повлияла на нашу судьбу. Она стала причиной того, что мы расстались. Видишь ли, это разделяло нас и в то же время создавало неразрывные узы. Чтобы такое понять, нужно самому пережить. Давай лучше вернемся к твоей проблеме. Тебе не кажется странным, что нечто очень похожее случилось с Белиндой?

— Да, но ведь это и в самом деле уединенное место, — ответила я. Вблизи находится только небольшой домик. Именно в таких местах и происходят подобные вещи.

— А не могло ли случиться так, что ребенок с богатым воображением услышал об этой истории и сделал себя ее героем?

— Но выражение ее лица… одежда… Кроме того, никто не мог рассказать ей эту историю, но, даже услышав ее, она не могла бы понять ее истинного смысла.

Некоторое время Бенедикт молчал, словно обдумывая мои слова. Потом он сказал:

— Разреши дать тебе небольшой совет.

— Я готова выслушать его.

— Патрик сейчас находится в Австралии, верно?

Он был настолько поражен и оскорблен вашими подозрениями, что помолвка была расторгнута и он уехал.

Я все правильно понял?

— Да, — ответила я.

— Сейчас же отправляйся в свою комнату и напиши ему письмо. Попроси его вернуться. Напиши, что ты жить без него не можешь. Это ведь правда, не так ли?