Одноклассницы на миллион $ - Жукова-Гладкова Мария - Страница 74

– Рюмку налить? – предложила Марина.

– Нет, – покачал головой Славка. – Хватит с меня.

– Чего хватит? – не поняла Марина.

– Пить, – кратко ответил муж.

Марина вопросительно посмотрела на Самсонова.

– Да, – кивнул он. – Хватит. И тебе, кстати, тоже.

– Слушай, ты!.. – заорала Марина, но осеклась под неотрывным взглядом Славки.

Марина помолчала немного, налила мужу тарелку супа, подумала, положила в нее половину куриной ноги, решив, что Виталику и так хватит, порезала хлеб.

Славка с жадностью набросился на еду. Марина сидела напротив и наблюдала за тем, как он ест. У нее по щекам потекли слезы, потом она зарыдала в голос и опустила голову на руки.

Самсонов положил ложку, встал, подошел к Марине и обнял ее за плечи.

Она продолжала рыдать.

– Маришка… Маришка… Все будет хорошо, – говорил Славка. – Теперь все будет хорошо. Перестань…

Женщина прижалась к груди мужа. Поток слез не уменьшался. Марина то гладила Славку по небритым щекам, то целовала.

Они не заметили, как оказались в постели. Все было, как в первый раз, – словно они именно теперь начали познавать друг друга. Каждый старался доставить партнеру максимум удовольствия, лаская и покрывая все тело поцелуями. Потом они долго молча лежали в объятиях друг друга, удовлетворенные, изможденные и покрытые капельками пота.

Внезапно в дверь позвонили.

– Это Виталик! – воскликнула Марина, вскакивая с постели и начиная быстро одеваться.

Славка наблюдал за ней, лежа на спине, а потом неожиданно расхохотался.

Марина удивленно взглянула на него, заканчивая застегивать старый халат. Славка продолжал смеяться.

– Ты чего? – не понимала Марина.

– На тебя смотрю – ведешь себя, как школьница, которая только что напроказничала и еще не успела замести следы, а тут внезапно домой вернулись родители.

В дверь снова позвонили – более настойчиво.

Марине было не до смеха.

– Это твой сын, – сказала она. – Хочешь, чтобы он увидел…

– Что? Что его мама и папа для разнообразия трезвые, не орут друг на друга, а, наоборот, получили удовольствие от встречи? После долгой разлуки.

Марина улыбнулась, чмокнула Славку в небритую щеку и побежала открывать.

– Мама, с тобой все в порядке? – спросил Виталик, внимательно поглядывая на Марину.

Она сегодня явно не пила, но выглядела как-то странно… И улыбалась, что было ей в общем-то несвойственно.

– Мама, ты не одна? – Виталик внезапно заметил кроссовки большого размера.

Выражение лица мальчика тут же изменилось. Беспокойство за мать сменили ненависть и злость.

Открылась дверь из комнаты Марины и Славки, и в коридоре показался Самсонов. Такой радости на лице сына Марина еще никогда не видела.

– Папа!!!

Виталик откинул в сторону портфель, бросился к Славке и повис на нем.

– Сынок… сынок, – прижимал его к груди отец.

Славка понял, что его здесь очень ждали, помнили, он кому-то нужен. По крайней мере, сыну, доверчивые глаза которого излучали счастье – папка вернулся!

У Марины по щекам опять потекли слезы. Она стояла, прислонившись к стене, и наблюдала за тем, как Виталик радуется вновь появившемуся Славке.

– А где Аня? – спросил отец.

– Они с бабушкой позавчера на дачу уехали. Землю готовить уже пора. Парник сооружать, – со знанием дела ответил Виталик. – И Дуську с Петькой забрали. Хоть не орут здесь теперь.

– А Дуська с Петькой это кто? – поинтересовался Слава.

Виталик удивленно посмотрел на отца.

– Коза с козленком, – сообщила Марина. – Мать решила обеспечить детей свежим молоком.

– Они у нас на кухне жили, – тараторил Виталик. – Дуська в ванночке, в которой раньше мыли Аньку, а Петька в тазике. Бабушка их там привязала, потому что они лужи и кучи по всей квартире оставляли, но они все время кричали. Тебе ведь тоже не понравилось бы стоять привязанным, правда, папа?

– Правда, – кивнул Слава и встретился взглядом с Мариной. – А теперь давай попросим маму покормить нас с тобой. Я, честно говоря, проголодался.

Марина молча кивнула, вытерла слезы рукавом и пошла на кухню, вылила остатки недоеденного Славкой супа обратно в кастрюлю и зажгла под ней газ, достала еще две тарелки и ложки.

Виталик болтал без умолку, выкладывая папке последние новости. Марина поняла, что ее сыну без отца просто никак, ему очень не хватало его этот месяц.

– Гулять идешь? – спросила Марина у сына после обеда, за которым он практически ничего не мог есть от возбуждения.

– Ты что, мама? – удивился он. – Ведь папа же сегодня вернулся!

Марина встретилась взглядом со Славкой.

Поговорить о своем будущем они смогли только около полуночи, когда возбужденный Виталик наконец улегся спать, а появившийся дома навеселе Петр Николаевич, наслаждающийся отсутствием жены, понял, что молодых надо оставить одних. Петр Николаевич искренне порадовался, что зятя наконец отпустили.

– Ну, что думаешь делать? – спросила Марина.

– Во-первых, подшиться, – твердо заявил Славка.

Марина обалдело посмотрела на него.

– Да, Марина, – кивнул он. – Я решился. Я очень много думал последний месяц. О себе, о нас с тобой, о нашей несложившейся жизни. Но она еще может сложиться! Еще не все потеряно. Мы молодые. Со мной в камере сидели интересные мужики. Я много всего узнал от них. Я… рад, что оказался в «Крестах». Может, тебе странно и дико это слышать, но это правда. Тюрьма, как я считаю, пошла мне на пользу. Это была хорошая школа. Школа жизни.

– А мы с тобой, Слава? Что будет с нами?

– А ты как думаешь?

– Надо попробовать начать все сначала, – сказала Марина. – Конечно, нам сейчас не по семнадцать лет, но у нас есть дети. А им нужен отец. Ты видел, как радовался Виталик. Я… только сегодня поняла, как ему было плохо без тебя.

Марина помолчала, сглотнула слезу и добавила:

– И мне тоже…

Славка взял ее за руку, посмотрел ей в глаза, улыбнулся и отвел в спальню.

В ближайшую субботу Славка Самсонов поехал к Марианне.

Она несколько удивилась, услышав его просьбу встретиться с глазу на глаз. Женщина предполагала, что муж подруги будет говорить о Степанове, капитане Ухове и событиях, которые привели его в «Кресты». Она ошиблась.

Славка просил у нее денег в долг, чтобы вшить «торпеду». Он принял решение, но в их семье, как обычно, лишних денег не водилось.

– Я не знаю, когда смогу тебе их вернуть, Марианна, – говорил Самсонов. – Крохами отдавать буду, но… Это для меня очень важно. Я не хочу жить так, как жил раньше.

Марианна дала четыреста тысяч. От большей суммы Славка отказался.

– Отдашь, когда сможешь, – сказала она. – Только б на пользу.

– И…

– Да, Слава?

– У меня есть еще одна просьба… – Самсонову определенно было неудобно. – Ты можешь помочь мне устроиться на работу? Кем угодно. Я готов вкалывать как проклятый. Но я хочу чувствовать себя мужчиной, кормильцем семьи. Я нужен детям, нужен Марине. Я хочу быть полезным. Мне больше не к кому обратиться, Марианна. Да ты и сама это знаешь.

Славка замолчал и вопросительно посмотрел на бывшую одноклассницу.

– Ладно, – сказала Марианна, подумав в этот момент о Нилове, которому она в свое время помогла найти место охранника у Иосифа. – Я что-нибудь придумаю. Ты молодец, Славка. Молодец, что нашел в себе силы принять правильное решение.

Через неделю Вячеслав Самсонов уже работал грузчиком и подсобным рабочим на складе «Эккотрейдинга», через две произошла его встреча с Андреем Степановым, завершившаяся сломанной челюстью бывшего бизнесмена и моральным удовлетворением бывшего мальчика на побегушках.