Недалеко от Земли - Караваев Роман - Страница 80

– Мое почтение, коллега, – Медведев опустился в мягкое кресло у столика для гостей. – Колдуем помаленьку?

– Как видишь, – Аристарх уже производил какие-то, ведомые только ему одному, манипуляции с миниатюрными чашечками. – Рассказывай.

– Я хотел бы послушать тебя. Ты ведь знаешь расклад.

– Я аналитик, – не отрываясь от таинств чайного ритуала, Монах мельком глянул на него, – и в состоянии сопоставить некоторые факты. «Тайфун» – твоих рук дело. Ты решил, что будет проще вывести из игры тех непокорных, которых отбирал я, и завести собственную команду, полностью тебе подчиненную. Затея провалилась. Не так ли, Олег?

– Без комментариев, – угрюмое лицо Солдата совсем закаменело.

– И теперь ты хочешь знать, почему же это произошло. Тебя интересуют теория или практика?

– И то, и другое. И лучше без воды.

– Как скажешь, – Аристарх пододвинул ему чашку и сел напротив, скрестив руки на груди. – Тогда не перебивай, слушай внимательно и делай выводы.

Тебе прекрасно известно, – начал он, – что у нас агрессивная цивилизация. Вернее, ХМУРЫЙ МИР, – Монах умудрился произнести эти два слова так, будто каждая буква в них была заглавной. – Почему-то первыми всегда идут безжалостные воители. Вспомни историю. Римские когорты, викинги, кочевники Чингисхана, конкистадоры, казаки Ермака, наконец. После их славных деяний наступает относительный мир и расцвет культуры, но нападение всегда приоритетно. То ли потому, что все неизвестное мы отождествляем с опасностью, то ли в нас говорят животные инстинкты хищников. И пока мы не научимся к этому самому неизвестному относиться с осторожностью, как к неимоверно хрупкой вазе, наши перспективы неутешительны. Агрессия – болезнь неразвитого сознания, а ложь, ее оправдывающая – попытка облечь в белые одежды то, что на самом деле изначально является черным.

В мире, где происходит постоянное нагнетание насилия и двойной морали, люди, сохранившие непосредственное восприятие мира, достойно жить не могут. А ведь это единственно нормальные люди. Я и выбирал таких. Только они способны к развитию и самосовершенствованию в отличие от остальных, тех, кто устраивает вас, дергающих за ниточки, и полностью укладывается в вашу систему ценностей. Они думают, как вы, и стараются жить, как вы, но они не способны украсить ХМУРЫЙ МИР. А уж если и дальше воспитание подрастающих поколений будет зациклено только на выращивании исполнителей идей и предначертаний всевозможных вождей, фюреров, великих кормчих, больших братьев и харизматических лидеров, земная цивилизация будет все больше скатываться к мрачной перспективе общества, в котором человек человеку – недоверчивый сосед, да еще и ксенофоб. Вы же стремитесь к тотальному контролю во благо себе. Вы стараетесь затоптать тех, кто непохож на вас и думает иначе, кто открыт миру и готов его преображать. С кем вы останетесь?

С продуктами вашего обучения, устаивающими вас целиком и полностью? Но ведь и они рано или поздно начнут задумываться и постепенно понимать, что прилежно следовать вашим мудрым указаниям и слепо верить в светлое будущее, которое вот-вот наступит благодаря совместным усилиям на очередном выбранном вами пути, маловато для достижения гармонии с самим собой и окружающей действительностью. И пусть еще не они, но уже дети их начнут изменять свое восприятие реальности, благо перед ними будет конкретный пример первопроходцев. Борьба со злом должна происходить в душах людей и завершаться победой каждого над самим собой. Вам придется уступить. Иначе вы получите мертвую стабильность, и Земля превратится либо в большое болото, где любые процессы приводят к гниению, либо в пустыню, где все живое быстро погибает.

– Ты, никак, отделяешь себя от нас? – Солдат посмотрел на Батюшкина тяжелым взглядом. – Давно ли ты не относишься к правящей элите?

– Вынужден относиться, – корректно поправил его Монах, – чтобы в меру сил не дать вам совсем распоясаться.

– Ага, – глаза генерала стали совсем колючими. – Ну да. Агнец в стае волков. Свой среди чужих. Непредвиденный фактор влияния на власть. Ты зачем мне эту притчу рассказываешь, буддист хренов?

– Вон как тебя проняло, – Аристарх насмешливо прищурился. – Значит, правда. Это не притча, дружище, это теория. Сам хотел. А теперь перейдем к практике.

Человечество достигло такого уровня технологического развития, – он сделал маленький глоток из своей чашки, – при котором стало возможным освоение новых, недоступных доселе территорий. А сознание подавляющего большинства его представителей, заметь, осталось на прежнем, сумеречном и первобытном уровне, ведь все достижения земной цивилизации – результат деятельности микроскопической группы людей, остальные – всего лишь потребители. Их устраивает такое положение вещей, им лень напрягаться в попытках вырваться из обыденных представлений. Хотя все могло бы быть по-другому, если бы на заре времен человек счел приоритетным для себя развитие собственного разума, а не удовлетворение животных инстинктов с помощью силы и выдуманных приспособлений. К тому же в процессе эволюции мы постепенно привыкли овеществлять свои желания, используя различные механизмы. Хотели быстро перемещаться – и появились паровозы, автомобили, корабли; хотели летать – изобрели самолеты. Так и уверовали в то, что мы – цари природы. «Нам нет преград ни в море, ни на суше». Мечтали о звездах – и почти достигли их. Но вот незадача: дальше родной Солнечной системы нам со своими костылями-машинами не уйти. На костылях да еще с головой набекрень по этой дороге не ходят. И теперь мы снова стоим на развилке и задаем себе вопрос, ответ на который давно знаем, но в надменной гордыне не можем принять.

С чем мы явимся в большую Вселенную? С оружием в руках и сознанием своего величия и непогрешимости, с готовностью утверждать свое право на обладание единственной и непререкаемой истиной или с открытой душой и желанием жить в гармонии с миром? Попробуй ответить себе на этот вопрос. Без лицемерия и ханжества. Не надо лгать в беседе с собой, можно только искренне заблуждаться, не отвергая безоговорочно того, с чем ты пока еще не готов согласиться.

По сути, человечество само запустило механизм Сферы. Мироздание среагировало, ей-богу, достаточно мягко на возможность экспорта агрессии. Барьер мог бы образоваться и гораздо ближе, существенно ограничив при этом поле деятельности людей. К этому, в общем-то, шло. В конце прошлого века общество замирало от ужаса при чтении предсказаний Нострадамуса, но ведь его центурии описывают всего лишь в той или иной степени вероятные события. Они могут состояться, а могут и нет. Все зависит от суммарного вектора человеческих устремлений. И не стоит говорить, что свинья грязи всегда найдет. К сожалению, вы ее с детства учите искать эту грязь. А Сфера предназначена противостоять грязи в душах. Только у людей, распахивающих себя при встрече с неведомым, каким бы непостижимым или отталкивающим оно им ни казалось, Сфера задействует изначально заложенные в них Мирозданием умения. При сем они обретают истинную свободу. Свободу думать, искать настоящую, а не навязываемую кем-то ложную истину, свободу поступать так, как они сами считают нужным, неся внутри себя добро и понимание, свободу не зависеть от других. Вот почему они не хотят сотрудничать с вами, ваши цели для них неприемлемы, а может, даже омерзительны. И не надейтесь на то, что ваши верные воспитанники тоже обретут какие-либо способности. Это невозможно в принципе. Сначала нужно очистить сознание от мусора. Звезды не для нищих духом!

– Красиво изложил, – Солдат скептически поджал и без того тонкие губы. – Сам додумался или подсказал кто?

– Если ты намекаешь на тех, кого я отбирал для программы ПП, то попусту тратишь слова. Последний раз я видел их еще в учебном центре, – Аристарх спокойно посмотрел в глаза Медведеву и отставил чашку. – Если же ты имеешь в виду Варчука с Клюевым, тоже ошибаешься, они не контактировали со мной, покинув твое заведение в Петергофе.

«Он не знает, что испытатели остались живы, – с облегчением понял генерал. – Иначе непременно обмолвился бы. Уж кто-кто, а Монах органически неспособен на ложь, мне это известно давно, со времен нашей экспертной группы. Но каков, а? Лихо завернул!»