Недалеко от Земли - Караваев Роман - Страница 42

– Да, сэр, – в голосе Джерри не слышалось оптимизма.

Хоскинс опять молча кивнул.

Седых невнятно хмыкнул и свернул картинку. Некоторое время никто не двигался, каждый по-своему переживал увиденное. Первым нарушил молчание Клеменс. Он зябко передернул плечами и спросил:

– Ну и что теперь?

Кобыш крякнул, пригладил ежик на голове и подвел итог:

– Да, братцы. Хоть мы и выиграли первый раунд, похоже, теперь нас пытаются обойти. Не ожидал такого стремительного развития событий.

– А кто ожидал? – поморщился Хромов. – Мы ведь думали, эта бодяга суток на пять, не меньше. Пока разберутся, что к чему.

– Они и разобрались, – сказал Дорин. – Только быстро. И частично. А теперь сделали правильный ход – незачем торчать тут всем, достаточно оставить для наблюдения только пару человек, которые будут тут тихой сапой все высматривать и вынюхивать. А остальные вернутся на Землю и в комфортных условиях выпотрошат Джека и Вивьен. Браво!

Клеменс опять зябко поежился. Заметив это, Тернер тут же вклинился в разговор:

– Ну, мы тоже кое-что можем. Надо только зашевелить мозгами. Так, командир?

– Так, – подтвердил Кобыш и обратился к Седых. – Скажи-ка, Женя, как ты вызываешь картинку?

– В смысле? – удивился капитан.

– Ну, перед тем, как ее увидеть, ты же за что-то цепляешься?

– А-а! – понял Седых. – Конечно. Сначала я четко вспоминаю место, а потом…

– Надо выявить зону охвата. Ты можешь показать нам место на Земле?

– Какое?

– Да любое! На твой выбор.

– Попробую, – капитан усмехнулся и прикрыл глаза.

Все затихли. Сначала ничего не происходило, и пилоты уже начали было недоуменно переглядываться, но тут воздух перед ними сгустился, и показалось даже, что пахнуло холодом. Прямо посреди каюты возник ободранный угол дома с полуоторванным плафоном фонаря. Плафон немилосердно мотало ветром и заметало снегом, поэтому световое пятно на утоптанной грязной обочине у дома дергалось и испуганно прыгало. Улица, уходящая в темноту, почти не освещалась, и непонятно было, что там есть еще, кроме близлежащих зданий.

– Здесь я жил очень много лет назад. В далеком детстве, – мрачно сказал Седых. – По-моему, стало еще хуже.

– Убери, – попросил Кобыш, – а то замерзнем.

Картинка исчезла, а полковник продолжил:

– А теперь, Женя, попробуй зацепиться за какого-нибудь человека. Опять же на выбор.

Седых внимательно посмотрел на командира, но промолчал. Очевидно, он догадался, что затевает старший по званию. Снова закрыв глаза, он сосредоточился.

На этот раз все произошло гораздо быстрее. Перед пилотами возник интерьер комнаты, обставленной со вкусом и излишне не загроможденной. Было-то там всего: тройка мягкой мебели, журнальный столик, изящный стеллаж с замысловатыми статуэтками и видео-стойка со всеми причиндалами, от телевизора с гигантским экраном до DVD-дисков.

На диване, глядя в потолок, лежал худой человек в махровом халате. Рука его свисала, касаясь пола, а лицо выражало крайнюю озабоченность.

– Мой сосед по лестничной площадке – аудитор Фомский, – возвестил Седых.

– Достаточно, – улыбнулся Кобыш. Невооруженным глазом было видно, что он доволен. – Зачет принят.

– Выходит, радиус действия не ограничен, – сказал Дорин. – Во всяком случае, в пределах Земли. Выкатывай свой план, командир. Хотя, по-моему, и так все ясно.

– Да, – подтвердил Кобыш. – Надеюсь, сообразить было нетрудно, – он посмотрел на начавшего оттаивать Клеменса. – Не паникуй раньше времени, Джек. Команда не бросает своих в беде. Сейчас ты обязан будешь подчиниться воле Редфорда. Но потом, когда ситуация станет опасной, мы тебя вытащим. Брюс и Женя отследят все до упора. А мы с Виктором выступим в роли коммандос. Сил и смекалки хватит, не сомневайся.

– Почему сразу нельзя что-нибудь предпринять? – с затаенной надеждой спросил Клеменс.

– Потому что мы еще не успели отработать свои новые навыки, – назидательно ответил Кобыш. – Просто времени не хватило. Теперь же мы будем действовать стремительно, так, чтобы супостат не успел принять контрмер. В первую очередь надо найти убежище на Земле и снова собраться в кучу уже на новом месте. Далее – по обстоятельствам.

– Вы-то с Хромовым сможете, – согласился Дорин. – А мы как уйдем с орбиты?

– Пока суть да дело – попытаемся все-таки инициировать друг друга. Если не получится, придумаем что-нибудь еще. В конце концов, челнок с космодрома угоним. Мы ли не пилоты?

– А как с Вивьен? – спохватился Клеменс.

– Вивьен – наш страховочный вариант, – усмехнулся Кобыш.

И стало очень тихо.

– Не хочешь ли ты сказать… – потрясенно начал Тернер.

– Да, – перебил его командир, – с недавнего времени у меня появилось очень сильное подозрение, что возможности Ли со товарищи гораздо более серьезные, чем у нас. С того самого момента, кстати, когда ты, Брюс, увидел вокруг них оболочки.

Новое здание Института психофизики в Петергофе Варчук с Клюевым снаружи рассмотреть не успели, обратив внимание только на блеск тонированных стекол. Черная «Волга» остановилась у самого подъезда, и два здоровенных, коротко стриженных мужика с бычьими шеями быстро сопроводили их в вестибюль. Зато внутри, пока поднимались на четвертый этаж в модерновом бесшумном лифте, плавность хода которого могла соперничать исключительно с ходом представительского «Мерседеса», и шли по длинным просторным коридорам, создававшим теплыми пастельными тонами стен и бликующей поверхностью покрытого ламинатом пола впечатление не научного, а, скорее, бизнес-центра, они смогли удостовериться в том, что попали действительно в недавно и со тщанием построенное здание. Вот только двери подкачали. Были они не ажурными, большей частью состоящими из покрытого морозными узорами стекла, а массивными и глухими. «Как будто за каждой из них скрывается жуткая тайна», – подумал Варчук. Обширный холл, куда их привели, составлял приятное исключение. Одна его стена отсутствовала вообще, замененная по прихоти архитектора сплошным стеклом, открывавшим вид на заброшенный, но чем-то притягивающий взор парк. Двери же в трех остальных стенах резко отличались от увиденных ранее. Высокие, двустворчатые, как будто рассчитанные на великанов, они тоже были изготовлены из сплошного стекла, но только матового. Один из сопровождающих, как заправский дворецкий, подошел к центральным створкам, справа от которых висела черная табличка с выведенной золотыми буквами надписью: «Директор», мягко развел их в стороны и сказал:

– Прошу вас, господа.

Варчук с Клюевым сделали несколько шагов, но очутились еще не в кабинете, а всего лишь в вестибюле-приемной. За столом секретаря сидела отнюдь не девица, как можно было ожидать, там непринужденно умостился широкоплечий детина, правда, со всеми признаками интеллекта на лице. Кивнув вошедшим, он тут же нажал на невидимую кнопку, и дверь в директорские апартаменты бесшумно открылась, теперь уже без посторонней помощи.

«О, как! – мелькнула у Клюева неприязненная мысль. – Почище, чем на нашем оборонном предприятии». Продолжив движение, испытатели вошли в кабинет, и проем за ними сразу же закрылся, оставляя охрану снаружи. Помещение, в которое они попали, являло собой образец рабочего места высокопоставленного руководителя. Длинный стол для совещаний, встроенные шкафы с книгами и папками, стулья вдоль стен, обшитых дубом, широкие окна, наполовину закрытые портьерами, и большой чиновничий набор с компьютером, стопами документов и портретом президента, благожелательно наблюдающего сверху за действиями своих вассалов.

Тут же обнаружился и Трубников, пропавший еще в аэропорту, когда прибывшие были переданы с рук на руки встречающим. Он разместился слева от директора, против ожидания оказавшегося приятным, не старым еще мужчиной, и при появлении Клюева с Варчуком громко произнес: «А вот и наши орлы!» Справа от главы института сидел еще один человек, взглянув на которого, можно было с уверенностью сказать – это, несомненно, ученый. Что-то в нем сквозило типично академическое, близкое образу киношного героя, непредставимого без мигающей огнями аппаратуры или, на худой конец, без изрыгающих сизый дым колб и пробирок. На кончике носа его имели место старомодные очки, а пегая шевелюра стояла дыбом, совсем как у великого Альберта Эйнштейна.