Ночь подарков и желаний - Жукова-Гладкова Мария - Страница 42

Мы с Валентиной так ничего и не поняли. Однако, когда увидели машину на улице, догадались, о чем шла речь.

Это оказался огромный лимузин с… мини-бассейном.

– Боже, как далеко шагнула техника! – воскликнула Валентина.

Я подумала, что это не техника, а выпендреж, но промолчала. А вообще, если есть спрос, должно быть предложение. Ведь сейчас масса фирм по всему миру ориентируются на богатых клиентов и конкретно на русских. Я не уверена, делают ли лимузины с бассейнами для французов или немцев, но также уверена, что у нас на них есть спрос. Интересно, кому пришла в голову мысль сделать такую машину? Русскому заказчику или иностранному производителю, ориентирующемуся на русский рынок?

– Окунетесь, девочки? – спросил нас психолог.

Валентина заявила, что обязательно. Я отказалась.

Народ тем временем уже разоблачался в холле и выбегал к машине.

Белье на девушках, посетительницах ночного клуба, было самое разнообразное – и по цвету, и по фасону, и по фактуре. Я даже не думала, что оно бывает таких цветов! Имелась даже меховая отделка, а уж страз, вышивок и кружев было вообще не счесть. Кое-кто обнажался полностью. Мужчины тоже купались, вероятно, из-за того, что хотелось поплескаться с женщинами. Ни психолог, ни писатель, ни депутат в забаве не участвовали.

Владимир Альбертов с Юрием Юрьевым приблизились к сопровождавшему меня психологу. Они знакомы?

Господа пожали руки, потом психолог представил меня просто Тоней.

– А я вас где-то видел… – задумчиво произнес депутат.

«Только бы не вспомнил!»

– Снегурочка! – воскликнул писатель и кинулся ко мне лобызаться. Потом мы еще полобызались с депутатом, что было заснято каким-то журналистом из светской хроники. Что подумают мои знакомые?! Я была уверена, что на работе мне скажут: не могла кого-то другого найти? Или совсем не с кем поцеловаться?

Владимир Альбертов поинтересовался, почему я не купаюсь. Или боюсь растаять? Я пояснила, что даже в большой бассейн не хожу, поскольку очень брезглива.

Писатель тем временем запел дифирамбы психологам, психиатрам и психотерапевтам, среди которых, как оказалось, у него масса знакомых. Я не стала спрашивать, является ли он их пациентом. Он сам обмолвился, что, если бы не они, ему бы материала для книг не хватало.

– Так у вас подлинные случаи описываются?! – поразилась я, вспоминая кое-что из уже прочитанного и пересказанного мне Валентиной и Колей.

– Конечно! Разве такое придумаешь?

Писатель рассказал, что все его «особенные» герои существуют в реальности, более того, проживают в нашем городе и не изолированы от общества. Многие из них – весьма обеспеченные люди и обращаются к специалистам, имеющим частную практику и принимающим анонимно.

– Они безвредны и совсем не опасны для общества, – вставил психолог. – А польза какая! И им помощь, и материал для романа писателю, и люди посмеются.

Писатель тем временем привел в пример одну из его героинь, имеющую реальный прототип – бизнес-леди, владелицу четырех элитных магазинов. Про эти магазины и я слышала, и товар этой дамы был в эти минуты представлен вокруг меня.

Когда дама загружена на работе, ездит в Европу за товаром, носится из налоговой в пенсионный фонд, с клиентками недовольными разбирается – никаких проблем. Стоит поехать в отпуск или просто на работе затишье – ей сразу же начинают мерещиться летающие тарелки, из которых вылезают фиолетовые инопланетные шпионы в форме земных мужских членов. Куда бы ни поехала отдыхать – на пляж или горнолыжный склон, в Америку, Австралию или Сочи. Вышла на склон, на пляж – видится тарелка. За город у нас поехала отдохнуть – опять шпионы фиолетовые лезут.

Поэтому женщина прекратила отдыхать и постоянно загружает себя работой. Вот еще один магазин собралась открывать. Конечно, от такого «задвига» есть польза – бизнес идет исключительно успешно, работа по четырнадцать часов в день этому способствует. Но она все равно обратилась к частнопрактикующему психотерапевту.

– К вам? – посмотрела я на Романа.

– Нет, к одному нашему общему знакомому. – Он кивнул на писателя и депутата.

Вернулась счастливая Валентина. Ей поцеловали ручки и писатель, и депутат. Оба с интересом оглядывали ее налитое тело. Слава богу, депутат тело разглядывает! Может, лицо не узнает?

Валентина статью очень резко отличалась от многих посетительниц ночного клуба, как впрочем, и я. Но именно ее тело привлекло внимание мужчин. У нее крутые бедра, налитая, своя грудь без капли силикона, кожа розовая, здоровая. Да, животик, но ведь на Руси моделей раньше никогда не водилось. Этот подвид человеческий появился лишь в последние десятилетия…

Мы с Валентиной на пару отправились в туалет, чтобы она могла одеться. Нижнее белье пришлось положить в полиэтиленовый пакет, и платье Валентина надевала уже на голое тело.

– Как думаешь, не замерзну? – спросила она, оглядывая себя в зеркало.

– В клубе? В машине? Кстати, а ведь можно заехать в круглосуточный магазин и попросить Романа купить тебе комплект нижнего белья. Скажешь, что муж заподозрит неладное.

– А это мысль! Соображать начинаешь, Тоня! Давай-ка и ты сходи искупайся. Тогда и тебе тоже купит. Будет у тебя комплект на выход.

– Куда мне выходить в белье? – грустно вздохнула я.

– Идиотка! Ты помнишь, что мысль материальна? Купишь белье дорогое – вполне мужик может появиться. К белью. Я понимаю, что у тебя денег на такое, на какое надо, нет, так пусть Роман купит! И не возражай! Я сама ему скажу. Как раз узнаем, что он предпочитает в постели. Я мужиков всегда на белье проверяю.

Это было для меня новостью.

– Они тебе белье покупают? – поразилась я.

– Некоторые, – признала Валентина. – Встречаются, конечно, несовременные маменькины сынки типа Сереги… Ой, про покойника можно только хорошее… Тоня, ты словно жила в законсервированном виде все эти годы!

Мы обе рассмеялись и вышли в холл.

Народ уже звали обратно в зал на продолжение шоу.

– Сейчас будут ведьму сжигать, – тихим голосом сообщил нам Роман.

За время купания народа на сцене произошли изменения – появился столб (вероятно, бутафорский), вокруг него куча соломы (или это смотрелось, как солома), и ограждения, которых не было раньше.

– А огонь будет настоящий? – спросила Валентина.

– Конечно, – кивнул Роман. – Огонь-то бутафорский еще не придумали.

Мы успели выпить еще немного вина – и заиграла музыка, зал погрузился во тьму. Бывшие поросята, которые в первом отделении бегали в коротких штанишках, превратились в гномиков, светлячков, фей. Их одежда – или ее части – светилась в темноте то ярче, то глуше. Вероятно, она была чем-то обработана, или это какой-то особый материал. Точно я не знала, но смотрелось красиво и интересно. Более того, на них направляли лучи прожекторов – то узкие, то широкие, то в один угол, то в другой. Шоу на самом деле было профессионально подготовлено.

Правда, я не очень понимала, как со всем этим сочетается сжигание ведьмы, но объяснил ведущий. Оказалось, что мы, все собравшиеся, таким образом сжигаем «наше прошлое». Только что все смыли «дурное» в купели, а теперь последний этап – очищение огнем. Но если в купель приглашали всех, то огнем за всех очищаться будет ведьма.

Я никак не ожидала, что ведьма будет одета а-ля красноармеец. Но нам пояснили, что мы все таким образом выражаем протест против запрета на проведение елок советской властью с 1928 по 1934 год. Это было для меня (да и, пожалуй, для всех собравшихся) новостью. Как сказал ведущий, елка вернулась только на Новый, 1935 год, и не одна, а с «Пособием для партийных и комсомольских ячеек» – то есть четкими инструкциями по поводу проведения праздников. Тогда же появилась и пятиконечная звезда, которую «рекомендовали» устанавливать наверху.

Ведьму вывели два мужика в плащах с капюшонами, привязали к столбу, потанцевали вокруг сцены, периодически распахивая плащи и демонстрируя накаченные тела. По-моему, это были стриптизеры. Светлячки не раздевались, а вот одна фея поплясала вокруг привязанной ведьмы.