Бриллианты требуют жертв - Жукова-Гладкова Мария - Страница 58

– Здравствуйте, Николай Михайлович! Давно к нам не захаживали. Совсем забыли.

Всем своим видом тетка излучала радость, хотя, как мне почему-то показалось, в душе она повторяла рефреном: «Чтоб ты сдох и век тебя не видеть».

– Нужно разместить представителей Санкт-Петербурга, – объявил лейтенант тоном, не принимающим возражений. – Это мои коллеги из петербургского управления, – ребята изобразили легкий поклон, от чего у тетки глаза полезли на лоб. Видимо, отродясь не видела кланяющихся ментов. – Это журналисты. – Николай Михайлович показал на меня, Пашку и Татьяну. – Это… сопровождающие. – Он показал на Кактуса и компанию.

– По скольким номерам размещать? – Тетка быстро пришла в себя.

– Три двухместных, один трехместный, – сказала я.

– В трехместный кого? – спросила у меня тетка.

– Нас, – я кивнула на Татьяну и Пашку.

Тетка кашлянула.

– Они – журналисты, – заметил один из сотрудников органов с самым невозмутимым видом, словно это объясняло, почему две женщины намерены жить с одним мужчиной.

– Понятно, – кивнула тетка. Видимо, новые веяния дошли и до этих мест.

Вскоре нам вручили ключи и объяснили, как найти номера. Никаких носильщиков тут, конечно, не было. Но с таким количеством крепких мужиков…

– Вы тут размещайтесь, – сказал Николай Михайлович, – отдыхайте с дороги. По городу прогуляйтесь немного. А я часика через полтора подойду и как раз поужинаем.

Хочу заметить, что дело происходило вечером в четверг. Всю неделю мы работали с повышенным энтузиазмом, органы оказали содействие, чтобы сюжетов хватило и на пятницу, а то и на понедельник. Ребята в холдинге потом «склеят». «Криминальная хроника» почти никогда не идет в прямом эфире, и я комментарии записываю заранее. Так что, надеюсь, с эфиром все пройдет нормально. Заняться кладоискательством мы планировали завтра с утра.

В нашем номере оказались три односпальные кровати, видавший виды стол, на котором кое-кто даже оставил память о себе (из трех букв), два стула. Бельишко, судя по изношенности, давно пора было пустить на тряпки. Хотя что я хочу? Не в Европах. Правда, в Париже мне довелось один раз пожить в жуткой гостинице с рваными полотенцами. Зато здесь полотенца вообще не полагались. Мыло тоже. Но мы, зная, куда направляемся, прихватили все с собой. И, естественно, кипятильники (два) со своей посудой. Все-таки мы с Татьяной выросли в советские времена, а советский человек не мог поехать в командировку, не прихватив с собой кипятильник, кружку, ложку, нож, чай, сахар и т. д. в соответствии с личными потребностями и предпочтениями. У Татьяны с собой еще имелся небольшой контейнер с маленькими мышками для питания змей. Мышек она покупает оптом, хотя я ей давно советую их разводить. Не исключено, что в этой гостинице питание для Татьяниных змей придет само. Причем гораздо более крупных размеров, таких, что одной змее будет не под силу его заглотить. Посмотрим.

– Холодильника нет, – поразилась Татьяна, в последние годы много поездившая по заграницам и привыкшая к несколько другим условиям.

– И телевизора, – добавил Пашка.

– Таня, зачем тебе холодильник? – спросила я. – У нас нет скоропортящихся продуктов. И за окно можно вывесить в сетке. Чай, не лето. Паша, ты когда в последний раз смотрел телевизор? По-моему, ты смотришь только в камеру.

– Мы с Василием смотрели, – сообщил оператор. Оказывается, они с большим интересом ознакомились с версией охранников, вызволенных нашим коллегой Ленькой из вытрезвителя. Пашка-то сразу догадался, с каким привидением встретились мужики. Потом с Василием строили версии, как я доставила несчастных в скверик.

– Обойдетесь без холодильника и телевизора, – сказала друзьям и стала распаковывать вещи. Правда, взяла с собой немного. Сумки составили в стенной шкаф при входе. Туда же на верхнюю полку загрузили драгоценную камеру.

Пашку мы первым отправили в душ на разведку. Он у нас привычный к холодной водичке – если тут окажется только такая. Однако подача воды нас приятно удивила – горячая была, и напор хороший. Мы с Татьяной тоже приняли душ, потом решили сходить в гости к остальным членам компании и обсудить планы на вечер.

На совещание собрались в комнате милиционеров. Им выделили люкс: полутораспальные кровати, просиженные кресла, не штопанное белье, графин и два стакана.

Сотрудники органов считали, что им лучше встретиться с Николаем Михайловичем и поговорить без нашего присутствия.

– Потом отчитаемся, – отрапортовали представителям коза ностра.

– Юля, дай им диктофон и научи пользоваться, – сказал Кактус. – Ты захватила запасные?

Я взяла аж целых три, не говоря про батарейки и кассеты.

– Вы сомневаетесь, что мы… – открыли рот сотрудники органов.

– Только в вашей памяти по утру, – ответил Кактус. – Я и в своей не уверен. Вы же с этим лейтенантом не чай пить будете?

Милиционеры подозревали, что крепость напитков будет градусов на сорок повыше.

Кактус тем временем опять повернулся ко мне и предложил на сегодняшний вечер разделиться – на две компании. Трое его подчиненных пойдут сами по себе, а он, Пашка и мы с Татьяной сами по себе.

– Куда? – спросила я.

Кактус считал, что следует начать с заведений, расположенных в одном здании с гостиницей, то бишь ресторана и казино. Сесть в разных углах зала и смотреть за обстановкой. Это все-таки центр города, значит, тут должны собираться лучшие люди. За вечер можем выяснить, где еще есть кабаки, куда ходит народ. Хотя в этом городе их не должно быть много.

Немчура должна ходить в центр, а не шастать по окраинам. Небось предупреждали их перед поездкой в Россию об опасностях, которые тут поджидают иностранных туристов.

– Дима, ты забыл, что это не туристы, а аферисты! – напомнила я. – Это шайка под предводительством международного торговца антиквариатом, которая прибыла сюда, чтобы незаконно вырыть клад, потом вывезти его из страны и сбагрить старинные русские драгоценности где-нибудь за бугром, нагнав туману с их историей.

– Но немцы не могут не пить пиво по вечерам, – заметил Кактус. – Не могут сидеть по номерам и читать книги по кладоискательству! Кстати… А они ведь должны были разместиться в нашей гостинице! Навряд ли в этой деревне есть еще одна.

Я считала точно так же, более того, не сомневалась, что номера в основном берут на два часа, и наше появление для ряда граждан окажется нежелательным. Хотя если немцы живут здесь, то благодаря им и нам администрация перевыполнит план на месяц вперед – по заполняемости. Правда, при этом и потеряет в реальных деньгах.

Они могли разместиться и в частном секторе. Хотя все-таки нет. Иностранцы же у нас должны регистрироваться – в визу гостиница проставляет штамп. Но это обычным туристам. Эти же – аферисты. Я вообще не удивлюсь, если они окажутся с русскими документами.

Я предложила Татьяне и Пашке вместе сходить вниз к администратору и с невинным видом поинтересоваться, где у них в городе приличные женщины вместе с приличным мужчиной могут прилично поужинать. Как раз и узнаем про другие заведения, если они тут есть. И можем спросить про немцев. Ведь лицо кавказской национальности нам про них рассказало? Рассказало. А мы журналисты. Нам интересно. Нам по работе положено проявлять любопытство. Может, про немцев в российской провинции сюжет снимем.

– Валяйте, – сказал Кактус.

Мы отправились вниз, а мужики продолжали разрабатывать стратегию и тактику вечернего выхода в свет.

За стойкой внизу тетка уже была не одна, а вместе с девицей, возраст которой колебался в диапазоне от пятнадцати до двадцати пяти. Точнее определить не берусь. Они о чем-то бурно спорили, правда, приглушенными голосами. При виде нас, спускающихся по лестнице (нам всем выделили комнаты на третьем, последнем этаже), замолчали и заулыбались. У девицы недоставало двух зубов слева.

– Какие-нибудь проблемы, девочки? – проворковала тетка. – Если хотите кипяточку…

Мы сказали, что хотели бы совета, где можно поужинать.