Бей ушастых! Часть 3 - Добрынина Марина Владимировна "и Астральная Сказочница" - Страница 104

— Сейчас я все сделаю, — сказала понятливая Саффа и исчезла. Через пять минут на полянке стоял накрытый стол, а вокруг него суетился вездесущий Гарлан. Управляющий расстроено приговаривал:

— Ах, если бы я знал заранее. Какой кошмар! Всего пятнадцать блюд!

Вальдор, стоя чуть поодаль, тихо злорадствовал. Он в первый раз жизни видел, что слуга всея Зулкибара к чему-то оказался не готов.

— Прошу к столу! — произнесла Иоханна.

Все расселись и приступили к долгожданной трапезе. И даже пришедшего в сознание Дафура Вальдор усадил рядом с собой. Предварительно, правда, он велел примотать узника веревками к креслу, оставив свободной одну лишь руку. В эту руку бывший король Зулкибара и сунул несчастному подсудимому бокал с вином.

— Мое любимое, — радостно сообщил Вальдор. Дафур кивнул.

Пиршество только началось, как раздалось хлопанье крыльев. Над поляной снижался большой золотистый дракон, несущий на своей спине, там, где она соединяется с длинной шеей, одетого в черное всадника.

— Не поняла, а приговор кто выслушивать будет? — осведомилась Ллиувердан, едва лишь Кардагол оказался на земле.

— Мы слушаем, — пробормотал Вальдор.

Терин вежливо поднялся с места и вопросительно оглядел присутствующих. Те со вздохом последовали его примеру.

— Суд постановляет, что этот человек виновен, — объявила драконица. — А поскольку я проголодалась…

В этот момент она игриво улыбнулась Кардаголу и продолжила:

— Он приговаривается к немедленному съедению.

Дафур побледнел, отчего на его физиономии вдруг как-то резко проявились веснушки, и выронил из руки бокал с вином.

— Я против! — твердо заявила Ханна.

— Согласен, — поддержал ее Кир, — съедение человека — это негуманно.

— Тебе ли говорить о гуманности, мальчик! — возмутилась драконица.

— Его мне обещали, — пробасил Иксион. Он выглядел рассерженным.

Драконица задумалась.

— Ну, я не знаю. — наконец, произнесла она.

— Дорогая, — пробормотал Повелитель времени, — не нужно его кушать. Это неэстетично.

— Абсолютно неэстетично! — заявила королева Аннет.

— Ладно, — вздохнула Ллиувердан, — Терин, делай, что ты там должен.

Князь произвел несколько осторожных, плавных движений запястьями.

— Дафур, — заявил он, — я передаю тебя Иксиону. Теперь ты — его собственность.

Дафур радостно закивал и протянул Гарлану пустой бокал, явно намекая на то, что емкость должна быть незамедлительно наполнена. Похоже, перспектива стать рабом меньше волновала бывшего короля Арвалии, чем возможность быть съеденным драконом.

Кардагол попросил любимую наклонить к нему голову и что-то пробормотал ей на ушко. Она кивнула, и перед собравшимися спустя минуту уже стояла обворожительная женщина, чей возраст невозможно определить. У нее было сформированное тело взрослой женщины, юное лицо и взгляд, наводящий на мысль о прошедших тысячелетиях.

— Аннет, а как тебе этот наряд? — робко спросила драконица, чуть приподнимая руками юбку бирюзового длинного платья.

— Неплохо, — заявила бывшая королева Зулкибара, — я, конечно, избавилась бы от контрастной тесьмы на лифе, но в целом очень даже ничего.

Ллиувердан просияла, села за стол и буквально за секунду проглотила свиной окорок. Люди замерли, потрясенные.

— Любимая, — произнес Кардагол с укоризной.

Лицо Ллиувердан мило порозовело.

— Простите, — пробормотала она.

— Ну, это был не Дафур — и на том спасибо! — оптимистично заявил Вальдор и подозвал к себе Гарлана, — положите даме еще мяса, пожалуйста. А еще лучше — просто передайте ей блюдо. Нам хватит дичи.

— И яду ей в мясо добавить не забудьте, — ласково предложила Дульсинея, чем заслужила недоумевающие взгляды присутствующих. — Ну, и что вы на меня так уставились? Драконы от яду не дохнут. Но пусть хотя бы помучается. И нечего на меня ресничками махать. Тоже мне, великая и ужасная Ллиувердан! Натворила дел и сидит довольная!

— Что я такого сделала? За что ты так? — обиженно спросила дракониха, в глазах ее заблестели слезы.

— Тебе весь список огласить? — стукнув тапком по столу, рявкнула княгиня. — Во-первых, ты отдала Рахноэлю приказ, результатом которого было ужасное детство такого замечательного мальчика, как Шеоннель! Во-вторых, ты подсунула Терину идею таскать из Нижнего мира зоргов, в итоге Лин был ранен, а Терин погиб!

— Но все остались живы, — оправдал свою невесту Кардагол.

— Я встретилась с Киром, — вставила свое слово Иоханна.

— Дусь, если бы не Ллиу, Шеоннеля на свете не было бы, — добавил Вальдор.

— А давайте все дружно и громко скажем ей спасибо! — ехидно предложила Дульсинея. — Она тут игралась по всякому, планы какие-то идиотские о случке Терина с Далией строила, а мы ей спасибо. Аж два раза!

— Мам, тебя так бесит, что Ллиу хотела отца с Далией свести? Так ты не переживай, не получилось бы. Она давно и безнадежно в Гамоса влюблена, — поведал Лин.

— Это я уже поняла, — проворчала Дуся, — но все равно, ведь это из-за Ллиувердан Шеоннель рос с такой мамашей. Шеон, ну что ты молчишь? Хоть ты скажи свое фи!

— Отец прав, если бы не Ллиувердан, меня бы на свете не было.

— Какие все добрые и благодарные, — проворчала Дульсинея, — Лин, ну хоть ты скажи!

— А я что? — Лин наивно округлил глаза, — игры Ллиу меня вообще не коснулись.

— Тебя ранили в Нижнем мире, — напомнила Дульсинея.

— Да, и в итоге я, наконец, разглядел, что волшебница моей мечты всегда находилась рядом.

— Тебе пришлось отправиться с Ханной в прошлое, и не говори, что тебе там все понравилось! — не сдавалась Дуся.

— Дульсинея, — вмешался Терин, — если тебе так хочется сделать Ллиувердан гадость за то, что она планировала нашу с Далией, как ты выразилась, случку, так и скажи.

— Так и говорю, — легко сдалась княгиня, — Ллиу, я хочу сделать тебе гадость за то, что ты играешь чужими судьбами и даже не задумываешься о последствиях! Ты себе только представь, как несчастен был бы Теринчик с этой дурой в бабочках!

— Не был бы он несчастен. Ушел бы с головой в изучение магии и сейчас был бы уже архимагом. Правда, пост Главы Совета так и не получил бы, — Ллиувердан задумалась и решила, — сейчас я рассчитаю вариант будущего без тебя, Дуся. Итак, Терин, женится на Далии, растит дочь и работает придворным магом при Делароне, а потом при сменившем его на троне Вальдоре. Вальдор женится на одной из шактистанских принцесс, но детей у них нет. Наследник — Пардок, потому что Деларон на Брианне при таком раскладе все равно женился бы. Но Пардок так и не займет трон. Он достанется Шеоннелю, потому что план Рахноэля сработал. Дочь Терина и Далии не обольстит Мерлина старшего, как я рассчитывала. На нее обратит внимание Шеоннель и в итоге она станет королевой Зулкибара… Кардагол и Кир так и останутся в Нижнем мире… Да, ты права, Дуся, я виновата.

— Но ничего из того, о чем ты сказала, не случилось, — заметила Иоханна, — следовательно, ты ни в чем не виновата.

— Ах, ты не понимаешь! Я повела себя не как мудрый дракон, а как глупая торопливая девчонка! Только случайное появление Дульсинеи в этом мире не позволило мне привести мой неудачный план в действие. Я готова понести любое наказание, которое вы назначите! — воскликнула драконица и поспешила уточнить, — разумное наказание.

— Опять суд? — нахмурившись, проворчал Кардагол, — может быть, хватит?

— Ты прав, — легко согласилась Дульсинея, — не надо никаких судов. Решим все тихо мирно по-семейному. Я уже даже наказание придумала. Ллиу, превратись в дракона.

Ллиувердан растерянно взглянула на Кардагола.

— Превратись, любовь моя, в случае чего разрешаю тебе сожрать эту вредную девицу, — спокойно проговорил тот.

— Подавится! — огрызнулась Дуся, прежде чем Терин успел выразить свой протест.

Ллиувердан вышла из-за стола, отошла на безопасное расстояние, превратилась и вопросительно взглянула на княгиню:

— Что дальше?

Дуся со зловещей ухмылкой взмахнула тапком и переместилась на спину драконихи.