Красивая, как ночь - Карлайл Лиз - Страница 70

— О, я люблю девочку. Но на виселицу ради нее не пойду!

— Это же был несчастный случай, — взмолилась Хелен, пытаясь убедить себя. — Вы же сказали, что это просто несчастный случай! Ариана же вспомнит это, да?

Он решительно покачал головой:

— О нет, Хелен. Я не осмелюсь рискнуть. А что касается того, что Ариана помнит… О, у нее есть ощущения, пугающие ее. Но может ли она подтвердить, что Кассандра замахнулась на меня подсвечником? Я не могу рисковать.

— Она… напала на вас? — Хелен вдруг решила выяснить правду до конца и затянуть бегство Лоу насколько будет возможно.

— О да! Эта стерва хотела убить меня, чтобы я навсегда замолчал! Я сказал, что люблю ее, что никогда не позволю ей оставить меня, объяснил, что сделаю, если она только попытается. Она в характерной для нее вспышке гнева замахнулась подсвечником, целясь мне в голову. Полдюжины горящих свечей разлетелись во все стороны, но она кинулась на меня, царапая и пытаясь задушить.

— Томас, — снова прервала его Хелен с мольбой. — Лорд Трейхерн поймет!

Но Лоу ничего уже не слышал.

— Я не заметил, клянусь Богом, что одна свеча закатилась под кучу мусора. Старые занавески на окнах вспыхнули, а она продолжала драку. Потом загорелись ее юбки. Вся комната мгновенно была охвачена пламенем. Я едва успел оттащить Ариану в безопасное место, и это правда. Любой свидетель непременно объяснил бы, как все произошло. Но перепуганный ребенок? — Лоу в отчаянии покачал головой. — Нет, я не могу рисковать. Даже если меня оправдают, Трейхерн уничтожит меня. Он жестокий человек.

Он снова говорил с непоколебимой решимостью, и Хелен вдруг почувствовала, что у нее подгибаются ноги от жуткого страха и усталости.

— Томас, не может быть, чтобы вы хотели увезти нас в Саутгемптон! Почему бы вам не уехать без нас? — опять взмолилась она. — Мы вам не нужны. Мы только будем вас задерживать.

И вновь она увидела холодный, расчетливый взгляд. Лоу решительно покачал головой:

— Мольбы не помогут вам выбраться из этой переделки. И больше вам не удастся задержать нас. Я не брошу все, что имел в этой жизни, без определенного вознаграждения. У Трейхерна есть все, но он не получит моего ребенка, единственное, что осталось от Кассандры на этой грешной земле. И он не получит вас. О да, — вкрадчиво сказал он, и в его глазах вспыхнул злобный огонек. — Вы поможете моему ребенку. Вы исправите ущерб, который нанесла ее красавица мать, эта шлюха. Вы поняли? И с этого момента и до тех пор, пока мы не покинем Англию, мы с вами… мистер и миссис Смит! Очень мило, правда? И если вы только попытаетесь что-нибудь придумать… Предупреждаю, это станет последней в вашей жизни попыткой. — Он грубо толкнул ее к коляске.

В Честоне-на-Водах царила мертвая тишина. Два всадника добрались до деревни за несколько минут и ничего там не обнаружили. А оттуда, чтобы сэкономить время, Кэм отправился в сторону Фэрфорда, а брату поручил проверить дороги, которые вели на запад и на юг.

Спустя час Кэм выяснил, что ни один экипаж, похожий на коляску Томаса Лоу, не проезжал по дороге от Честона до Фэрфорда. День был теплым. Ему без труда удалось найти фермеров, расчищавших поля, и домашних хозяек, мывших пороги своих домов. Все они знали настоятеля, и все были уверены, что тот не проезжал в их сторону.

Кэм понял, что напрасно теряет время, развернул коня и, подняв клубы пыли, направился обратно в Честон. Внезапно он почувствовал радость, что послушался Бентли и послал его проверить другие дороги.

Его уверенность была вдвойне вознаграждена, когда буквально через пять минут он встретил брата, поднимавшегося в гору. Лицо у него пылало от гнева, он резко осадил коня, и тот забил копытами, нервно кусая удила. Кэм видел, как устал жеребец.

— На почтовой дороге, — задыхаясь, сказал Бентли, как только Кэм поравнялся с ним. — Их видел конюх с постоялого двора. Направлялись на юг, два часа назад. Говорит, неслись во весь опор. Похоже, Лоу не собирался ехать в Фэр-форд.

— Ты был прав. И все это мне чертовски не нравится, — сказал Кэм.

Он кивнул, и братья понеслись вперед бешеным галопом. Без слов было ясно, что они будут преследовать Лоу до тех пор, пока не найдут, и что они сделают это вместе.

Позднее Кэм не мог сказать точно, в какой момент их долгого пути терзавшая его тревога сменилась настоящей паникой. Возможно, когда они узнали, что мчавшаяся коляска едва не опрокинула повозку фермера у Латтона.

Но к тому моменту, когда братья подскакали к развилке дорог вблизи Криклейда, чтобы поговорить с тем фермером, Кэм уже был в ярости и жаждал крови Томаса Лоу. После их осторожных расспросов фермер рассказал, что коляска остановилась у его лесочка, и особо подчеркнул, что женщина дала пощечину джентльмену.

Это наверняка Лоу, злодей. И Кэм не сомневался, что ударила его Хелен. Он прекрасно знал, что при определенных обстоятельствах она сделает это без всяких колебаний.

Но чем Лоу мог заслужить пощечину? Может, он позволил себе некоторую вольность? Не будь положение настолько серьезным, это было бы даже смешно. Если благочестивый, самоуверенный настоятель пытался украсть поцелуй и был за это бит, тем лучше.

Но все обстояло гораздо хуже. Кэм нутром чувствовал это. И загадка не будет разгадана, пока они не догонят Лоу. Через пять минут они снова прыгнули в седло и поскакали по дороге. Вскоре Бентли словно подтвердил его опасения.

— Если этот мерзавец хоть пальцем тронет Хелен или Ариану, — мрачно сказал он, — клянусь, я кастрирую его собственными руками.

Кэм, и без того взбешенный, рявкнул:

— Черта с два, Бентли! Ничего подобного ты не сделаешь. Если придется заняться Лоу, а это несомненно, я не позволю лишить себя такого удовольствия. Видишь ли, я намерен жениться на Хелен, как только закончится этот кошмар.

— О, черт возьми, Кэм! — пробормотал Бентли, уставившись на свои руки. — Я знаю.

Кэм продолжал смотреть на него, едва различая брата сквозь пелену гнева.

— Ты знал? Ты знал и все же осмелился прикоснуться к ней? Ты лапал мою будущую жену, как одну из твоих девок в таверне? И не смей прятаться за юбки Хелен, потому что рано или поздно я добьюсь от нее правды.

— Хватит тебе, Кэм. Я же тогда ничего не знал, — пробормотал Бентли, обращаясь теперь к собственному галстуку. — Одно дело — противиться твоим высокомерным распоряжениям. И совсем другое — заигрывать с женщиной, к которой ты питаешь настоящие чувства! Ты что, думаешь, я совсем уж негодяй? Господи, Кэт только вчера рассказала мне обо всем. — Он мрачно скривился. — Велела держаться подальше от Хелен. И еще рассказала о Джоан.

— Что ты имеешь в виду под «рассказала о Джоан»? Ты что, не поверил мне, когда я сообщил, что нашей помолвке не бывать?

— О, какой же я дурак! — воскликнул Бентли с раскаянием. — Ты же только недавно вернулся из Лондона? Значит, еще даже не слышал…

— Что? — подозрительно спросил Кэм.

С каждой милей день становился все неприятнее. Бентли невидящим взглядом уставился на дорогу.

— Ты не поверишь. Я и сам никак не могу поверить. Но кузина Джоан… э… бегала на свидания к викарию. В исповедальню. А сейчас она… Короче, скоро мы будем приветствовать еще двух новых членов семьи.

— Нет! Быть того не может! — Кэм медленно покачал головой и тут вспомнил завуалированные намеки своего камердинера. Старик знал — или подозревал.

— Ну, Крейн, — раздраженно пробормотал он, — ну, старый дьявол!

Бентли покосился на брата:

— Нет, я точно знаю, что это викарий. Джоан никогда бы не завела роман со слугой.

Глядя прямо перед собой на дорогу, Ариана сидела в коляске, не шевелясь, хотя два раза у нее ужасно чесался нос. Она по своему долгому опыту знала: чем тише она ведет себя, тем меньше ее будут замечать взрослые, и, конечно, они не будут задавать вопросов.

И еще она знала, что чем тише будет сидеть, тем больше услышит. А сегодня она уже много всего услышала. И еще больше поняла. Она была очень понятливой. Ариана всегда подозревала, что настоятель — плохой человек. У нее всегда становилось неприятно в животе, когда он приходил. Но так было и при появлении других людей. И до сих пор не имело большого значения.