Одноклассницы на миллион $ - Жукова-Гладкова Мария - Страница 49

– Еще коньячку? – предложил Константин.

– Скажи секретарше, чтобы свежего кофе заварила, – велел Иосиф.

Управляющий нажал на кнопку вызова секретарши.

– Тамара Ивановна, будьте добры еще кофейку, – попросил Константин.

– Сейчас, Константин Алексеевич.

Секретарша забрала со стола поднос и удалилась.

– Чего не возьмешь помоложе? – спросил Иосиф, кивая на закрывшуюся дверь.

«Он еще будет соваться в подбор кадров», – пронеслось в голове у Константина.

– Мне секретарша нужна для работы, – произнес он вслух. – Это только дураки держат подругу на зарплате. Не стоит смешивать две разные вещи.

– В общем, ты прав, – согласился Иосиф. – Работа прежде всего.

Дверь открылась, и вошел Иннокентий. Он плюхнулся в кресло, налил себе коньяку, выпил и только после этого посмотрел на двух других акционеров «ИКИ».

– Ну? – спросили они одновременно.

– Хреново, мужики. Денег нет.

– Что?! – взревел Иосиф, как разъяренный бык.

– Вообще нет? – поинтересовался Константин, у которого сердце ушло в пятки.

– Валютные счета пусты. Рубли на месте.

Иннокентий налил еще коньяку – всем. Они не чокались, просто осушили рюмки до дна. Молча посмотрели друг на друга.

– Ты можешь определить, откуда снимали? С какого компьютера? – обратился Иосиф к Иннокентию.

«Лысый что, сечет в компьютерах? – подумал Иннокентий. – Не предполагал, что он вообще слышал про компьютерный взлом».

– Нет, сделано профессионально. Правда, могу примерно сказать, когда.

И Константин, и Иосиф ждали продолжения рассказа.

– Где-то в полдесятого утра. Сегодня.

Иосиф снова побагровел. Первое красное пятно появилось у него на лбу, потом эта краснота пошла во все стороны – вверх на лысину и вниз к подбородку. Где-то пятна были более темные, где-то – более светлые. Он зашипел и, если бы мог, наверное, изрыгнул бы пламя.

Константин понял, что, видимо, это конец. Может, лучше пустить самому себе пулю в лоб, чтобы долго не мучиться. Жену, конечно, жалко и детей. Дети еще не выросли. Хотя бы лет по восемнадцать было, а им только тринадцать и одиннадцать. Его заначки им, конечно, надолго хватит, но… Да и жить еще хотелось.

Иннокентий подумал, что, не исключено, придется искать другую работу. Но после такого промаха могут нигде не взять. Информация в определенных кругах распространяется очень быстро. Надо как-то решать проблему. Вероятно, Лысый кого-то подозревает, а его бойцы свою работу хорошо знают, тем более на дискете есть фотография каких-то молодых парней…

– Деньги утром были. Это мне наша бухгалтерия подтвердила. Когда я приехал сегодня на работу, ко мне прибежала Раиса из валютного отдела и сказала, что что-то случилось с компьютерами. Ты мне звонил, Костя, как раз тогда, когда я пытался разобраться с тем, что же произошло. Теперь все ясно.

– А куда перевели, ты в состоянии определить? – спросил Иосиф.

– Нет, – покачал головой Иннокентий. – Я же говорю, что работал высококлассный специалист. Невозможно определить ни откуда снимали, ни куда переводили.

– Придушу этого программиста, – зашипел Иосиф.

– Ты кого-то подозреваешь? – поинтересовался управляющий «ИКИ».

Иосиф вынул из кармана записную книжку и посмотрел вначале на управляющего, потом на его заместителя.

– Неких Степанова Андрея и Зерковского Валерия знаете?

Константин покачал головой.

– Это они на фотографии? – спросил Иннокентий.

– На какой фотографии? – не понял Константин.

– Они, – кивнул Лысый и повернулся к управляющему: – После ввода пароля вылезает снимок, – добавил он с видом большого знатока, словно подобное было чем-то само собой разумеющимся. – И сегодня мои ребята ими займутся. Ты, – повернулся Лескин к Иннокентию, – съездишь в один домик вместе с моими орлами. Наверное, завтра.

Иннокентий удивленно посмотрел на него.

– Мои орлы работают не мозгами, а мышцами. В компьютерах не особо секут. Но смогут квалифицированно допросить. Они знают методы воздействия. Тебе придется задавать вопросы, чтобы выяснить, где именно находятся деньги и как вернуть их обратно.

Иннокентий внутренне содрогнулся. Ему совсем не хотелось ехать в «один домик» и участвовать в допросе. Он мог предположить, что зрелище будет весьма непривлекательное. Смотреть на «методы воздействия» не было ни малейшего желания.

У Иосифа зазвонила трубка сотового телефона.

– Лескин, – сказал он и долго слушал, что говорили на другом конце. По его лицу начала медленно расплываться улыбка.

Иосиф попрощался со звонившим и повернулся к банкирам.

– Мои парни работают не в пример вам. Оба вора уже у нас. Иннокентий, ты едешь со мной.

Заместитель встретился взглядом с управляющим, и тот молча, одними глазами пожелал ему удачи, понимая, что ему вместе с теми двумя тоже может достаться. Хотя бы потому, что у Лысого сегодня с самого утра плохое настроение.

По пути Иосиф решил, что нужно заранее получить всю имеющуюся информацию о сладкой парочке. Чтобы знать, когда они говорят правду, когда врут. Подобную информацию могла предоставить Марианна, причем и об одном, и о втором орле. Можно было, конечно, все узнать и по другим каналам, но зачем зря терять время? Иосиф велел Павлу ехать к Московским воротам.

Он связался с госпожой Мальцевой и предупредил, что скоро будет в «Эккотрейдинге» с определенной целью. Женщина на другом конце провода поинтересовалась, как дела. Лысый сообщил, что денежки аукнулись, причем если бы эти трахнутые банкиры действовали сразу же, то все осталось бы на месте. Баксы увели сегодня с утра. Иосиф вчера весь день пытался дозвониться до этих козлов, а у них, видите ли, был выходной. Даже если бы сегодня приехали на работу вовремя, и то можно было бы успеть. Таких работничков за яйца подвешивать следует. А они стоят во главе банка.

Трахнутый банкир, которого следовало подвесить за яйца, задумался, кем могла быть эта женщина, с которой Лысый так откровенно разговаривает и сообщает ей обо всем случившемся. Интересно будет взглянуть.

Марианна в это время объясняла Жеребцову, что Иосиф интересуется Зерковским. Они решили пригласить Морозова из «Элекрена».

Иннокентий впервые был в уютном четырехэтажном флигелечке со своим огороженным двором и большим складом. Перед двумя входами со двора, ворота в который открывали три дюжих охранника, стояло много хороших машин, в здании был произведен евроремонт. Везде чувствовались деньги.

Банкир недоумевал, кто такая эта Марианна, которая может предоставить информацию о двух мужчинах, изображенных на фотографии, и почему Лысый с ней так мило беседовал. У Иннокентия создалось впечатление, что Лескин вообще не в состоянии нормально разговаривать с кем-либо. Но, может, с женщинами он совсем другой?

В приемной их встретила вышколенная секретарша, оценивающе осмотрела Иннокентия, мило поздоровалась с Иосифом и сопровождавшим его Павлом. Она определенно хорошо знала эту пару. За директорским столом сидел мужчина лет пятидесяти пяти в очень дорогом костюме, благоухающий французским одеколоном. На левой руке у него были точно такие же часы «Omega», как у самого Иннокентия. Офис был обставлен со вкусом.

Мужчина встал, пожал всем руки, представился, предложил рассаживаться. В этот момент дверь распахнулась и вошла стройная красивая женщина в строгом черном деловом костюме, белоснежной блузке, черных туфлях на высоких каблуках. Весь ее вид говорил о компетентности, но в ней была и женственность, и какой-то внутренний свет. Она выглядела счастливой.

– Марианночка, солнышко, – вскочил с места Иосиф, обнял ее и поцеловал в щечку. – Как я рад тебя видеть! Как всегда, впрочем. Как самочувствие?

– Как всегда, отличное, – ответила женщина.

Лысый вел себя совершенно нетипично. Вернее, Иннокентий не представлял его рассыпающимся в комплиментах. В особенности после сегодняшнего утра, когда он объяснял им с Константином, что они делали с различными породами животных.