Одноклассницы на миллион $ - Жукова-Гладкова Мария - Страница 41

– Пароль «7Sovet15», – сообщил Алексей. – Без пробелов.

Женщина удивленно посмотрела на него, но промолчала.

Арина тут же включила свет и вставила дискету в компьютер. Начала внимательно считывать информацию с экрана. Молчала минут пятнадцать, точно так же, как Марианна. Потом повернулась к Алексею и спросила:

– Откуда у тебя эта дискета?

– Не имеет значения.

– А все-таки?

– Не задавай лишних вопросов. Меньше знаешь – дольше жить будешь.

Арина задумалась. С одной стороны, было немного страшно. С другой – денег хочется всегда, тем более легких денег. И еще очень хотелось навечно привязать к себе Алексея. А если они будут повязаны такими деньгами, причем лежать они будут на ее счете… Тут уж музыку заказывать будет она. Арина приняла решение.

– Я все сделаю, Алексей, – заявила она. – Только с компьютера на работе. Не исключено, что придется обращаться в «Элекрен».

– Что?! У тебя крыша поехала! Ты хочешь еще кого-то вовлечь… – заорал Алексей.

– Не кипятись, – перебила Арина Викторовна. – Во-первых, снять деньги и перекинуть со счета на счет можно далеко не с любого компьютера. Во-вторых, нельзя оставлять после себя следы. Я должна подумать. Вначале попробую все провернуть у нас в фирме. Если не получится, схожу в «Элекрен». У них там какая-то новая банковская система поставлена. Скажу, что хочу ее изучить, чтобы, если понравится, поставить на свой компьютер. Навру чего-нибудь. Не беспокойся.

– А там никто не увидит, если ты…

– Леша, я не полная дура.

«Как сказать».

– Не волнуйся: улучу момент после окончания рабочего дня. Попрошусь в их компьютерный зал. Найду повод. Не забивай себе голову.

Внезапно в дверях появилась Татьяна в халате.

– Нельзя ли не орать на всю квартиру посреди ночи? – спросила она довольно грубым тоном.

– Таня, как тебе не стыдно… – начала укорять ее мать.

– Это тебе должно быть стыдно, мама. Или твоему кобелю.

– Слушай, сучка, – повернулся к Татьяне Нилов, – как ты смеешь так разговаривать с матерью?

– А ты, кобель, как смеешь так разговаривать со мной? И орать в чужой квартире, когда все нормальные люди давно спят? Я сейчас позвоню в милицию, и за тобой приедут. Найду, что сказать, не волнуйся.

– Таня, как ты смеешь! – закричала изменившаяся в лице Арина Викторовна. – Ты меня позоришь! Ты оскорбляешь человека!

– Это ты себя позоришь, мама. Я же о тебе беспокоюсь.

– Ах, ты обо мне беспокоишься?! – зашипела Арина Викторовна. – Тогда катись отсюда. И чтобы духу твоего у меня в комнате не было. Живешь в моей квартире, ешь на мои деньги, я ее одеваю-обуваю, а она…

Таня с ненавистью посмотрела на Нилова и, не говоря больше ни слова, ушла.

– Тварь! – не могла успокоиться Арина Викторовна. – Я на нее жизнь положила, а она, неблагодарная…

Алексей обнял ее за плечи и сказал:

– Пойдем ляжем. Не бери в голову. Она тебя просто ревнует ко мне. Она привыкла, что мама принадлежит только ей, а тут появился я – конкурент.

Арина Викторовна вытерла слезы и кивнула.

– У нее есть парень? – спросил Алексей.

– Нет, никого нет.

– Ну вот, тем более. У нее нет, а у тебя есть. Странно было бы ожидать другой реакции.

Арина Викторовна уткнулась Алексею в грудь. Нилов напряженно прислушивался, не звонит ли случайно Татьяна в милицию или кому-нибудь еще. В квартире не раздавалось ни звука, кроме периодических всхлипываний жалевшей себя Арины. Она скоро заснула в объятиях Алексея.

Нилов, наоборот, долго не мог сомкнуть глаз, а все думал о том, как сработает схема. Только бы не бумерангом. Наконец заснул и он.

Глава 13

Воскресенье, 26 марта

Нилов проснулся поздно: в окно уже ярко светило мартовское солнышко, которое даже в Питере такое жаркое, что можно загорать, что и делают любители загара у Петропавловки или, кому повезло в этом плане с расположением квартиры, на своих лоджиях.

Алексей протер глаза, лениво потянулся. Арины рядом уже не было, но из кухни вкусно пахло какой-то едой и свежесваренным кофе.

«Завтрак, наверное, подаст в постель», – пронеслось в голове у Нилова.

Он оказался прав. Арина вначале тихонечко заглянула в комнату, чтобы удостовериться, спит ее сокровище или уже проснулось. Увидя, что проснулось, она заулыбалась и спросила:

– Что бы ты хотел на завтрак, Леша?

– А чего есть?

– Мясо с картошкой, яичница, бутерброды. Кашу могу сварить.

– Три яйца всмятку. И залей майонезом, – заказал Нилов. – И хлеба пожарь на растительном масле.

Минут через десять Арина появилась с яйцами и майонезом на подносе. Рядом лежала тарелочка с аппетитно поджаренным хлебом.

– Я не стала тебе майонез класть – не знала, сколько.

Нилов сел на кровати, поставил поднос на ноги. Он даже не сказал Арине спасибо. Воспринял как должное. Она устроилась напротив.

– Я сегодня рано проснулась, Леша, – говорила Арина Викторовна. – И думала о нашем вчерашнем разговоре.

Нилов молча посмотрел на нее.

– Нам придется обратиться к одному человеку…

– Мы не будем ни к кому обращаться! – заорал Нилов. – Ты очумела. А если ты хоть слово кому пикнешь, то я…

– Меня убьешь? – добавила Арина. – И это благодарность за все, что я для тебя сделала? Я тут голову ломаю, а он…

У Арины с утра опять был скандал с дочерью. Та сделала все возможное, чтобы открыть матери глаза на ее избранника. Полностью, конечно, не открыла, но зерно сомнения заложила. И теперь, услышав угрозу в свой адрес, Арина поняла, что Нилов, несомненно, предпочтет деньги ей.

Татьяна ушла к подруге. Арина осталась и вспомнила про Егора Кондратьева, которому сама неоднократно помогала в прошлом. Егор, пожалуй, был единственным человеком, к которому без угрозы для себя могла обратиться Арина с таким делом.

Она никак не ожидала последовавшей реакции Нилова. Но то, что сделал Алексей, решило все.

Леха отставил поднос на тумбочку, вскочил с кровати, бросился к Арине, обнял, прижал к себе, поцеловал, уложил на тахту и ласкал, ласкал, ласкал…

Она, правда, не знала, что думал Нилов в это время. Он сам даже не подозревал о пропадающем в нем актерском таланте. Но ради денег, ради таких денег был готов на все.

Арина растаяла. Она решила, что зря слушала дочь. Леша любит ее. Разве он стал бы так ласкать ее, если бы не хотел быть вместе с ней? Она хотела ему верить – и поверила.

Леша внимательно выслушал ее рассказ о Егоре Кондратьеве, откинулся на спину и глубоко задумался.

У Арины внезапно мелькнула мысль, что Лешенька ревнует и поэтому молчит. Он мог решить, что Кондратьев – ее предыдущий мужчина, и…

– Леша, – осторожно тронула она его за плечо, – ты только не думай, что…

Он молча повернулся и посмотрел на нее ничего не выражающим взглядом. «Чего ей еще надо?» – подумал в этот момент Нилов.

– Это просто бывший сосед по дому, – быстро продолжала Арина Викторовна. – Между нами никогда ничего не было. Он совсем не в моем вкусе. Просто сосед…

«Ах, вот оно что. Боится, значит. Сыграем на этом».

– В народе не зря говорят, что дети бывают похожи или на папу, или на соседа, – заметил Нилов. – Сосед всегда считался делом темным.

– Лешенька, ну что ты! Когда ты его увидишь, то сразу же поймешь… Он пьет здорово, опустился сильно, зачем мне такой?

– А ты не думаешь, что раз он пьет, то по пьянке может дружкам своим у пивнухи все разболтать? На алкоголика нельзя положиться.

– Не волнуйся, Леша. Егор – человек порядочный. Просто жизнь у него не сложилась, а потом, он знает, что если меня подставит, то я больше никогда не буду подкидывать ему работу и…

– Если он тебя подставит, – перебил Нилов, – то ты уже никому никогда вообще ничего не подкинешь. Ты что, не врубилась до сих пор, что ли, какие структуры здесь задействованы? Для них убить – что комара раздавить.

Нилов вспомнил, что с первой дискетой Олег тоже обращался к какому-то программисту-алконавту, но тогда оказалось уже поздно – они все испортили. Олег ездил к нему один, Нилов даже не интересовался адресом. Может, тот же самый?