Снежная Дева (СИ) - Зорина Светлана - Страница 38

— Его не больно-то и откроешь, — усмехнулся Сэм.

— А ты выходит пытался? — угрожающе обернулась к нему Джина.

— Да нет… Я просто…

— Да ладно тебе, Джина, — засмеялся Келли. — Пытался он или нет, не имеет значения. Амулет Вуурданы сделан с учётом того, что большинство людей любопытны и именно это нередко становится причиной всяческих несчастий.

— А из чего он сделан? — спросила Илана, осторожно щупая гладкий тёмно-серый медальон.

— Из брони гриспов, — ответил Келли. — Это такие маленькие твари, которые живут в земле и питаются падалью. Между прочим, тоже священные животные Вуурданы. Панцири у них такие прочные, что даже лошадь не раздавит, если наступит.

После обеда Илана и вся Кошачья банда разместились в небольшом зале возле жарко натопленного камина. Гай, который сел было играть с несколькими юношами в какую-то местную настольную игру, подумав, перебрался к камину. Илана заметила, что Кошки ему обрадовались, и ей почему-то стало приятно.

— Нам здорово повезло, — сказал Келли. — Когда начались эти облавы на главеров, мы запаниковали. В Логове ночевать боялись, а спрятаться было всё трудней и трудней. Убийцы каждую ночь прочёсывали все пустующие постройки Шиман-Тауна, а на улице в такой холод спать не будешь. Как-то вечером парень из Грифонов предупредил, что сегодня планируется зачистить наше Логово. Мы собрали вещи и решили спрятаться на развалинах стадиона, но нас там выследили. Нас окружили, и мы уж думали — всё… И тут Кэти говорит: «Знала бы, что всё так обернётся, постаралась бы закадрить этого голубоглазого принца! У него же кристалл какой-то волшебный есть, которым он в другой мир двери открывает. Может, у этого парня и впрямь не все дома, может, он действительно наш дерьмовый мир завоевать надумал, но я бы всё равно у него помощи попросила. Куда угодно ушла бы, лишь бы отсюда, раз тут совсем уже никакой жизни нет!» А мы перед аркой стояли и видели, как эти твари на снегоходах приближаются. И вдруг всё изменилось… То есть… Сперва мы не поняли. Снежная пустошь осталась, а снегоходы вдруг превратились в сани, запряжённые оленями. Смотрим — собаки какие-то огромные носятся. И люди совсем другие. А среди них наш голубоглазый принц. Мы оторопели, а он не больно-то и удивился — как будто именно нас и ждал.

— Я ждал, но не знал, кого, — улыбнулся Гай. — Я просто слышал зов, и в нём было столько отчаяния, что мне захотелось открыть врата.

— А как ты их открыл? — спросила Илана. — У тебя действительно есть этот самый магический кристалл.

— Есть. Это камень, который здесь называют линдимином. Он действительно помогает открывать врата, но не всем и не всегда. Это Кэтлин помогла мне их открыть. Она думала обо мне и очень хотела оттуда вырваться. Вы все хотели, но её желание сыграло решающую роль. Хорошо, что она меня вспомнила. Мы с ней вдвоём открыли врата. С двух сторон их открывать легче, даже кристалл не понадобился. У этой девушки хорошие способности к магии.

— Ну да, — усмехнулся Сэм. — Она уже вообразила себя великой колдуньей.

— А кстати, где она? — Илана огляделась, высматривая Кэти Джонс, но той в зале не было. — Кажется, я её и за обедом не видела…

— Осталась опять у Эдеры, — сказала Джина. — В святилище. Мы проезжали мимо, завернули подкинуть бабуле рыбки. У неё уж не те зубы, чтоб мясо жевать… Кстати, мясо у них там к концу подходит, надо сказать Эдану… Ну и Кэти опять напросилась в гости.

— Да старуха, вроде, ничего против неё и не имеет, — пожал плечами Келли.

— Может, наша Кэт станет жрицей Вуурданы, — хихикнул Джастин по прозвищу Клоп — самый малорослый в банде, хотя и далеко не самый слабый.

— Надеюсь, Хенны поблизости нет… — Сэм огляделся с нарочито испуганным видом. — Каким бы даром ни обладала наша Кэт, к славному роду Сельхенвурдов она не принадлежит. Разве что за Эдана замуж выйдет.

— Бог с тобой, — снова захихикал Джастин. — Эдан смотрит совсем в другую сторону…

Он запнулся и умолк. Илане показалось, что Джина толкнула его под столом ногой. Многие смущённо покосились на Гая, но его красивое лицо оставалось непроницаемым.

— Хенна уж слишком переживает, что у неё нет выдающихся способностей к магии, — заговорила Джина, явно стараясь поскорее уйти от скользкой темы. — А по-моему, не стоит из-за этого изводиться. Вот бы стала я переживать, что не родилась великой балериной или поэтессой…

— Но какие-то способности у неё всё же есть? — спросила Илана.

— Есть, но она не из тех, кто творит чудеса. В роду Сельхенвурдов магический дар передаётся главным образом по женской линии, и было много могущественных колдуний, которые своим искусством спасали от бед не только племя ангиеров, но и весь Айсхаран. Сейчас говорят, опять какое-то бедствие надвигается, племя ангиеров стало слабым, малочисленным и со всех сторон окружено племенами, которые служат Айслинду. А она, Хенна, ничего не может сделать, даже вернуть свой родовой замок.

— По-моему, она к себе слишком требовательна, — пожала плечами Илана.

— А меня ты как спас? — обратилась она к Гаю. — В отличие от Кэти я о тебе не думала.

— Но ты же хотела спастись. Ты хотела убежать оттуда, потому врата и открылись.

— Да, но я точно знаю, что одна бы я их не открыла. Как ты почувствовал, что мне нужна помощь?

— Не знаю… Ты очень сильный маг, и твоя связь с этим миром очень сильна. Я просто почувствовал, что врата надо открыть. Что кто-то с той стороны очень хочет открыть их и как можно быстрее. А когда они открылись, сразу увидел тебя. В том саду… Ты была слишком слаба, чтобы совершить переход. Я помог тебе перейти, но врата открыли мы оба. На этот раз я использовал камень, поскольку сам был не в лучшей форме.

— А откуда у тебя этот камень?

— Долгая история, — улыбнулся Гай. — Её знают все, кроме тебя, поэтому здесь я её рассказывать не буду… Что с тобой?

— Ничего, — пробормотала Илана, пытаясь сфокусировать взгляд на лице юноши, которое почему-то стало двоиться и троиться. — Наверное, я ещё не совсем пришла в себя. И чем хоть она меня накачала, эта проклятая герцогиня?

— Ничего, Хенна поставит тебя на ноги, — заверила Илану Джина. — А если что, обратимся к Эдере. Старая жрица Вуурданы отличная знахарка.

— Да, похоже, без Эдеры не обойтись, — задумчиво произнесла подошедшая Хенна. — Тебя знобит?

— Немножко, — призналась Илана.

— А тошнота есть?

— Да так, слегка… А почему ты считаешь, что это серьёзно?

Хенна ответила на её вопрос, когда они остались наедине. Видимо, потому она и вызвалась проводить гостью до её комнаты. Набиваться им в компанию никто не решился. Илана заметила, что большинство обитателей лесного посёлка избегают Хенну. Она была из тех, про кого в гаммельской гимназии N 7 говорили: «Вечно всех напрягает!»

— Дело не в отраве — от неё ты уже давно оправилась. Дело в том, что твой организм… вступает в пору зрелости. Понимаешь?

— Что тут не понять? Мне тринадцать с половиной. У дочерей Адама всё это примерно в таком возрасте и начинается. Вот не думала, что у меня всё будет так же…

— Как ты сказала? У каких дочерей?

— Дочерей Адама и Евы. По легендам мира, где я выросла, это прародители всех людей. Я человек только наполовину и всегда думала, что моё взросление должно проходить как-то иначе.

— Оно и будет проходить иначе — ведь илана ты в большей степени, чем человек. У илан не бывает кровотечений, но ближе к концу третьего года жизни, а если считать по-вашему, где-то примерно в тринадцать-четырнадцать лет, в организме происходят изменения. Вместе со способностью давать жизнь у иланы как бы окончательно сформировывается её магический дар, и, как правило, чем он сильней, тем тяжелее проходит наступление зрелости. Если ты почувствуешь себя совсем плохо, придётся отвезти тебя в святилище, к Эдере. Думаю, она сумеет тебе помочь. Ты сейчас, главное, не утомляйся и получше ешь. Может, у тебя вообще всё легко пройдёт…

Хенна поморщилась, потому что горячее масло лампы, которую она несла, капнуло ей на руку. Большой дом был полон звуков, и сквозь их нестройных гул пробивалось пение, сопровождаемое игрой на каком-то струнном инструменте. Хенна опять поморщилась, и Илана поняла, что это уже реакция на пение.