Черный лебедь - Карр Филиппа - Страница 52

— Я знаю, что веду себя, как суетливая старая курица. Но понимаете, я так люблю вас обоих, я так скучала без вас, и наконец вы вернулись, но Роланд опять должен уехать!

— Ничего страшного, — ответил Роланд. — У тебя остается Люси, которую ты сможешь баловать.

Филлида порывисто подошла и расцеловала нас.

— Дорогие мои, я так люблю вас! — сказала она.

Мы выпили чудодейственное средство, которое было и в самом деле довольно приятным на вкус, и она, как и накануне, забрав поднос, покинула нас.

После уик-энда Роланд уехал в Лондон. Я знала, что буду скучать по нему, потому что моя привязанность к нему росла с каждым днем. Это было совсем не похоже на то, что я испытывала к Джоэлю. Я была наивной и романтичной, когда влюбилась в него. Теперь мои чувства были более трезвыми. Возле Роланда я ощущала покой, которого мне не хватало так долго.

Я написала Ребекке обо всем, поскольку ей я могла открыть свое сердце. Она тут же прислала ответное письмо о том, как она счастлива за меня. Сестра была уверена в том, что я сделала правильный выбор; впервые увидев Роланда, она сразу поняла, что он тот, кто мне нужен — Много времени я проводила с Филлидой. Ее интересовало практически все, но больше всего она хотела узнать о местах, которые мы посетили в Италии. Мы шли в библиотеку (мой отец сумел собрать в Мэйнор Грейндже довольно приличное собрание книг) и там отыскивали справки о Неаполе, Помпеях и Амальфи.

Филлида сказала, что было бы замечательно посетить вновь эти места, но уже втроем.

— Впрочем, ты, возможно, и не захотела бы ехать туда втроем, — задумчиво произнесла она.

— Я съездила бы туда с удовольствием, — уверила ее я. — Да и Роланд тоже. По правде говоря, будучи в Италии, мы постоянно вспоминали тебя, а Роланд часто говорил: «Интересно, понравилось бы это Филлиде?»

— Временами это беспокоит меня. Я начинаю думать, не лучше ли мне уехать, обосноваться где-нибудь отдельно. Мне кажется нечестным заставлять вас возиться со мной.

— Будь добра, выбрось всю эту чепуху из головы.

— Ах, Люси, я так рада, что Роланд женился на тебе!

Я спросила, как идут дела у Китти.

— О, все хорошо. У нее носорожья шкура, и это очень удачно. Она внимания не обращает на случайные стрелы, которые летят в нее.

— Стрелы? Кто их посылает?

— Этот дракон, миссис Эмери. Похоже, этой даме Китти не слишком понравилась, и вина лежит вовсе не на Китти. В общем, конечно, виновата я, которая ввела ее в этот дом. Но ведь Китти — моя горничная, и я не подумала, что предварительно следует посовещаться с оракулом.

Я вздохнула:

— Ох, уж эти маленькие неприятности!

— Ты разговаривала с ней насчет этого?

— Да, по ее просьбе. Со всеми церемониями, за чашечкой ее лучшего чая, который она выставляет на стол лишь по особым случаям. Боюсь, что имело место нарушение субординации, выразившееся в появлении в доме служанки без предварительных консультаций с семейством Эмери.

— Вся вина лежит на мне. Может, мне следует извиниться перед миссис Эмери?

Я поколебалась:

— Это было бы нелишним. Должно быть, тогда все встанет на свои места. Миссис Эмери хочет всего лишь признания ее официального статуса.

— Я сделаю это и постараюсь быть тактичной и проявить максимум уважения.

Мы обе рассмеялись.

На ночь Филлида опять принесла напиток, и, пока я его пила, мы сидели и болтали. Это стало своеобразным ритуалом.

В последующие дни мне очень не хватало Роланда.

Я с нетерпением ожидала его возвращения и решила, что в следующий раз, когда ему понадобится уехать в Лондон, я поеду вместе с ним. Я найду, чем занять себя, пока он будет работать: похожу по магазинам, навещу Селесту… Когда он вернется, я обязательно предложу ему это.

В этот вечер «стаканчик на ночь» принесла мне Китти.

Это была крупная женщина с сильными ловкими руками Вела она себя почтительно и была молчалива, отвечала только на задаваемые вопросы, что говорило в ее пользу.

Мне все-таки захотелось поболтать с ней немножко, и, когда она поставила стакан на столик, я сказала:

— Ах, это вы, Китти.

— Да, мэм. Мисс Фицджеральд попросила занести это вам — Спасибо. Вы хорошо устроились здесь?

— Да, мэм.

— Должно быть, это сильно отличается от Лондона?

— Да, мэм.

Я поняла, что беседа с ней не будет слишком плодотворной, и пожелала ей спокойной ночи.

Поскольку рядом не было Филлиды, под болтовню которой я привыкла потягивать напиток, я чуть не забыла сделать это. Поймав себя на этом, я быстро осушила стакан и поставила его на поднос, который должны были забрать утром.

Роланд находился в Лондоне уже три дня. Я твердила себе, что скоро он вернется домой.

Как обычно, я выехала на верховую прогулку.

Филлида на этот раз не захотела поехать со мной.

Вернувшись, я узнала от служанки, что меня ждет посетительница, которая находится в гостиной вместе с мисс Фицджеральд.

Я прошла туда и, к своему удивлению, увидела Белинду.

— Привет, Люси, — сказала она. — Я решила навестить тебя.

— Вижу, вижу. Как мило! Какой сюрприз? У тебя все в порядке?

— О да, — ответила она.

Но я сразу же поняла, что что-то случилось. В ней ощущалась какая-то подавленность, и я задала себе вопрос — зачем бы она приехала, если бы у нее не было определенной цели?

— Мисс Фицджеральд рассказала мне, как чудесно вы здесь устроились и какой прекрасный был у вас медовый месяц.

— Кроме того, я сказала ей, что надо было привезти с собой мужа.

— Да, — согласилась я. — Почему ты это не сделала?

— О, Бобби сейчас очень занят… вопросами поместья, конечно. Вот я и решила урвать денек-другой, чтобы узнать, как ты здесь поживаешь.

— Надеюсь, ты немножко погостишь у нас.

— Если можно… всего несколько дней.

— Конечно. Мы будем рады принять тебя, правда, Филлида?

— Ну разумеется. Роланд будет очень огорчен, не застав вас. Он не вернется до пятницы, а может быть, до субботы. Но до этого времени вы останетесь, не так ли?

— Я… я не знаю. Нужно подумать…

Я догадалась, что Белинде очень хочется уединиться со мной, и сказала:

— Думаю, мы поместим тебя в красной комнате.

Я схожу поговорю об этом с миссис Эмери.

— Я могу сходить, — вызвалась Филлида, но тут же умолкла.

— Наверное, лучше поговорить мне, — быстро сказала я.

Филлида все поняла. Хотя она уже поговорила с миссис Эмери по поводу Китти, отношение миссис Эмери к ней оставалось весьма прохладным.

— Может быть, мне сходить к ней и сказать, что ты хочешь с нею поговорить? — предложила Филлида.

— Да, будь добра, сделай это. И попроси, пожалуйста, кого-нибудь из служанок приготовить комнату.

Филлида оставила нас вдвоем.

— Что случилось, Белинда? — спросила я.

— Нечто ужасное..

— Ну, так расскажи мне об этом.

— В любой момент здесь появится миссис Эмери.

— Тогда давай дождемся, пока тебе приготовят комнату, и там поговорим.

Вскоре вошла миссис Эмери.

— Клянусь, это мисс Белинда! — воскликнула она. — То есть, прошу прощения, леди Денвер.

— Совершенно верно, — сказала Белинда, подошла к миссис Эмери и расцеловала ее.

Это было нарушением протокола, но вполне простительным, и миссис Эмери выглядела очень довольной.

— Рада видеть вас, мисс… ваша светлость.

— Для вас я всегда мисс Белинда, — сказала Белинда. — Грешница Белинда.

— Что ж, вы бывали порой непослушны, спорить не буду. Но встретиться с вами очень прямо. Как в старые добрые времена, мисс Люси и вы вместе.

— Белинда погостит у нас несколько дней, миссис Эмери.

— Это славно.

— Я думаю, мы поместим ее в красной комнате.

— Я прослежу, чтобы все было в полном порядке.

Признаюсь, для меня это удовольствие.

Когда она вышла, Белинда взглянула на меня, и мне показалось, что она вот-вот расплачется.