Коварный повеса - Джеффрис Сабрина - Страница 3

— Она занята, поэтому послала меня.

Лорд Норкорт в раздражении нахмурился, и Мэдлин, отпустив слугу, продолжила:

— Милорд, я занимаюсь финансами школы. А также преподаю математику и естественную историю, когда могу.

Виконт немного смягчился.

— Натуралист? А, это великолепно. Таких уроков должно быть побольше в школах для юных леди.

От столь неожиданного комплимента Мэдлин смутилась. Никто, кроме миссис Харрис, не считал ее интерес к математике и естественной истории серьезным достоинством. Во всяком случае, ни один мужчина. Кроме отца, разумеется.

Но тут виконт, окинув ее оценивающим взглядом, ослепительно улыбнулся, и Мэдлин уже по–другому расценила его комплимент, то есть взглянула на ситуацию более цинично. Вероятно, виконт был большим мастером очаровывать женщин, вот и все. Неудивительно, что они так охотно укладывались в его постель.

— Полагаю, вы не знаете, зачем я приехал сюда. — Он вдруг стал серьезным. — Понимаете ли, в прошлом месяце мой старший брат и его жена погибли при пожаре в гостинице.

— Сочувствую, милорд, — пробормотала Мэдлин. Он коротко кивнул, на мгновение уронив волну шелковистых и черных как вороново крыло волос.

— Но осталась их двенадцатилетняя дочь, мисс Тереза Энн Долтон, — продолжал виконт. — Поэтому я здесь. Что бы поместить мою племянницу в вашу школу.

— Я уверена, слуга сказал вам, что в данный момент у нас нет свободных мест.

Он вопросительно вскинул брови:

— Нет мест? Такие вопросы обычно решаются. Все зависит от цены.

Слава Богу, этим делом занималась не миссис Харрис — намек на то, что ее благосклонность можно купить, положил бы конец этому разговору. Но Мэдлин не хотела прогонять виконта до тех пор, пока не решит, сможет ли он помочь ее отцу.

— Так уж случилось, — сказала она, смягчая свои слова дружелюбным тоном, — что моей начальнице нет необходимости принимать предложения тех, кто предлагает больше денег. Ей потребуется более веская причина.

— Разборчивость вашей начальницы делает ей честь. Также, как ее необычный учебный план. Но несомненно, ни одна из вас не должна прогнать девочку невероятного ума, которая может улучшить репутацию вашего заведения.

— Есть другие школы…

— Я бы не отдал в них даже мою лошадь, не говоря уже о впечатлительной молоденькой девушке. Там дают очень плохое и поверхностное образование.

Вероятно, он тщательно исследовал этот предмет, думала Мэдлин. И, несомненно, миссис Харрис могла бы найти место еще для одной девочки. Кроме того, если она, Мэдлин, сможет оказать услугу лорду Норкорту…

Но сначала ей следовало убедить миссис Харрис взять девочку, а для этого ей нужно узнать больше.

— Почему вы оказались опекуном вашей племянницы? Разве опекунами назначают холостых мужчин?

— Женатый человек, которого назначил мой брат, умер несколько лет назад, а Уоллес так и не удосужился изменить завещание. — В голосе виконта появилась резкость. — Небрежность во всем была его особым талантом.

Она тоже об этом слышала. В Телфорде Уоллес Долтон был известен как экстравагантный болван, который запустил свое поместье в Суррее, стремясь жить на широкую ногу. Мэдлин не удивилась бы, если бы узнала, что он оставил своему младшему брату множество долгов.

— К счастью, — продолжал виконт, — моя племянница должна наследовать значительную сумму от матери по брачному контракту, которую мой брат не мог тронуть. Поэтому если вы беспокоитесь, что ее наследство не сможет покрыть вступительный взнос…

— Я просто пытаюсь понять ваше юридическое положение. Вы опекун мисс Долтон или нет?

В первый раз с того момента, как она поздоровалась с ним, виконт утратил уверенность в себе.

— Нет, — признался он и тут же добавил: — Но я надеюсь, что скоро стану им. Суд должен назначить кого–то, а я уже подал прошение. Я уверен, что оно будет удовлетворено.

С его–то репутацией? Мэдлин кое–что знала о судах, но она сомневалась, что они назначат такого человека опекуном молоденькой девушки.

Но все же он был виконтом. И разве был бы он здесь, если бы не был уверен в исходе дела?

— У вашей племянницы нет других родственников, которые хотели бы стать опекунами?

Он на мгновение стиснул зубы.

— Мои дядя и тетка с материнской стороны также подали прошение об опекунстве.

Имеет ли он в виду Бикемов? Но их дочь Джейн уже взрослая. Зачем им в таком возрасте брать к себе молоденькую родственницу? Если только…

— Владения вашего брата должны принести опекуну значительную сумму, не так ли?

Он решительно покачал головой:

— Если вы об этом, то мне не нужны деньги моей племянницы.

— О, я не хотела сказать, что вы…

— Тесса живет у моих тети Юнис и дяди Рандолфа с тех пор, как погибли ее родители, и они с каждым днем делают ее все более несчастной.

Мэдлин могла с легкостью поверить в такое. Бикемы могли сделать несчастным кого угодно, особенно скорбящую девочку, которой требовалось утешение, а не морализирование.

Бедная мисс Долтон… Когда несколько лет назад Мэдлин потеряла мать, умершую от чахотки, у нее хотя бы было время подготовиться. И после этого ей не пришлось быть втянутой в борьбу между родственниками.

— Душевные страдания — это одно, — сказала она, — но ваши родственники ведь не будут с ней жестоко обращаться.

— Именно этого я и боюсь. — Его лицо стало непроницаемым. — Они уже делали это раньше.

С кем? Уж явно не с ним. Если она правильно помнила, он недолго жил с Бикемами, когда был ребенком, но его отец был тогда жив. И Бикемы ведь были не столь глупы, чтобы дурно обращаться с сыном виконта.

Возможно, лорд Норкорт говорил о своей кузине Джейн. Она вышла замуж и жила в Телфорде, хотя явно избегала своих родителей. Это заставило Мэдлин задуматься.

— Я должен вытащить Тессу из этого чудовищного места, — заявил виконт. — Никому из этих двоих нельзя позволять воспитывать ребенка, особенно — моей тетке.

— Я понимаю ваше беспокойство, — мягко сказала Мэдлин. — Но я не знаю, как поступление вашей племянницы в нашу школу может помочь делу.

— Бикемы создают видимость уютной семейной жизни. Они весьма уважаемая семья в тихом провинциальном городке. В глазах суда их преимущества перевешивают недостатки того, что я холостяк с плохой репутацией, пусть даже и титулованный. Единственная возможность склонить чашу весов в мою сторону — это показать, что я могу предложить другие преимущества: жизнь в столице, общество, более для нее подходящее, а также превосходное образование, какое она никогда не сможет получить в провинции. Вот почему так важно, чтобы вы приняли ее.

— Понимаю, — кивнула Мэдлин.

Она действительно кое–что понимала. Ситуация его племянницы была почти такой же отчаянной, как ее собственная. Но им обеим можно будет помочь, если она, Мэдлин, сумеет оказать услугу виконту.

— Очень хорошо, милорд. Я поговорю с миссис Харрис от вашего имени. Подождите здесь, пока я не вернусь, будьте так добры.

Она ушла, переполняемая болью, всколыхнувшейся из–за такой явной привязанности виконта к своей племяннице. Папа точно так же пытался защитить ее, но сэр Рандолф разрушил его репутацию порядочного человека и отнял средства к существованию.

Мэдлин едва не всхлипнула. Сейчас папа не мог даже подняться с постели, тем более — защитить ее. И, увы, без дохода от его практики они скоро исчерпают все свои сбережения, несмотря на ее скромную должность здесь.

Она должна вернуть отца к его прошлой жизни — даже если это означало, что придется умолять об услуге виконта. Но она могла сделать это только в том случае, если убедит директрису принять в школу мисс Долтон.

Это оказалось гораздо труднее, чем она ожидала. Даже после того, как Мэдлин объяснила тяжелую ситуацию мисс Долтон, миссис Харрис все еще колебалась.

— Но он же негодяй! — выпалила миссис Харрис. — Он не должен воспитывать молодую леди.

— Он и не будет, — парировала Мэдлин. — Мы будем. Кроме того, вы знаете, как сплетни все преувеличивают. Его репутация может быть совсем не такой плохой, как говорят.