Обет молчания - Карр Филиппа - Страница 55

Я не надеялась застать его, и так оно и случилось, поэтому я оставила ему записку с просьбой немедленно связаться со мной или сообщить, где я могу увидеть его, потому что у меня есть к нему дело, не терпящее отлагательств.

Маркус появился около пяти часов. Я приняла его в гостиной. Он стал еще красивее, чем я его помнила, а легкое прихрамывание не вредило его привлекательности. Маркус смотрел на меня, словно я была тем единственным человеком в мире, которого ему хотелось увидеть больше всего.

— Люсинда! — сказал он. — Какое удовольствие видеть вас! Я не могу выразить, в какой восторг я пришел, получив вашу записку.

— Я рада, что вы пришли. У меня к вам дело чрезвычайной важности.

Меня потрясло, с каким спокойствием он воспринял мое сообщение.

— А вот письмо, которое я должна вам передать.

Маркус взял его, взглянул и положил в карман.

— Я думаю, что это нельзя откладывать, — сказала я. — Мисс Эмма Джонс в большой тревоге.

— Понимаю, — сказал он, — Я сразу же займусь этим.

— Тогда мне лучше вас не задерживать.

Маркус казался несколько огорченным, и я напомнила себе, что на самом деле ему не настолько уж хочется быть со мной. Все это лишь игра. Я не должна никогда больше позволять обманывать себя.

— А как поживаете вы, Люсинда? — сказал он, делая ударение на слове «вы».

— Спасибо, хорошо. Я рада, что вы полностью выздоровели.

— Да, но мне не разрешают вернуться на фронт.

Я застрял здесь, в Лондоне.

— Я думаю, что многие этим довольны.

— Включая и вас, Люсинда?

— Естественно, приятно думать, что твой друг находится в безопасности.

— Я слышал, что у вас в госпитале Роберт Дэнвер.

— Да. Его тоже ранили в ногу.

— И вы надеетесь, что благодаря этому он тоже будет некоторое время в безопасности?

— Конечно.

— Он доблестный герой, не так ли?

— Он очень смелый человек, и я рада, что его храбрость оценили.

— Всегда хорошо, когда люди получают по заслугам.

Маркус скорчил легкую гримасу, и я не могла удержаться от улыбки.

— Думаю, что вам необходимо немедленно прочитать письмо, — сказала я.

— Вы извините меня, если я прочитаю его сейчас?

— По-моему, вы должны это сделать.

Он сел и разорвал конверт. Я наблюдала за ним во время чтения.

На его лице ничего не отражалось. Я не могла понять, какие чувства он испытывал. Маркус был превосходным актером.

— Если вы чувствуете, что должны уйти…

— Какая вы чуткая! Я думаю, что должен уйти.

Какое разочарование, что наша встреча была столь короткой! — Маркус взял мои руки в свои и пытливо посмотрел мне в лицо. — Но мы будем встречаться… часто. Мы так давно не виделись.

— Вы будете заняты, — напомнила я ему. — Свадьба требует много приготовлений.

— Я часто думаю о вас, Люсинда.

— О, правда? Ну, я желаю вам счастья и надеюсь, что все будет так, как вы хотите.

Майор Мерривэл уходил с явной неохотой, и я спрашивала себя, насколько это искренне.

На следующее утро я отправилась в Менд Вэил.

Мисс Эмма Джонс открыла дверь и пригласила меня войти.

— Вы были так добры, — сказала она. — Я знала, что могу положиться на вас.

— Я не сомневаюсь, что он придет, — сказала я.

— О, он уже приходил вчера вечером.

— Наверное, сразу же после того, как я отдала ему письмо. Я узнала его адрес от моей тети и немедленно пошла к нему.

— Спасибо. Спасибо. Не могу выразить, сколько счастья принес Дженни его приход. Теперь она умрет спокойно. Он также повидал детей. Он всегда хорошо к ним относился. Он уверил Дженни, что все будет в порядке. Об их будущем позаботятся, и нам не о чем тревожиться. Он такой добрый… такой милый человек. Не знаю, как вас и благодарить, мисс Гринхэм. Я знала, что вы поможете.

Я знала, что мне не надо будет ни о чем беспокоиться, если удастся увидеть вас и все вам объяснить.

— Я так рада, что смогла помочь!

— Дженни теперь мирно спит. Она благословила его и сказала, что надеется, он будет счастлив в браке. Она сказала, что его невеста — самая счастливая женщина в мире. Бедная Дженни, она так любила его! Я знаю, что теперь она умрет счастливой. Я слышала ее смех. Она знает, что все еще небезразлична ему, а она всегда понимала, на что могла рассчитывать. Еще раз спасибо, мисс Гринхэм за все, что вы сделали.

— На самом деле это очень немного.

— Вы никогда не поймете, насколько много.

Я ушла из Менд Вэил, получив еще один урок о человеческой натуре.

Я подумала, что бы сказали люди, узнав о Маркусе и его тайной семье, спрятанной в Менд Вэил.

Но сколько счастья дал он этой семье. Я поняла, что такое настоящая бескорыстная любовь. Дженни Джонс была готова оставаться любовницей Маркуса, она была счастлива тем, что он мог ей дать, и довольствовалась этим. Она очень любила его.

Я узнала кое-что и о Маркусе. Он оказался поверхностным человеком, но, безусловно, знал, как внушить преданную любовь. Мне пришло в голову, что все мы — сложные личности и никто из нас не вправе судить других.

Через несколько дней я получила от Маркуса письмо.

«Моя дорогая Люсинда!

Было очень любезно с Вашей стороны стать посредницей в этом деле! Именно Вы могли отнестись к нему с пониманием. Спасибо за Ваши хлопоты. Мы, все Вам очень благодарны. Вы вели себя в высшей степени доброжелательно и тактично… подтвердив мое мнение о Вас.

Надеюсь, у Вас все всегда будет хорошо. Аннабелинда сказала мне, что для Вас большая радость, что ее брат находится рядом с Вами.

Она объяснила мне, какая искренняя и огромная дружба связывает Вас с ним.

Надеюсь Вас скоро увидеть.

Восхищающийся Вами, как всегда,

Маркус.»

Я подумала, насколько типично для него это письмо. В возникшей ситуации с его тайной семьей он вел себя так, словно в этом не было ничего особенного, и его нисколько не смутило, что я посвящена в этот секрет. Кто, кроме Маркуса, смог бы настолько хладнокровно отнестись к тому, что его связь выплыла наружу?

Я обнаружила, что все еще думаю о нем с нежностью.