Секретная миссия супермодели - Жукова-Гладкова Мария - Страница 72

Да, просто сценарий о русской мафии. Западная пресса могла бы штамповать миллионные тиражи.

И тут я вспомнила про заколку. Должна ли я предупредить Сергея? И Николая? На Дубовицкого мне было плевать, я как раз хотела, чтобы ему хорошенько досталось.

Я долго мучилась, но так ничего и не сказала, решив: будь что будет. Как распорядится судьба… Никитин столько для меня всего сделал, и человек он хороший, как второй отец мне, да и к Марису Шулманису душа лежала. Я ведь могла остаться с ним. Я вспомнила наши приключения на заводе, на даче Гавнадия Павловича, в Финляндии… Но, с другой стороны, Сергей… Я же только о нем и мечтала, чтобы он жив был… Нельзя допустить, чтобы его теперь в самом деле убили! И Вахташу жалко! Вахташу, наверное, больше всех. Он мне – второй отец, нет, третий, второй – дядя Саша. Отцов-то у меня сколько, прости господи! Из памяти всплыло время, проведенное вместе с Чкадуа в Латвии, наши долгие разговоры… Дубовицкий пусть подыхает. Николай вызывает симпатию. Про Сергея не говорю… Но почему Сергей и Николай связались с Дубовицким?! Почему я должна выбирать – они или дядя Саша с Вахтангом? Кто мне дороже?! Да провалилась бы эта нефть к чертовой матери! Правда, именно оттуда ее и добывают.

Я смолчала, понадеявшись, что у дяди Саши и компании не найдется достаточных ресурсов и средств для организации атаки на остров, а Никитин, Шулманис и Сергиенко – люди умные, своим животом рисковать не станут, если не уверены в победе.

Я надеялась зря.

Атака началась в три часа ночи: любит дядя Саша ночные выступления. Правда, тут, конечно, следовало нанять какие-то суда, да и находились мы все-таки не у родных берегов, а в Греции, и я подозревала, что греческим полицейским не понравится перестрелка между гостями страны.

Кстати, надо будет потом выяснить, гражданином какой страны теперь является Сергей и как его звать-величать. А то вдруг фамилию менять придется – если замуж возьмет.

Как я поняла, Сергей, Николай и Дубовицкий знали, какой арсенал может быть у нападающих, и были готовы отразить атаку. Дядя Саша привез в Грецию свои любимые «сюрпризы» в бутылках из-под шампуня, в подвале виллы я видела полный комплект стреляющих приспособлений. «Станет ли Вахташа участвовать в штурме со своим фамильным кинжалом, спасая меня?» – подумала я.

И тут я вспомнила, что совсем недавно видела Чкадуа беседующим с Сергеем и Николаем. Я задала интересовавший меня вопрос.

– О, Вахтанг Георгиевич! Какой мужчина! – рассмеялся Сергей.

– Вахташа – мой друг и названый отец, – заявила я. Как я уже говорила, мне совсем не хотелось, чтобы с ним случилось что-нибудь нехорошее и он пострадал от одной или другой стороны.

– Пошли, что-то покажу, – позвал Сергей, пока Дубовицкий с Николаем готовились к встрече Никитина и компании.

Я не знала, за кого болеть. Я многое отдала бы за то, чтобы эта встреча закончилась мирно, но на подобный исход рассчитывать не приходилось.

Мы с Сергеем поднялись на второй этаж и проследовали в конец здания. Милый тихо распахнул одну из дверей, приложил палец к губам и кивком головы показал, что мне следует заглянуть внутрь.

Вахтанг Георгиевич спал, разметавшись посреди широченной кровати, по обеим сторонам его посапывали две грации.

Я с большим трудом сдержала смех и почувствовала огромное облегчение. Хоть Вахташа здесь. И не участвует в штурме острова. Но тогда… Всевозможные мысли проносились у меня в голове. Мне стало понятно, откуда Сергей, Дубовицкий и Николай знают про арсенал Никитина и Шулманиса. Вахтанг их продал? Но как же так?! Они же ему помогли! А он платит им черной неблагодарностью. Или его с самого начала внедрили во вражеский лагерь? Он – человек Дубовицкого и работал только на него? Но кто тогда стрелял в Чкадуа на территории металлопрокатного завода?

Я не успела найти ответы на свои вопросы, потому что Сергей взял меня за руку и повел назад, но не стал спускаться по ступеням, остановившись у двери напротив лестничной площадки. Сергей толкнул дверь – и мы с ним оказались в спальне, похожей на ту, где мирно спал Вахташа.

Мы пропустили и атаку, и отпор, полученный нападавшими. Честно признаюсь, что в те минуты мне было все равно, кто победит, а кто проиграет. Время остановилось для нас обоих. Нефть, «сюрпризы», киллеры остались где-то далеко. Вахтанг Георгиевич тоже ничего не слышал, но это было ему свойственно. Я помнила Латвию, где он также проспал все на свете.

Лежа в объятиях Сергея, я все-таки решила уяснить ситуацию с Вахташей – чтобы расставить все точки над i.

– Взяли его в дело, – сообщил Бондарь. – Но влез он случайно. Ох, пронырливый мужик!

– Купец, – заметила я.

– Проходимец, – высказал свое мнение Сергей. – Хоть и мой будущий названый тесть.

Это следует понимать как предложение руки и сердца? Я пока не стала выяснять вопросы личной жизни – было не до них, а спросила:

– Но куда же он все-таки влез?

– Да этот кретин Волошин отправил две цистерны не туда, куда следовало. Ну мы вначале пытались приструнить Чкадуа, а потом… Нужна была замена Волошину. Проколы – во-первых; сюда его нельзя было приглашать, если я тебя решил перевезти, – во-вторых; а потом выяснилось, что он еще и крысятничать любит. Такое не прощается… В общем, решили взять Вахташу в дело, тем более паспорт у него греческий имеется, бизнес с цистернами налажен… Поедет в Питер, будет водочкой своей торговать, ну и на нас подрабатывать.

Молодец Вахтанг Георгиевич. Я была искренне рада за него. Ну хитрец… Купец, хитрец и проходимец. Но я его все равно люблю. В общем-то, каждый преследует свои личные интересы…

Я поняла, что атака закончилась. Больше никакие шумы не нарушали тишину ночи. Победили островитяне? Господи, как там дядя Саша? Как Марис? Я чувствовала себя виноватой. Но следовало все-таки разобраться с ситуацией.

– Кто «заказал» Водолея? Волошин? – спросила я у милого.

– Да, – кивнул Сергей. – Но он был «исполнен» по другим причинам. Все равно был бы «исполнен» – и без Волошина.

Я уже открыла рот, чтобы поинтересоваться, зачем Олегу Николаевичу было «заказывать» авторитета, но Сергей перебил меня:

– Хватит вопросов, девочка. Ты и так знаешь слишком много.

Я была не очень глупой девочкой и понимала, что на рынке нефти места всем не хватает, и ряд проблем, возникающих в связи с торговлей этим продуктом, можно решить лишь кардинальным способом. Здесь нет и не может быть места деликатности. А я сделала свой выбор. Или еще не сделала? Меня просто заманили в золотую клетку. Только вот хочу ли я из нее вырваться? И куда я тогда пойду?

Когда мы спустились вниз, Дубовицкий, Николай и человек пять крепких парней распивали в гостиной коньяк. Дело близилось к утру. Пора было бы лечь и поспать, но спать не хотелось. Меня мучили сомнения. И я очень беспокоилась за людей, с которыми провела последний месяц.

– Пожаловали, голуби? – спросил Дубовицкий. – Утолили первый голод?

Сергей улыбался по-идиотски, как счастливый американец, я тоже улыбалась на публику, но мне все равно было не по себе.

– Мы пробили их лодки, не дав приблизиться к берегу, – сообщил Николай. – Господам придется добираться домой вплавь.

– Но тут же далеко! – воскликнула я.

Собравшиеся усмехнулись.

– Тут уж кому как судьба улыбнется, – изрек мой предыдущий, нет, нынешний, обнимая меня за плечи и увлекая назад в спальню.