Верь только сердцу - Карлайл Лиз - Страница 65

– Договорились, – буркнул Коул и пришпорил жеребца.

Остаток путешествия пролетел быстро, хотя так не показалось двум всадникам, стремительно мчавшимся на север. Останавливались они только для того, чтобы пополнить запас воды и дать отдых лошадям. Большую часть пути Коул и Делакорт не разговаривали и лишь изредка обменивались взглядами. Не испытывай Коул страха, он, без сомнения, посчитал бы их поведение глупым и смешным. Странно, но Коул был рад, что Делакорт его сопровождает. Уже сгущались сумерки, когда Коул заметил впереди кирпичные столбы ворот Элмвуда. Он молча указал на них, и всадники свернули на дорогу, обсаженную вязами. В тени густой листвы было темно и прохладно, и Коула охватило недоброе предчувствие.

Делакорт почувствовал то же самое.

– Амхерст, что вы намерены сказать, когда мы приедем? – спросил он встревоженно. – И что я должен делать?

– Я и сам не знаю. – Коул устало провел ладонью по лицу. – Думаю, надо разыскать Дженет и детей и отвести их в библиотеку. Когда они будут в безопасности, вы займетесь детьми, а я попробую все объяснить Дженет. Хотя, черт побери, ума не приложу, как это сделать. Она ужасно расстроится. Делакорт нахмурился.

– Амхерст, я терпеть не могу втолковывать очевидное, но у нас нет никаких доказательств. Так что вполне возможно, что Дженет нам не поверит. Правда настолько ужасна, что мне и самому с трудом в это верится. Безусловно, я уговорю судей прекратить расследование гибели Мерсера, чтобы пощадить чувства Дженет. Господи, я сейчас чувствую себя идиотом!

Коул внимательно посмотрел на виконта.

– Чувствуете себя идиотом? А каково мне, по-вашему? Я помчался к вам в Лондон, чтобы все выяснить, оставил людей, за которых несу ответственность, мою будущую жену и детей, а их тем временем могли убить во сне или того хуже... Господи, прости меня!

– Амхерст, вы сделали все, что смогли, другому и это не удалось бы. Ладно, мы уже приехали, и все будет хорошо. Вряд ли что-то могло случиться за столь короткое время. И кроме того, вы же сами сказали, что почти все в доме поправляются после болезни.

Наконец они были у дома. Несмотря на поздний час, на крыльце стоял Дональдсон с метлой в руках. Интуиция опытного солдата подсказала дворецкому, что господа сильно встревожены. Отставив метлу, он сбежал со ступенек как раз в тот миг, когда Делакорт спешился. Дональдсон удивленно уставился на человека, которого ему было велено близко не подпускать к дому. Однако дворецкий промолчал. Коул, едва спрыгнув на землю, спросил:

– Где Дженет?

– Она гуляет с детьми, сэр.

Коул внезапно оцепенел.

– Где гуляет? С кем? – Коула пронзило предчувствие, что случилось что-то недоброе. Или вот-вот случится. Он понимал это с леденящей, пугающей уверенностью. – Черт побери, Дональдсон... где они? И где мисс Камерон?

– Я не знаю, сэр. – Лицо дворецкого стало белее мела. – О Боже, – прошептал он дрожащим голосом, – не хотите же вы сказать... Идемте скорее в дом, миссис Бертуистл может знать, куда они ушли.

Коул бегом ворвался в холл, Дональдсон и Делакорт следовали за ним. Он обежал дом, надеясь в душе, что дворецкий ошибается. Может, Дженет просто пошла с мальчиками в сад и еще не вернулась? Но гостиная была пуста, кабинет и библиотека закрыты, и Коул инстинктивно почувствовал, что в доме вообще никого нет.

Его сердце колотилось так сильно, что было готово выскочить из груди. Господи, где же они? Какому несчастью на этот раз он позволил случиться?

– Миссис Бертуистл! – закричал Коул, подбегая к массивной кухонной двери. – Миссис Бертуистл! Черт побери, где миссис Роуленд?

Домоправительница и кухарка, занимавшиеся своими делами на кухне, буквально остолбенели от неожиданности. Перепуганная старушка прижала руку к сердцу.

– Они на ко-конюш-не, наверное, – с трудом выдавила она. – Ушли минут пять назад, сэр. А что случилось?

Коул не стал представлять Делакорта, да и домоправительнице явно было не до гостя.

– С кем она ушла? – рявкнул Коул.

Миссис Бертуистл затеребила свой кружевной воротник.

– С мисс Камерон, сэр. Мисс Камерон сказала, что идет с мальчиками искать кошку, и пригласила миссис Роуленд пойти вместе.

– Черт побери! – пробормотал Делакорт и стукнул кулаком по столу. Домоправительница в страхе отпрянула. – Где эта проклятая конюшня?

Трое мужчин выскочили из дома через заднюю дверь и наткнулись на Мозби, который вел лошадей.

– Мозби, оставьте лошадей и следуйте за нами, – приказал Коул.

Уже вчетвером они побежали к каменному зданию конюшни. Коул молил Бога, чтобы их подозрения оказались необоснованными, однако прекрасно понимал тщетность своих молитв. Их окружало зло, и имя этому злу было Эллен Камерон. Эллен всегда притворялась и лицемерила, и в глубине души Коул это чувствовал. Так почему же он не доверился своему чутью?

Дверь конюшни оказалась открытой. В конце центрального прохода мерцал слабый свет, а по стене двигались тени, как будто кто-то в стойле держал в руках лампу. Кивком головы Коул приказал Мозби остаться у двери, а Дональдсону указал на чердак. Сам же с Делакортом вошел в конюшню. В ноздри ему ударил странный, резкий запах. Делакорт тоже его почувствовал и бросил на Коула встревоженный взгляд. Они осторожно двинулись к стойлу, и в этот миг в конце прохода раздался детский смех.

– Вот этот, черный! – воскликнул Роберт. – Он мой, я его первым увидел!

– Ну и пожалуйста, – согласился Стюарт. – Мне больше нравится рыжий. Мама, можно я возьму рыжего? Вон того, с белым ушком.

Боже! Коул вгляделся в пляшущие тени. Дженет и мальчики ни о чем не подозревают. Они позволили заманить себя в ловушку, в дальний конец конюшни. Что же на этот раз замыслила Эллен? Может, у нее нож? Или револьвер?

Однако нельзя было безрассудно врываться в стойло. У Эллен в руках зажженная лампа, а это очень опасно в сухом и пыльном помещении. Поэтому следовало подкрасться незаметно. Моля Бога, чтобы ни одна из лошадей не заржала, узнав его, Коул сделал знак Делакорту следовать за ним. А запах становился все ощутимее. Что же это такое? Скипидар? Масло? Или что-то другое, может, спирт?

– Мама, – захныкал Роберт, не дождавшись ответа от матери, – ну можно я возьму черного котенка?

– Я... да, можешь взять, если позволит мистер Мозби, – ответила Дженет. В ее резко прозвучавшем голосе слышалась озабоченность. – Эллен, чем это пахнет?

– Что? – Свет лампы заметался, и послышался приятный голос Эллен Камерон. – А, запах? Это жидкость от блох, я полила ею солому. О, какие симпатичные котята, правда? Посмотри, Дженет, вот у этого глаза голубые, этот должен быть твоим.

Дженет не удовлетворили объяснения кузины.

– Но, Эллен, это пахнет как бренди... или как что-то...

Коул и Делакорт уже приблизились к наполовину раскрытой дверце стойла. Внутри что-то ударилось о стену, и Коул увидел, как в проеме мелькнуло зеленое муслиновое платье. Эллен Камерон пятилась спиной к дверце, держа в руке лампу. Коул наклонился к Делакорту и прошептал ему на ухо:

– Я постараюсь вырвать лампу, а если она упадет, не дайте вспыхнуть огню.

Даже в полутьме было видно, как побледнел Делакорт.

– Будьте осторожны, тут все может вспыхнуть в одно мгновение, – прошептал он в ответ.

Коул кивнул, и они сделали пару шагов вперед. Но вдруг Эллен выскочила из стойла в проход, захлопнув за собой массивную дверцу. Раздался крик Дженет:

– Эллен! Эллен! Немедленно открой дверь! Где-то в глубине стойла захныкал Роберт:

– Мама, я хочу выйти отсюда! Здесь очень темно!

Эллен, высоко подняв лампу, уставилась на Коула. Ей достаточно было секунды, чтобы перебросить лампу через стенку стойла. Неужели именно это она и хочет сделать? Господи! Дверь стойла заперта снаружи, а внутри все займется в одно мгновение. Эллен, несомненно, намеревалась все выдать за трагический несчастный случай. Было слышно, как в стойле заплакали уже оба мальчика.

– Дженет! – крикнул Коул, отгоняя страшную картину, которую он себе представил. – Дженет, я здесь, не бойтесь. Ведите себя спокойно. Мисс Камерон просто играет с вами.