Перед тем, как он ее застрелил - Джордж Элизабет - Страница 125

Мальчик кивнул.

— А что с ней сейчас? — спросил он.

— Несс в центре предварительного заключения. Она… Ее, наверное, отправят куда-то, Джоэл. Фабия Бендер говорит, что…

— Никуда ее не отправят, — резко оборвал Джоэл.

Кендра поставила утюг на подставку.

— Я тоже не хочу этого, — мягко произнесла она. — Мисс Бендер делает все, чтобы ее поместили туда, где окажут помощь. Это будет не совсем наказание. В какое-нибудь место вроде…

Кендра замолчала.

Джоэл поднял голову, их глаза встретились. Оба знали продолжение фразы, и от этого не становилось легче. «В какое-нибудь место вроде того, где находится твоя мама, Джоэл. Над Несс тяготеет семейное проклятие. Распрощайся с ней навсегда». Мирок Джоэла становился все меньше, съеживался, как упавший с дерева лист.

— Этого не будет, — возразил Джоэл.

Кендра грустно улыбнулась. Она снова взяла утюг и стала водить им по расстеленной на доске юбке.

— Я неправильно вела себя с вами. Со всеми. Я не понимала: то, что имею, гораздо важнее того, о чем мечтаю. Настоящее важнее будущего.

Кендра гладила очень сосредоточенно — эта работа не требовала такого напряжения.

— Ты скучаешь без Дикса, вот что, — заметил Джоэл.

— Конечно скучаю, — согласилась Кендра. — Но сейчас речь не о нем. Ведь как я смотрела на вещи, Джоэл. Глория вас подбросила. Я решила, что вы мне не чужие, поэтому вас возьму. И обязательно справлюсь, не позволю вам сломать мне жизнь, не откажусь от своих целей. Потому что если мне придется что-то изменить, думала я, то я вас возненавижу, а я не хочу ненавидеть детей своего брата. Вы ведь ни в чем не виноваты. Не виноваты в том, что вашего отца убили, что мама в психушке. Но у вас свой мир, у меня — свой. Я была уверена, что раз устроила вас в школу, кормлю, даю вам крышу над головой, то честно выполняю свои обязанности, и моя совесть чиста. Но требовалось еще кое-что, теперь-то я это понимаю.

К концу этого монолога Джоэл сообразил, что тетя просит у него прощения, точнее — в его лице у всех детей Кэмпбелл. Он хотел ответить, что не стоит этого делать, но не мог подобрать слов. Никто из них четверых не заказывал судьбу, выпавшую на их долю, и если все они, пытаясь справиться с жизнью, ее испортили, то кто в этом виноват? Никто, в самом деле. И тетя поступала так, как на тот момент считала правильным.

— Да ладно, тетя Кен. Чего там, — отозвался Джоэл.

Он погладил лампу-ботинок и взял ее в руки. Как и все вещи в благотворительном магазине, чистая, без единой пылинки, лампа была готова к встрече с новым хозяином, который купит ее и принесет домой, чтобы она тешила глаз и отвлекала от надоевшей рутины. Джоэл подумал, что эта лампа пришлась бы по вкусу Тоби. Брат любит простые, но необычные вещи.

Кендра подошла к Джоэлу, обняла его за плечи и поцеловала в висок.

— Черная полоса закончится, — сказала она. — Мы ее одолеем. Я, ты и Тоби. И Несс тоже. Мы обязательно справимся. Все плохое останется позади, и мы будем вместе, всегда. Ведь мы семья, Джоэл. Мы нужны друг другу.

— Да, тетя Кен, — пробормотал Джоэл так тихо, что вряд ли она расслышала. — Это будет просто здорово.

*

Джоэл не мог дождаться, когда начнется «Криминальная хроника». Он надеялся ее посмотреть, но не знал, как это устроить, не привлекая внимания.

Время программы приближалось, и Джоэл ломал голову, как перехватить контроль над телевизором у младшего брата. Тоби наслаждался видео — молодой Том Хэнкс влюбился в русалку. Джоэл понимал, что невозможно выключить видеомагнитофон, не вызвав бурю протеста со стороны брата. Минуты шли. Джоэл отчаянно напрягал мозг, придумывая, как отвлечь Тоби от телевизора. Выручила Кендра — теперь она безупречно исполняла родительские обязанности. Она позвала Тоби мыться, заявив, что к фильму он вернется после, в пижаме. Кендра увела Тоби в ванную, и Джоэл бросился к телевизору.

Он включил нужный канал. «Криминальная хроника» подходила к концу. Ведущий говорил:

«В заключение еще раз посмотрите запись, осуществленную камерами слежения. Напоминаю, сделана она на Кадоган-лейн. Данные лица подозреваются в убийстве, которое произошло недавно на Итон-террас».

Затем в течение пяти секунд показывали ролик с сильно размытым, как Джоэл и надеялся, изображением. Такое часто бывает с пленкой камер слежения, поскольку она используется многократно: через двадцать четыре часа новая запись производится поверх старой. На кадрах видна была узкая улица, по которой бежали две фигуры. Один человек был одет как все и совершенно неузнаваем из-за отсутствия особых примет: вязаная шапка, перчатки, куртка с капюшоном. Другой человек был несколько приметнее из-за курчавых, как пружинки, волос, которые подпрыгивали во время движения.

Джоэл на мгновение испытал облегчение. Все-таки одних волос недостаточно, чтобы выявить нарушителя, особенно учитывая ужасное качество съемки. Такие куртки, как у него, встречаются в Лондоне на каждом шагу, а школьная форма, которая могла бы навести на след, практически не видна — только брюки, по которым ничего не определишь. Поскольку лицо Кэла в камеру не попало, можно надеяться, что…

И тут все поплыло у Джоэла пред глазами. Как раз в тот момент, когда они находились под камерой, Джоэл поднял голову, и его лицо целиком оказалось в кадре. Конечно, снимок был зернистым и нечетким, но ведущий сообщил, что «все чудеса компьютерного моделирования поставлены на службу», и в данный момент идет обработка материала, так что через несколько дней портрет, полученный специалистами, будет показан по телевизору в «Криминальной хронике». Если кто-то узнал людей на пленке, их просят позвонить по телефону горячей линии, который приводится в бегущей строке. Зрители могут не сомневаться: имена свидетелей сохранят в строгой секретности.

Затем ведущий скорбным голосом объявил, что жизнь жертвы покушения по-прежнему поддерживается искусственно. Поскольку она беременна, ее муж и семья принимают решение о судьбе нерожденного ребенка.

Последние слова Джоэл расслышал плохо — уши словно заложило ватой. Нерожденный ребенок. На женщине было пальто. Он не видел — они не видели, — что женщина беременна. Если бы они заметили, если бы догадались… ничего подобного не случилось бы. Джоэл готов был поклясться. Ничего бы не произошло. Эта мысль стучала в висках.

Джоэл сполз с дивана и выключил телевизор. Он хотел бы спросить: что же такое творится с ним и с миром, в котором он живет? Но рядом никого не было, лишь шум и плеск из-за стены — Тоби резвился в ванне.

*

Школу Джоэл прогулял — отправился на поиски Кэла. Сначала мальчик обследовал квартал, где жила Арисса, — должен же растаман как охранник Блэйда рано или поздно появиться на своем посту. Бродя по улицам, Джоэл пытался не вспоминать о кадрах, показанных по телевизору. Он вообще старался не думать о том, из-за чего тошнота подступала к горлу: на первых страницах всех газет помещено его фото, уборщица пыталась задержать его в доме недалеко от места преступления, пистолет находится в каком-то саду по дороге от Итон-террас к Кадоган-лейн, там же лежит его шапка, жизнь женщины поддерживается искусственно, судьба ее нерожденного ребенка решается. Вместо этого Джоэл размышлял о Ниле Уатте. Он и его банда больше не преследовали ни Джоэла, ни Тоби, ни кого-либо, имеющего отношение к Кэмпбеллам.

Джоэл сделал вывод, что Блэйд разобрался-таки с Нилом Уаттом. Конец страхам и ожиданиям. Больше Нил не страшен, он не посмеет мучить Кэмпбеллов. Блэйд сдержал свое обещание, потому что Кэл доложил ему, что Джоэл — их человек. Блэйду необязательно знать, что это Кэл Хэнкок, а не Джоэл нажал на курок пистолета и выстрелил в белую леди на Итон-террас. Отпечатков Кэла на пистолете быть не должно; если только Кэл сам не скажет Блэйду правду, никто на свете не узнает, что это он, а не Джоэл довел миссию до конца. Конечно, в подтверждение нет ни денег, ни сумочки, ни драгоценностей, но история вышла настолько громкой, что и так ясно — задание Блэйда выполнено.