Коварный повеса - Джеффрис Сабрина - Страница 38

— Неужели я упала в обморок?

— Да, от веселящего газа такое иногда случается.

— Но не со мной, — пробормотала она. — Видите ли, я однажды уже пробовала его, но такого со мной не было.

Энтони уставился на нее в изумлении:

— Вы вдыхали веселящий газ?.. Но кто же вам его давал?

— Мой отец. — Сев, Мэдлин потрогала пальцами виски.

— Ваш отец? — Энтони еще больше удивился. — Сколько же лет вам тогда было?

— Девятнадцать.

— Впервые слышу, что отец позволяет своей дочери экспериментировать с веселящим газом. Что же у вас за отец?

— Он доктор. Дело в том, что мы с ним читали… мы читали книгу сэра Хамфри, а потом мне захотелось попробовать, понимаете?

— Нет, не понимаю. — Энтони нахмурился; ему вдруг пришло в голову, что Стоунвилл, возможно, не ошибался. Возможно, Мэдлин действительно разыскивала сэра Хамфри, потому что была его любовницей.

Нет–нет, не может быть. Энтони отбросил эту неприятную мысль. Скорее всего она знала про знаменитого химика только потому, что читала его книгу. Мэддин не единственная девушка, прочитавшая этот увесистый том. Неужели все читательницы сэра Хамфри желали с ним встретиться?

Тут Мэдлин снова помассировала виски и заговорила:

— Прочитав эту книгу, я упросила, чтобы папа позволил мне попробовать веселящий газ. Он всегда поощрял мой интерес к науке, поэтому согласился. Но как ни странно, газ не произвел на меня такого воздействия, как сегодня.

— Ничего удивительного, — проворчал Энтони. — Если ваш отец не идиот, он не мог дать вам закись азота. Воздействие этого газа может быть непредсказуемым, и ни один медик не станет этим рисковать. Вероятно, он дал вам кислород. Или разбавленный веселящий газ, который не мог сильно повлиять на вас.

— Звучит разумно… — пробормотала Мэдлин, поморщившись. — Да, очень может быть. Слишком уж быстро папа согласился выполнить мою просьбу. — Тут Мэдлин окинула взглядом комнату и, нахмурившись, спросила: — Но где мы?.. Кажется, мы тогда были не здесь…

— Мы все еще у Стоунвилла, но сейчас находимся в одной из комнат для гостей. Я решил, что здесь вам будет спокойнее. К тому же нам с вами надо серьезно поговорить. А вы так не считаете?

Мэдлин в смущении опустила глаза.

Было ясно, что действие газа прекращалось и она постепенно обретала свою обычную осторожность. Но сейчас это не имело значения. Энтони твердо решил, что добьется ответов на все свои вопросы.

— Поговорить о чем? — Она по–прежнему старалась на него не смотреть.

— Вы прекрасно знаете о чем. О сэре Хамфри Дейви.

— Зачем нам говорить о нем? — Ее взгляд вдруг метнулся к двери. — Он тоже здесь?

Проклятие! Она и впрямь пришла на вечеринку только из–за сэра Хамфри.

Ему снова вспомнились насмешливые слова Стоунвилла. Нет–нет, не может такого быть, пусть даже у Дейви действительно немало поклонниц.

Энтони со вздохом покачал головой:

— Нет, сэра Хамфри Дейви здесь нет.

— Внизу, я хотела сказать… — Она придвинулась к краю кровати, явно собираясь встать. — Он ведь на вечеринке.

Энтони поспешил остановить ее:

— Лежите. Вам еще рано вставать.

— Я уже хорошо себя чувствую. — Мэдлин попыталась оттолкнуть его.

— Может, и хорошо, но это не значит, что вы уже оправились. Если вы сейчас встанете, вам снова станет плохо. Так часто бывает.

— Но я должна вернуться на вечеринку…

— Я же сказал вам, что его там нет! — закричал Энтони; его тошнило при одной лишь мысли о том, что молоденькая красавица Мэдлин желает эту старую развалину — сэра Хамфри. — Так что вы все–таки не встретитесь со своей… добычей.

Она удивленно посмотрела на Него:

— Не понимаю, о чем вы…

— Нет, вы все прекрасно понимаете. И не пытайтесь одурачить меня, Мэдлин. Для этого уже слишком поздно. Вы пришли сюда за сэром Хамфри. Вы сказали это под влиянием газа.

— Я… я не помню этого. Я не помню, что говорила. — Снова упав на постель, она пробормотала: — А вы… вы уверены, что его здесь нет?

Этот вопрос еще больше разозлил Энтони. Неужели она использовала его, чтобы найти другого мужчину, того, ко торого действительно желала? Или, может быть, все дело в том, что сэр Хамфри и был тем неумелым любовником, который соблазнил ее и таким образом обесчестил? Бог свидетель, он оторвал бы негодяю голову!

— Да, я уверен, что его здесь нет. Я слышал, как другие гости говорили об этом. Сэр Хамфри собирался приехать с Веджвудом, но его жена сказала Веджвуду, что он нездоров. Видите ли, у него очень ревнивая жена, и ее можно понять.

Мэдлин со вздохом пробормотала:

— Знаю, что ревнивая. В противном случае мне не пришлось бы прибегать к таким уловкам, чтобы встретиться с ним.

Каждое ее слово вонзалось в сердце Энтони словно кинжал. Но как же он это допустил? Как мог позволить этой женщине получить такую над ним власть?

Но если уж он начал задавать вопросы, то следовало довести дело до конца.

— Мэдлин, чего вы надеялись добиться, поговорив с ним здесь? Хотели возобновления связи? Неужели вы серьезно на это надеялись? Поверьте, он к вам не вернется.

Она смотрела на него во все глаза.

— Не вернется?.. Энтони, о чем вы говорите?

Он старался говорить как можно спокойнее.

— О сэре Хамфри и вас, разумеется. Как я понял, он и есть тот болван, который соблазнил вас. Неумелый любовник…

Несколько секунд она смотрела на него раскрыв рот. Потом вдруг расхохоталась:

— Любовник? Вы, наверное, сумасшедший!

Это была не совсем та реакция, которой он ожидал.

— Мэдлин, но тогда… Тогда я ничего не понимаю.

— Конечно, не понимаете, если думаете, что сэр Хамфри был моим любовником. Ах, если бы только!.. — воскликнула она в отчаянии. — Если бы он действительно был моим любовником, я не оказалась бы в столь затруднительном положении.

Энтони почувствовал величайшее облегчение. Боже, он просто ревнивый идиот! Вот что бывает, когда слушаешь такого болвана, как Стоунвилл.

— Так в чем же заключается ваше затруднительное положение?

Вопрос, казалось, застал ее врасплох. Она села и в смущении пробормотала:

— Ах, это так сложно…

— Но вы обещали ответить на мои вопросы, если я устрою вам эту вечеринку. Я сдержал слово, и не моя вина, что вы не получили то, чего хотели.

— Я понимаю, Энтони.

— Так как же? Ведь теперь ваша очередь выполнить свое обещание, не так ли?

—Да, вы правы, — прошептала Мэдлин. Тихонько вздохнув, она добавила: — Конечно, правы… Энтони взял ее за руку.

— Милая, успокойтесь, пожалуйста. Не бойтесь, никто нас сейчас не побеспокоит. Стоунвилл даже не знает, что мы все еще здесь, в его доме. Да и дверь заперта.

— Вы заперли дверь? — спросила она с тревогой.

— Да, запер. Чтобы вы могли спокойно прийти в себя. — Он провел ладонью по ее щеке. — Расскажите, почему вам нужна помощь сэра Хамфри. — «А не моя. Да, почему не попросить о помощи меня?»

Потому что он распутник. Потому что она доверяла ему не больше, чем лесник доверяет браконьеру. Ведь с его репутацией… Она вряд ли обратится к нему за помощью — только с просьбой устроить такую вот вечеринку.

— Почему вы молчите, Мэдлин?..

«Расскажите»? Она кивнула и, сделав глубокий вдох, заговорила:

— У моего отца была медицинская практика в городе, где мы раньше жили.

— В Чертейе?

Она вспыхнула.

— Ну, поблизости…

— Где именно?

— Я не могу вам сказать.

— Черт возьми, почему?

— Просто не могу, и все.

Он пожал плечами:

— Что ж, продолжайте.

— У папы была неплохая практики, и мы жили в относительном достатке. — Ее голос дрогнул. — Пока ему не пришлось лечить одну женщину от абсцесса. Поскольку ей было очень больно, а папа не любит использовать лауданум, он воспользовался закисью азота. Прочитав книгу сэра Хамфри, он знал, что этот газ способен унять боль.

— Но что–то пошло не так, — догадался Энтони.

Она вздохнула:

— Да, не так… Женщина умерла через час после того, как папа дал ей веселящий газ. Сами понимаете, что было расследование. И они решили, что папа не виноват. — Губы дрожали, она едва сдерживала слезы. — Но враги моего отца не согласились, и им удалось убедить остальных в том, что он убил эту женщину. В результате он потерял практику.