Паутина любви - Карр Филиппа - Страница 96

— Нужно выдумать что-нибудь более правдоподобное. Мы должны придерживаться версии, связанной с твоим купанием… иначе не выпутаться. Не думаю, что ты ударилась головой о камень… Вода была холодная, ты выбилась из сил, заплыв слишком далеко… Ты уже тонула, подобрала тебя какая-то яхта… Владелец ее, из северной Англии, находился в Испании и направлялся домой. Пережитое так потрясло тебя, что ты на время лишилась памяти. Тебя доставили в Гримсби или куда там еще…

— Про это место я подумала лишь оттого, что на карте оно выглядит довольно крупным, а расположено вдалеке отсюда.

— С этим моментом нужно быть поосторожней.

— Но если я потеряла память…

— Об этом писали в газетах! Люди, направлявшиеся на яхте в Англию, вскоре узнали бы о случившемся. Потом… ты была ведь в купальном костюме, так что ниоткуда, кроме Корнуолла, попасть в море не могла. Все это звучит неправдоподобно! Единственный, кто проглотил твою фантастическую историю, — миссис Парделл!

— Да.

— И не усомнилась в ней?

— Нет, ее интересовали только Трегарленд и мое отношение к происходящему там.

— Родителям тебе придется рассказать, конечно, правду!

— Это обязательно?

— Безусловно! Папа сумеет найти какой-нибудь выход, и чем скорее они узнают, Тем лучше. Они будут ужасно расстроены.

— Господи, благослови их! Виолетта, расскажи им все сама, хорошо?

— Я сделаю это немедленно! Они придут сюда и мы, обсудив ситуацию, что-нибудь придумаем.

— Я знала, что ты найдешь выход!

— На выдумки как раз горазда ты, но мне казалось, что ты способна выдумать что-нибудь более правдоподобное.

— Ну, память я должна была потерять, верно? Плавать я тоже должна была отправиться, чтобы все шло в соответствии с легендой. Я хотела, чтобы все подумали, будто я пала еще одной жертвой этого привидения…

— Это звучит слишком бесхитростно, но бесполезно придумывать хитроумную историю, если не выдумаешь удачную концовку! Это ты была здесь в тот день, когда я заходила? Это ты выглядывала из-за занавески?

— Да, мне так хотелось заговорить с тобой, но тогда я была еще не готова к этому. Я решила, что поступила глупо, позволив тебе явиться сюда, но тогда я просто не смогла себя заставить… Миссис Парделл поняла меня. Нужно сказать, она очень помогла мне. Кто бы мог подумать?

— Тебе известно, что произошло в Трегарленде?

— Я знаю, что Дермот умер, а Матильда сошла с ума.

Я решила, что сейчас не стоит рассказывать о том, что если бы не наша с нянюшкой Крэбтри бдительность, то погиб бы и Тристан.

Более того, меня переполняла радость от того, что Дорабелла вернулась. Я уже позабыла о горе, которое нам пришлось пережить. Она была вновь с нами, и я воспринимала это как благословение!

Теперь мне предстояло сделать все возможное для того, чтобы помочь ей выпутаться из сети, которую она же сама сплела для себя.

Мне хотелось смеяться — скорее от счастья, чем от того, что это выглядело забавным. Она была полностью уверена в том, что вместе мы что-нибудь придумаем, что если уж я здесь, то сумею вытащить ее из этой истории — как я делала это всю жизнь.

Первое, что я сделала по возвращении в Трегарленд, — звонок родителям. К моей радости, трубку сняла мать.

— Вы должны приготовиться к чудесному известию, — заявила я. — С Дорабеллой все в порядке!

В ответ раздались вздох и неотчетливое бормотание.

— Она жива и здорова, — продолжила я. — Я виделась с ней. По телефону не могу рассказывать. Садитесь оба на первый же поезд, так будет быстрее всего. При встрече расскажу все подробности. Не волнуйтесь, с ней все в порядке. Ждем встречи с вами. Я просто счастлива!

Я хорошо представляла разыгравшуюся там картину. Родители бросятся в объятия друг друга и будут плакать и смеяться. Поначалу их не будут заботить подробности, главное — Дорабелла жива! Затем они сядут в первый же поезд и приедут, видимо, к полуночи или чуть позже.

Потом я пошла рассказывать о случившемся нянюшке Крэбтри. Она изумленно уставилась на меня, потом по ее щекам хлынули слезы, и мы бросились друг дружке в объятия.

— Я видела ее! Я видела ее! Ах, няня, как это чудесно!

Потом пошли неизбежные вопросы! Я без труда управлялась с ними. Это было нетрудно, потому что самым главным было то, что Дорабелла нашлась.

Я сообщила о ее появлении Гордону и Джеймсу: Дорабелла была спасена, но ее память пострадала. В детали я не вдавалась, потому что еще не знала, какой вариант случившегося будет предложен им. Новость распространилась по всему дому, а это значило — и по всей округе.

Затем я вернулась в коттедж и повела Дорабеллу в Трегарленд.

Сцена ее встречи с няней выглядела очень трогательно. Потом она направилась к Тристану. Он ошеломленно поглядел на нее, а потом повернулся ко мне и запросился на руки.

— Ничего, со временем он привыкнет и к тебе, — сказала я.

Меня изумило то, что история, сочиненная совместно с приехавшими родителями, была принята окружающими. Я объяснила это тем, что одновременно произошли весьма значительные события, так что странное исчезновение и появление второй миссис Трегарленд показались на этом фоне не слишком необычным.

В августе этого года Гитлер подписал с Советским Союзом пакт о ненападении, и это, в сочетании с договором с Италией, делало ясным — он готовится к походу на Польшу.

«Будет ли война?» — вот что волновало всех, а никак не вопрос о том, каким образом потеряла память миссис Трегарленд.

И вот в первый сентябрьский день поступило сообщение: Гитлер совершил вторжение в Польшу, несмотря на заявление со стороны Британии и Франции о том, что такое вторжение будет расцениваться как война с этими странами.

Третьего сентября мы услышали по радио голос Невилля Чемберлена, объявившего о том, что мы в состоянии войны с Германией.

Все переменилось. Постоянно ходили какие-то слухи. Люди не говорили ни о чем, кроме войны.

В течение нескольких дней я не видела Джоуэна Джермина. Я не решила, до какой степени следует знакомить его с подробностями эскапады Дорабеллы. Я подумала, что расскажу правду: ему, конечно, я могла доверять.

Когда он вошел в дом, я сразу поняла — что-то произошло. Мы вместе отправились в сад. Он сказал: