Зеркала (СИ) - Ермакова Мария Александровна - Страница 42

— Кроме меня…, - повторил Инвари, касаясь пальцами раны на груди.

Рубашка насквозь пропиталась кровью. Шери только сейчас обратил на это внимание.

— Ты ранен?

— Ничего серьезного. Давай сначала выберемся отсюда…

Шери передал ему Ангели.

— Здесь уже можно встретить стражу, дэльф! Если спросят, скажешь им, что герцог приказал отнести ребенка в его покои — в замке не обсуждают его приказов. Главное, добраться до погребов…

— А ты? — удивился Инвари.

— А я, — усмехнулся Шери, — твой немой провожатый, забыл?

И он, вдруг, словно сломался. Согнулся, скорчил полубезумное лицо, погасил живой блеск глаз. Перед Инвари стоял невзрачный, горбатый и слабоумный слуга Адаманта.

— Да ты просто Мастер Перевоплощений! — восхитился Инвари.

Шери осклабился, но так и не понял истинный смысл комплимента. Он замычал и замахал руками, приглашая идти за собой…

Когда они вылезли на подземный причал, и Шери отошел, чтобы привязать плоскодонку, на которой они приплыли, Ангели пришла в себя.

— Ты услышал меня? — тихо прошептала она, и Инвари нежно погладил ее спутавшиеся волосы.

— Я звала тебя, — терпеливо объяснила она. — Звала тихо, чтобы чудовища не слышали. Ты поэтому пришел?

В этот момент подошел Шери, увидел ее открытые глаза, выхватил из рук Инвари, порывисто прижал к себе.

Инвари деликатно отошел и посмотрел на Сталь — шпага более не светилась. Они стояли в темноте, освещаемой лишь неровным светом факела, торчащего на носу плоскодонки, над головой темнели мрачные заплесневевшие своды — нет, под землей ему не нравилось!

Шери догнал его, подхватил факел, кивком пригласил следовать за собой. Ангели сидела у него на руках. Щеки ее порозовели, глазенки любопытно поблескивали. С этими двоими она ничего не боялась! После всего пережитого она даже не удивлялась, что Волшебник и ее брат, оказывается, знают друг друга. Инвари, наконец, разглядел, как они похожи. Те же широко расставленные светлые глаза, высокие скулы, четко очерченные губы. Он невольно вспомнил лицо их матери. Усталость и беды убили ее красоту, но она продолжала жить в детях.

— Шери, — окликнул он.

— Что?

— Ты знаешь, как Ангели попала к герцогу?

Широкие плечи Шери на мгновение напряглись.

— Знаю…, - коротко бросил он, показывая, что не хочет говорить об этом.

— Ты ошибаешься, если думаешь, что она ушла без благословения! — тихо сказал Инвари.

Шери резко развернулся, пытаясь разглядеть его лицо.

— Ты…

— Я был там. Шел, чтобы вылечить ее, но не успел. Я мог сделать только то, что сделал — силой данной мне власти благословил ее. Твоя мать уходила не в темноту…

Сдавленный вздох был ему ответом.

— Правда, правда, — вдруг сказала Ангели, и Инвари увидел, как она гладит брата ручонками по лицу, — Мама приходила ко мне, когда было совсем страшно… Она была красивая, как раньше…

Несколько минут царило молчание.

Инвари с все возрастающим удивлением разглядывал девочку.

Шери нежно поцеловал спутанные кудри сестры.

— Я твой должник, дэльф…

— Нет, — прервал Инвари, — это ведь ты вытащил меня из пропасти тогда…

— Как ты догадался?

— Голос… Я узнал твой голос, — Инвари улыбнулся, — когда, наконец, услышал его. Мы квиты.

Шери пожал плечами.

— Не знаю… Я всего лишь спас тебе жизнь…

— Всего лишь! — усмехнулся Инвари, — Пойдем. Этот разговор бесполезен — никто никому ничего не должен!

— Сомневаюсь, — Шери упрямо сжал губы и двинулся дальше. — Спрячь оружие, оно больше не понадобится.

— Это точно! — прогудело сбоку, и в круге света показалась массивная фигура Шторма. — А ты, я вижу, с довеском, Молчун?

Инвари почувствовал неимоверное облегчение.

Ангели взвизгнула от радости, и в то же мгновение гигант подхватил ее на руки. Она ловко забралась на его плечо, и обняла руками бритую голову.

— Похоже, она знает всю воровскую братию? — рассмеялся Инвари.

— Большую часть, — улыбаясь, подтвердил Шторм. — Идемте скорее. Мы, честно говоря, не чаяли видеть вас живыми!

Подземный трактир на этот раз был пуст. Лишь за одним из столов они увидели молчаливо ждущую неподвижную фигуру. Ворчун вскинул глаза, едва они вошли.

— Наконец-то! — недовольно проворчал он.

Инвари устало опустился на скамейку напротив.

— Можешь не садиться, — бросил Ворчун, — вам надо сейчас же убраться из города…

Вернулся Шери, неся кружку молока для Ангели.

Ночной король столицы поднялся и кивнул Шторму:

— Проводи их до городской стены. Ты знаешь, где ждут лошади. Потом возвращайся.

Инвари не смотрел на них. В глазах его плыли кровавые пятна. Пол под ногами качался.

«Я просто устал!» — подумал он. Снова какое-то воспоминание мелькнуло и пропало.

Мгновение Ворчун разглядывал его, затем подвинул свою кружку.

— Пей!

Инвари уловил уже знакомый запах.

— Эту крысиную отраву? Не буду!

— Пей, иначе ты и двух шагов не сделаешь. Не знаю, что с тобой там стряслось, но вид у тебя, как у мертвеца, только что вырытого из могилы!

Инвари зажмурившись, вылил содержимое кружки в глотку. На несколько минут он перестал дышать, и превратился в огненный шар, пожирающий самое себя. Однако когда огонь утих, пол перестал шалить.

Ворчун наклонился, опершись на стол, и пристально поглядел ему в глаза.

— Тебе следует поостеречься, Один Эвиньонский, — тихо сказал он, — ты слишком долго общался с Черным герцогом…

— Ты меня в чем-то обвиняешь? — прохрипел Инвари.

— Нет. Но отныне ты связан с людьми, которыми я дорожу. А я ничего не знаю о тебе, кроме того, что ты не тот, за кого себя выдаешь. Я не знаю тебя, истинных целей твоего пребывания здесь, я не знаю, почему ты делаешь то, что делаешь, даже рискуя собой! И это тревожит меня. Еще более меня тревожит то, что мои люди уже доверяют тебе! — он кивнул на Шери. — Я вижу это…

— Мне все равно! — пробормотал Инвари. — Что же касается моего пребывания здесь…

Ворчун не спускал с него глаз, надеясь уловить хотя бы тень фальши. Но видел только молодое и измученное лицо.

— Я приехал издалека. Оттуда, где люди знают, что такое смех. На улицах вашей «славной Ильританы» я не увидел улыбок. Зато всласть наслушался хохота вашего правителя. Он скармливает людей той твари, что вызывает во дворце, как собирался скормить Ангели. Да и с королевской династией не все чисто, не так ли?

Ворчун с изумлением слушал его.

— Я слышал, как люди шепчутся на улицах об этом, но никто не пытается выяснить, что же на самом деле случилось с наследником престола. Пока люди судачили, новый король взошел на трон — Адамант I! И да спасут Боги вашу страну теперь! Я боюсь наступления завтрашнего утра! Я боюсь за жителей этого города, за их детей, сладко спящих в теплых постелях… — Инвари прижал руку к ране на груди. — Может быть, ты прав, Ночной король, и часть этого зла осталась во мне, и жжет здесь, но я не очищусь от него, пока не докопаюсь до истины! Пока не найду хоть каких-нибудь следов Рэя, пока не верну благословение Богов на вашу землю…

Ворчун выпрямился. Изумление не покидало его лица.

— Чужак, узнавший так много о нашей несчастной стране, что тебе в ней? Кто ты на самом деле?

Инвари провел рукой по глазам. Он очень устал.

— Я — Один Эвиньонский, странник Ордена дэльфов. И я здесь, потому, что так суждено Богами.

Ворчун медленно пошел прочь, но на пороге обернулся.

— Нету у меня доверия к тебе, монах! — сказал он, — Но если то, что ты сказал — правда, я помогу тебе, а там пусть Боги судят тебя! Только… не кружи голову Гэти — она будет несчастлива с тобой!

И с этими словами он скрылся.

Инвари тяжело поднялся. Рана на груди немилосердно саднила.

— Пошли, дэльф, — будто издалека донесся до него голос Шери. — Нас ждут.

— Куда мы направимся?

— Куда же еще? — осклабился Шторм. — В Чащу, конечно! Веселое местечко, закуси тобою мышь!