Патрик Батлер защищает - Карр Джон Диксон - Страница 46

— Хью, я не виновен! Клянусь!

— Правда? — переспросил Батлер, бросив вопрос, как стеклянный стакан, в стену и сорвав скрепку, прикреплявшую чек к какой-то бумажке. — Штамп на оплаченном чеке вместе с копией приложенного письма свидетельствуют, что сумма переведена на счет букмекерской конторы, зарегистрированной под названием «Джон Джоллибой лимитед», главный филиал которой находится на Оксфорд-стрит.

В сопроводительном письме, подписанном мистером Луисом Рефтоном, недвусмысленно сказано, что мистер Воган задолжал конторе четыре тысячи пятьсот фунтов. К нему приложен чек на оставшиеся пятьсот фунтов — для продолжения его успешной карьеры. Все это вместе с фальшивыми акциями, весьма неуклюже выписанными рукой мистера Вогана как одного из директоров несуществующей нефтяной компании, служит великолепным вещественным доказательством.

Батлер осторожно положил чек и письмо на стопку детективных романов.

— Вещественные доказательства номер два и три, — объявил он.

Чарлз Грандисон Прентис протянул руку к пепельнице с погасшей сигарой. Но пальцы слишком дрожали. Вместо этого он хлопнул ладонью по лежавшему на письменном столе блокноту.

— Мистер Батлер, мне послышалось, — проговорил он с остатками былого превосходства, — будто вы называли меня мошенником и сообщником…

— Вас? — поднял брови Батлер. — Да бросьте. Вы мелкая сошка. Вам нельзя доверить даже содержимое детского игрушечного банка. Вы слишком осторожны, чтобы выкинуть подобный фокус. Чек вместо наличных! Именные акции! Мистер Воган внушает мне отвращение.

— Вновь подсудное заявление, сэр!

— И я снова вам предлагаю предпринять законные действия, — кивнул барристер с таким устрашающим выражением на лице, что дядя Чарлз отшатнулся.

— Думаете, дорогой сэр, будто нам, служителям закона, ничего о вас не известно? Вы так и не простили отцу этого мальчика, — палец Батлера указал на Хью, — что он был гораздо способнее вас. Ваша любовь к племяннице весьма похвальна. Видимо, ваш протеже, мистер Воган, обладает всеми качествами, которые отсутствуют у вашего племянника. Он выполняет ваши распоряжения, подчиняется, повинуется, гладко причесан, прилично выражается. Брак между племянницей и мистером Воганом представлялся вам идеальным. Вы решили устроить его любой ценой. Дорогой сэр, вы давно знали, что Джеймс Воган обманом выманил у Абу Фаюма шесть тысяч фунтов. Узнали это из полученного письма Абу…

Разгневанный дядя Чарлз вскочил на ноги.

— Прекратите немедленно! — крикнул он.

— Прекратить, говорите вы? — вскричал в ответ Батлер.

— Недопустимое… противозаконное… оскорбление…

— Поэтому, — продолжал адвокат, — под удобным предлогом вы сидели дома, трясясь от страха, очень своевременно заболев гриппом. Но после убийства вам пришлось выйти на сцену, что-то предпринять. Вы с готовностью принялись кое-кого выгораживать, отдав племянника на заклание… — Батлер взял себя в руки и заговорил спокойнее: — Тем не менее в час испытания именно презренный племянник за вас заступился и спас. По каким соображениям — одному только Богу известно…

Пэм положила руку на плечо Хью. Последний в крайнем возбуждении, не смея взглянуть па Монику, желал, чтобы свершилось чудо и пол провалился под ним.

Однако дальше было хуже. Совсем побагровевший лорд Саксемунд, сгорбившийся в кресле, неожиданно выпрямился и ткнул пальцем в Хью.

— Не так плох этот парень! — воскликнул он. — Никто со мной, правда, не обращался хуже, чем он. Швырнул… Ну ладно. Все равно, он не так плох.

— Прекратить, вы сказали? — гремел Батлер, которого это слово как бы взбесило. — Давайте посмотрим. Я сейчас очень коротко проясню один вопрос, который едва не увел меня на ложный путь. Потом продемонстрирую, что Абу Фаюма мог убить Воган, и только Воган. — Он потянулся к кнопке звонка на письменном столе и продолжал уже тише: — Лишь один человек знал, что Хью Прентис пошел ко мне, что мы с ним сотрудничаем, знал о наших общих интересах, даже о том, что мы отправились ко мне домой. Это Джим Воган. Просто удивительно, что я не обратил внимания на столь очевидный факт. Но…

Дверь открыла перепуганная мисс Уоттс. Хью показалось, что за ее спиной некто, кого он не смог опознать, быстро шмыгнул в сторону, скрывшись из вида.

— Ах, моя дорогая, — приветствовал ее Батлер. — Скажите, пожалуйста, не сидит ли в приемной мистер Джералд Лейк?

— Д-да, мистер Батлер…

— Будьте добры пригласить его сюда.

— Лейк! — прохрипел лорд Саксемунд. — Уж не тот ли…

— Не беспокойтесь. Он никого не будет обличать.

С первого взгляда на вошедшего Джералда Лейка — по-прежнему без шляпы, в застегнутом доверху дождевике — было ясно, что он никого не собирается обличать. Очень самоуверенный, даже высокомерный прошлым вечером молодой человек теперь проявлял еще меньше решимости, чем даже при встрече с Хью нынче утром.

С увлажненными в тумане коротко стриженными темными волосами и худым лицом, он выглядел на десять лет старше, чем утром, прокашливаясь и стискивая кулаки в карманах дождевика.

Батлер обратился к нему с официальной вежливостью:

— Мистер Лейк, первым делом позвольте принести извинения. При нашем знакомстве в антикварной лавке мистера Коттерби я счел вас невыносимым доктринером, тогда как на самом деле вы просто идеалист.

— Идеалист… — сокрушенно и презрительно шепнул Лейк.

— Тем не менее это так. Понимаете, я так же консервативен, как вы… радикальны. Поэтому не поверил вашему заявлению о ненависти к насилию. Посчитал лицемерным ваше утверждение, будто вы считаете своим долгом консультировать бедняков, не поверил и предупреждению, что нам лучше не выходить на улицу. Даже на меня влияют политические соображения. Вы были абсолютно честны…

— Взяв деньги у Большого Луи? — горько вставил Лейк, сверкая темными глазами.

— Ну, это было в прошлом…

— Чтобы помочь друзьям, — перебил его Лейк, — берешь деньги у ненавистного человека. Не можешь отказаться. Думаешь, что тут такого плохого, если грязные деньги пойдут на доброе дело. Однако это страшнейшее заблуждение…

— Оставим эту тему. Поведайте нам о событиях вчерашнего вечера.

— Приблизительно в четверть девятого, — нахмурился Лейк, — ко мне в контору над антикварной лавкой позвонил по телефону некий Луис Рефтон и передал просьбу своего доверенного клиента о небольшой услуге. Сказал, что услуга действительно небольшая и мне нечего опасаться.

— Кто же этот клиент?

— Кажется, мистер Воган. Джеймс Воган. Я с ним незнаком.

— А… И чего он просил?

— Ч-чтобы вас покалечили, — запнулся Лейк, — отправив примерно на месяц в больницу и отбив всякий интерес к расследованию убийства.

Джим Воган, скривив губы, рванулся вперед. Батлер бросил на него единственный взгляд, и тот снова попятился к картотечному шкафу.

— Понятно, — кивнул адвокат. — Как же это предполагалось устроить?

— Насколько я понял, Воган сказал Рефтону, что вы с мистером Прентисом и двумя дамами долго пробыли в вашем доме, а потом поехали в большом автомобиле к Букингемскому отелю…

— Минуточку! — резко перебил его Батлер. — Вогану, которого вы не имеете удовольствия знать, было известно, что мы находимся у меня дома. Откуда он узнал, куда мы потом направились?

— Наверно, от вашей домоправительницы. Воган, кажется, близкий друг мистера Прентиса, он весь вечер названивал по телефону, ему могли рассказать… Видно, звякнул после вашего отъезда, и она, не видя ничего подозрительного, сообщила ему.

— Конечно, конечно. Какой же план составил наш славный мистер Воган?

— Чтобы… чтобы я…

— Успокойтесь, мистер Лейк. Я вас долго не задержу.

— Как я понял со слов Рефтона, он сказал, что вы можете ехать только одной дорогой. Надо вас по пути заманить в лавку мистера Коттерби.

— Каким образом?

— Выставить объявление о каких-нибудь исторических реликвиях. Лучше всего о перчатках, которые вас почему-то сильно интересуют, так что вы бы не устояли. Большой Луи заверил, дело проще простого. У босса…