Добродетельная женщина - Карлайл Лиз - Страница 38

— Я знаю, — прошептала она.

Они поднялись в полной темноте на второй этаж. Дэвид открыл перед Сесилией дверь спальни, подвел ее к маленькой кровати на столбиках, сел на край и притянул к себе. В его темных глазах отражался свет лампы, которую Этта оставила непотушенной.

Холодный дождь превратился в снежную крупу и яростно хлестал по стеклам, но здесь, в спальне, было тепло и уютно. Мягкие отблески огня в камине плясали по лицу Дэвида, подчеркивая его аристократические черты. Он молча протянул руку и начал вынимать шпильки из роскошных волос Сесилии.

Пышные локоны дождем рассыпались по ее плечам, и Дэвид взялся за лиф платья.

— Ты не пожалеешь, Сесилия? — прошептал он и слегка дрожащей рукой стянул шелковые рукава с ее рук.

Она, не отрываясь, смотрела на его длинные изящные пальцы.

— Нет, — прошептала она, закрывая глаза. — Только покажи мне, как доставить тебе удовольствие.

— Сесилия, — нежно ответил он, — тебе не надо для этого ничего делать. Мне достаточно только взглянуть на тебя, чтобы испытать удовольствие, граничащее с безумием.

Вскочив на ноги, Дэвид повернул ее спиной и принялся ловко расстегивать мелкие пуговки. Потом его пальцы скользнули по ее ключицам.

— На мне… корсет, — взволнованно напомнила она.

— Ничего, я справлюсь.

— О! — Щеки Сесилии вспыхнули. — Конечно, ведь тебе наверняка приходилось раздевать очень многих женщин, — добавила она чуть печально.

— Это так, но сегодня я хочу раздеть только одну, — сказал Дэвид, целуя ее в маленькое ушко. В его голосе послышались нотки сочувствия. — Сесилия, милая, я давно уже не невинный юноша. И строго говоря, недостаточно хорош для тебя — ты всегда это знала. И все-таки я постараюсь доставить тебе удовольствие и доказать, насколько ты мне желанна.

Дэвид осторожно спустил платье Сесилии на талию и взял в ладони ее пышную грудь, наслаждаясь ее тяжестью и бархатистой кожей. Он ласкал ее, стоя сзади, легко проводя губами по шее и волосам.

Он, в самом деле, безудержно ее хотел! Сесилия почти чувствовала его обжигающий взгляд на плечах. Что за невыносимое наслаждение! Невольно застонав, она бессильно запрокинула голову.

— О Боже, Сесилия, — прошептал Дэвид, слегка сдавив ее соски. — Сейчас ты еще более красива, чем тогда, когда я впервые…

Повернувшись к нему лицом, Сесилия страстно поцеловала его в губы. Охваченная желанием, она не хотела вспоминать прошлые обиды.

Снежная изморось билась в окна в такт ее пульсу. Дэвид закрыл глаза, опахнув щеки густыми ресницами, и впился поцелуем в губы Сесилии.

Внезапно он оторвался от ее рта и, в одно мгновение, скинув с нее одежду, крепко прижал к себе. Его руки прошлись по ее обнаженным плечам, спине и остановились на ягодицах.

Издав приглушенный нетерпеливый стон, Дэвид повалил Сесилию на постель, сбросил с себя рубашку и остальную одежду. Сесилия, приподняв голову, смотрела на свою грудь.

— Она у меня… слишком большая, правда? Дэвид улыбнулся:

— У тебя невероятно красивая грудь. Об этих спелых персиках я мечтал все последние годы. — Он лег на кровать рядом с ней, любуясь ее великолепным телом.

Сесилия почувствовала, что краснеет. Она никогда еще не лежала обнаженной в постели с мужчиной. Даже Уолрафен в своих неуклюжих и тщетных попытках супружеской близости никогда полностью ее не раздевал. В камине постреливали угли, бросая неверные отблески красноватого света на ее кожу. Сесилия потянулась, было к одеялу, чтобы накрыться, но Дэвид удержал ее руку.

— Не надо, Сесилия.

Он перевернул ее на спину, навис над ней и, нагнув голову, стал медленно покрывать поцелуями ее грудь. Его темные густые волосы, упав вперед, пощекотали ее пылающее тело. Сесилия вскрикнула от удовольствия.

Боже правый, она никогда не знала такой сладкой пытки! Впрочем, Дэвид считался человеком, искусным в делах любви, но сейчас Сесилии было не до его репутации.

Все еще нависая над ней, он продолжал ласкать ее грудь, а другой рукой погладил живот.

— Как же ты красива и женственна! — прошептал он, опуская руку ниже.

Его пальцы творили чудеса. Сесилия, приглушенно вздохнув, попыталась отпрянуть, но он удержал ее на месте, продолжая так умело ласкать сокровенную ложбинку, что ей хотелось кричать и рыдать от наслаждения.

— О… Прекрати, Дэвид! — Сгорая от стыда и удовольствия, Сесилия уперлась пятками в спинку кровати и выгнулась навстречу его руке.

Кончиком горячего языка Дэвид пощекотал ее сосок.

— Сладкие персики… — хрипло прошептал он. — Ты можешь свести с ума любого!

Дэвид прижался животом к ее бедру, и она, почувствовав, насколько он возбужден, инстинктивно закинула ногу ему на талию. Она так хотела… а чего, не знала сама.

Дэвид осторожно опустил ее ногу.

— Не торопись, — попросил он, и она погладила ладонями его упругие ягодицы.

Он слегка приподнялся на руках и взглянул на нее горящими глазами.

— Бог мой, Сесилия!

Неожиданно он опустил голову, сильным движением раздвинул ее ноги и принялся ласкать языком те самые потаенные места, которые только что ласкали его пальцы. Сесилия, сдавленно вскрикнув, приподняла бедра, но Дэвид снова опустил их вниз. Сладкая пытка продолжалась.

Дэвид начал терять контроль над собой. Желание овладеть Сесилией постепенно становилось нестерпимым. Как же она хороша! Даже слишком хороша для него, привыкшего к платной любви… Но выдержит ли она боль?

Нет, на этот раз его ничто и никто не остановит.

Сесилия извивалась на постели и что-то невнятно бормотала, цепляясь руками за покрывало. Ее волосы разметались по подушке роскошной огненно-золотой копной, шелковистая кожа в свете камина матово поблескивала.

Все шесть лет горячечных фантазий Делакорта не шли ни в какое сравнение с реальностью. Внезапно Сесилия подалась назад, часто и прерывисто дыша.

Дэвида бросило в жар, но он продолжал умело распалять ее вожделение языком. Он обещал доставить ей удовольствие, и она его получит, черт возьми, даже если ему предстоит взорваться от воздержания!

Но первой взорвалась Сесилия. Напрягшись всем телом, она приглушенно застонала.

— Ах, ах… ах, Дэвид! — задыхалась она, поглаживая руками собственное тело. Пальцы их встретились, и Делакорт осыпал поцелуями ладони Сесилии и ее лицо, а потом как мог крепко прижал к себе и держал в своих объятиях до тех пор, пока она не притихла.

— Войди в меня, — прошептала она хрипловатым голосом. — Я так хочу, прямо сейчас. Пожалуйста! Знаю, что это грешно, но я не могу больше!..

Дэвид снова обнял ее.

— Ох, Сесилия! — пробормотал он, уткнувшись ей в волосы. — Ты должна понимать… если мы оба этого хотим, то здесь нет ничего грешного.

— А ты… хочешь? — неуверенно спросила она. — Ты хочешь меня? Дэвид усмехнулся.

— Так сильно, что мне даже больно, глупышка. — Он лег на нее и снова поцеловал. Какая же она красивая и какая хрупкая! Слишком хрупкая. Ну что ему с ней делать? И с самим собой тоже?

Приподнявшись, Дэвид раздвинул ей ноги и осторожно, всего на дюйм, проник в неизведанное дотоле Эльдорадо.

Сесилия, содрогнувшись от нового приятного ощущения, начала двигаться ему навстречу.

Дэвид принял ее ритм. Это было так необычно! И так чудесно!

Сесилии и в голову не могло прийти, что можно испытывать с мужчиной такое наслаждение, но все же ей хотелось большего.

— Пожалуйста, Дэвид, — вздохнув, попросила она.

— Не сейчас, — произнес тот шепотом.

— Сейчас, немедленно! — умоляла Сесилия.

— Нет! — выдохнул он, но внезапно, глухо застонав, полностью погрузился в ее лоно.

Острая боль пронзила все ее тело, но как-то незаметно уступила место наслаждению. Наконец-то их тела слились воедино.

— О Боже! — благоговейно прошептал Дэвид, откинув назад голову и закрыв глаза. На его красивой шее вздулись жилы, все тело было предельно напряжено.

— Тебе не больно? — спросил он еле слышно, почти нечеловеческими усилиями обуздывая себя.