Черный лебедь - Карр Филиппа - Страница 64

— Ах, бедняжка! — озабоченно сказал Роланд: он всегда беспокоился за других.

— Белинда считает, что мне надо поехать в Лондон и навестить Селесту.

— Ты могла бы съездить после того, как мы вернемся из Йоркшира, — предложил Роланд.

— Не думаю, что смогу развлекаться, зная, что Селеста больна, а меня нет рядом с ней.

— Что с ней произошло?

— Я не знаю, но чувствую, что мне следует поехать в Лондон и все выяснить.

— Когда? — спросила Филлида.

— Прямо сейчас. Я не собираюсь ждать до тех пор, пока она всерьез заболеет.

— Дела так плохи?

— Белинда лишь намекнула…

Я остановилась и подумала про себя: почему я обязана давать какие-то объяснения, скармливать им полуправду, и все только потому, что я не желаю ехать с ними и хочу выяснить все, связанное с Джоэлем?

Я твердо продолжила:

— По-моему, вы можете съездить в Йоркшир вдвоем. В конце концов, это ваша родина. Вы там прекрасно ориентируетесь, а я там никогда не была.

— Но ведь ты очень хотела поискать дом, — заметил Роланд, — Это все равно не удастся сделать за день или два. Почему бы вам не поехать вдвоем? Если вы найдете что-нибудь подходящее, то я приеду и посмотрю сама.

Поиски займут не одну неделю, и все это время я буду беспокоиться за Селесту.

— Это все испортит, — сказала Филлида с недовольной гримасой.

Роланд мягко заметил:

— Я понимаю чувства Люси. Ее будут угнетать мысли о Селесте.

— Именно это я и имела в виду, — благодарно ответила я.

— Тогда, дорогая Люси, поступай так, как считаешь нужным. Мы с Филлидой отправимся в Йоркшир, осмотримся там, а если подвернется что-то подходящее, вызовем тебя, и ты сама посмотришь. Будь уверена, без тебя мы не собираемся принимать никаких решений.

Я признательно улыбнулась ему. Он действительно был очень добрым и понимающим человеком.

Я ощущала некоторый стыд, но в то же время и необыкновенное облегчение. Невозможно было рассказать им о Джоэле. Я не знала, смогу ли я встретиться с ним, и не представляла, как он отнесется ко мне, если мы встретимся.

Эти мысли одолевали меня и в вагоне поезда, который мчался в Лондон. Кеб довез меня до дому, где уже ждала Селеста. Она обняла меня:

— Как великолепно, что ты приехала!

— Белинда написала, что ты больна, и я не могла не приехать.

— Белинда преувеличивает.

— Я очень рада. Когда она приезжает?

— Завтра. Я рада, что у нас есть целый день. Это дает нам возможность немножко поболтать. А где Роланд?

— На пути в Йоркшир вместе с Филлидой. Селеста, я видела заметку в газете… о Джоэле.

— О да, в лондонских газетах писали об этом довольно много, хотя и без сенсационных заголовков.

Вероятно, дожидаются его возвращения домой.

— А когда он приедет?

— Должно быть, уже скоро.

— Так ты слышала, что с ним произошло?

— Нет. Я подумала о том, чтобы зайти к Гринхэмам, но не пошла. После его исчезновения они стали вести себя довольно странно, и я с ними почти не вижусь.

— Я думала узнать здесь все новости.

— Пресса проявляет по этому поводу непривычную сдержанность. Я посчитала бы это настоящей сенсацией. Член парламента, похищенный и содержавшийся в каком-то тайном укрытии…

— За него платили выкуп?

— Я знаю не больше того, что писалось в газетах.

— Интересно, когда же он будет дома?

— Ты не вернешь, верно? Я имею в виду ваши отношения. Ты теперь замужем.

— Мне говорили, что он умер, Селеста.

Она взглянула на меня несколько встревоженно.

— Но ведь ты счастлива в браке. Роланд очень хороший, правда? Бедный Джоэль! Возможно, тебе не следует встречаться с ним. Может быть, мне это сделать?

— Я хочу видеть его, Селеста. Я сама хочу объясниться.

— Если ты считаешь это разумным… Конечно, он мог измениться.

— Прошло не так уж много времени, Селеста.

— Но теперь ты замужняя женщина.

Я отвернулась.

— Долго ли Роланд и Филлида будут находиться в Йоркшире? — спросила она.

— Точно не известно. Они присматривают дом.

— Дом? Именно там?

— У Роланда там основное дело. К тому же это их родина. Роланд хотел бы купить какой-нибудь дом, который стал бы нашим семейным очагом. Видимо, его смущает, что Мэйнор Грейндж — моя личная собственность.

Селеста кивнула:

— Это вполне естественно. Но что же будет с Мэйнор Грейнджем? Ты собираешься продавать его?

— Я не уверена, что смогла бы продать его, даже если бы захотела. Все эти сложности с трастом… Я не знаю всех деталей. В свое время меня это мало интересовало.

— Тогда мы были слишком потрясены, правда?

Полагаю, согласие на продажу должен давать опекун.

Впрочем, я разбираюсь в этом не больше, чем ты.

— Я в любом случае не стану его продавать. Достаточно вспомнить про Эмери.

— Понимаю. Но если ты будешь жить в Йоркшире…

— Я буду часто приезжать сюда, чтобы встречаться с тобой и Белиндой. Я не хочу жить в полном отрыве от вас.

— Ты всегда можешь приехать сюда, если захочешь пожить в Лондоне, а кроме того, у тебя останется Мэйнор Грейндж. Возможно, это неплохая идея. Значит, они будут что-то подыскивать и если найдут…

— Тогда я поеду туда и посмотрю сама, а если мы все втроем придем к согласию, Роланд приобретет дом.

— Ну и прекрасно! — сказала Селеста. — Как замечательно, что ты приехала!

Она поместила меня в моей старой комнате. В первую же ночь, укладываясь спать, я не могла не подойти к окну. Я смотрела на ограду сада, почти ожидая увидеть там этого человека.

Но улица была пуста.

Белинда приехала на следующий день. Она излучала возбуждение. Вместе с ней был Бобби; он выглядел несколько менее радостно, чем в день свадьбы.

Я представляла, как потрясен и напуган он был, услышав признание Белинды. Тем не менее, он дал убедить себя в том, что все будет хорошо, и, судя по всему, доверял ей.

Вскоре Белинда пришла в мою комнату.

— Дела продвигаются, — сказала она. — Бобби очень мил, а Генри ведет себя почти, как джентльмен, чего я никак от него не ожидала.

— Это значит, что он действует в соответствии с твоими намерениями?

Она рассмеялась.

— Все та же самая прежняя Люси! — Как обычно, она показала мне язык. — Это займет некоторое время.

И зачем нужно так тянуть? Почему нельзя сделать все сразу? Не понимаю, зачем нужны все эти процедуры.

Но, кажется, все удастся провернуть без шума, и мы надеемся, что дело не получит широкой огласки. Так что вскоре мы с Бобби станем самыми настоящими супругами и никогда не забудем, какую роль во всем этом сыграла ты, Люси.

— Я сделала то, что само собой напрашивалось.

В конце концов, у тебя был только один выход.

— Но Генри мог бы повести себя мерзко. Ты ему понравилась. Он считает, что ты очень умная. Он не хотел уступать, но понял, что бесполезно пытаться забрать меня с собой. А кроме того, ребенок.

— Думаешь, это сыграло решающую роль?

Белинда похлопала себя по животу.

— Милый любимый малыш! — сказала она.. — Он вырастет большим и сильным. Смотри, что он сумел сделать, еще не появившись на свет!

Я подумала, что у нее есть редкое качество — умение сваливать свои неприятности на плечи других и искренне верить, что для нее все обойдется благополучно. И каким-то чудесным образом все происходило именно так.

Неожиданно Белинда сказала:

— Джоэль Гринхэм возвращается домой. Я прочитала об этом в газете — Она лукаво посмотрела на меня, — У вас, кажется, были очень дружеские отношения.

— Забавно, что ты помнишь об этом, — сказала я с легким сарказмом.

— Конечно, помню! Это ведь было так интересно, и к тому же ты собиралась выйти за него замуж.

Теперь он возвращается домой! — Она внимательно наблюдала за мной, и в ее глазах мелькали огоньки. — Он был похищен, но скоро вернется сюда.

— Да, видимо, так.

— Только не пытайся мне внушить, что тебе это безразлично.