Халява - Держапольский Виталий Владимирович "Держ" - Страница 61

— Значит, декан… Так, ребятки, дело принимает серьезный оборот! Чтобы так воздействовать на защиту, силушка нужна не мерянная! Серьезный ведун работал…

— Колдун? — переспросил Сидоренко.

— Называй, как хочешь, но это явно не дилетант, — ответил генерал. — Я такой работы лет сто не встречал. Берите под наблюдение этого Горчевского. Только близко к нему не приближайтесь — на расстоянии работайте. Защиту, у кого её нет — поставить, остальным — обновить. Ну и ройте землю, ребята, чувствую, крупная рыбешка заплыла в нашу речушку!

Глава 13

Этот день для Сергея Валентиновича не задался с самого утра: майор совсем не выспался. После вечернего посещения конторского "тату салона", кожа чудовищно чесалась. Некоторые наколки вспухли и покраснели. Температура подскочила. В общем, чувствовал себя с утра майор Сидоренко неважнецки. Но, как ответственный контрразведчик, он вышел на службу, невзирая на самочувствие. Направляясь в кабинет, Сидоренко столкнулся в коридоре с генералом Кузнецовым.

— Здравия желаю, товарищ генерал! — блеснув покрасневшими глазами, поприветствовал начальника майор.

— Здравствуй, Сергей Валентинович! — ответил Кузнецов. — Что-то ты сегодня не в форме, майор, — обратил внимание генерал на нездоровый румянец подчиненного. — Заболел?

— Никак нет, Владимир Николаевич! Здоров! Просто посетил вчера наших эскулапов…

— А! Защиту поставил! Молодец! — похвалил майора генерал. — Ощущения не из приятных?

— Есть немного, — согласился Сидоренко. — Зудит все… Спасу нет!

— Еще бы! — произнес генерал, прикоснувшись ладонью ко лбу майора. — А тебя голубчик еще и жар. Иди-ка ты, Сергей Валентиныч до дому. К обеду будет еще хуже! Полная перестройка энергетики, это не шутки!

— Да я справлюсь, — начал отнекиваться Сидоренко.

— Нет, дружище, — усмехнулся Кузнецов. — На сегодняшний день ты — балласт! Так что домой, в постель! Это приказ! — отрубил генерал. — Пойдем ко мне, я немного облегчу твои страдания…

— Да не нужно, товарищ генерал! Что я дите малое?

— Делай, что я тебе сказал, — произнес Кузнецов. — И покрепче тебя парни ломались! К вечеру тебя так скрутит — света белого… — Генерал открыл дверь кабинета, жестом приглашая майора внутрь. — Пару дней будет корежить, уж поверь моему опыту! Садись! — Кузнецов указал на кресло. — Наши спецы, конечно, мастера… Татуировки, я уверен, они правильно сделали. Но вот что после — их уже мало волнует. Значит так, Сережа, — генерал вытряхнул из пачки большую таблетку быстрорастворимого аспирина, — примешь дома эту таблетку.

Владимир Николаевич вынул из ящика стола большую цыганскую иглу и протер её медицинским спиртом из пузырька. После этого генерал иглой выцарапал на таблетке несколько угловатых рун. Протерев еще раз иглу спиртом, он произнес:

— Руку дай мне… Левую.

Сидоренко без колебаний протянул руку начальнику. Кузнецов ловко проколол подчиненному подушечку большого пальца, затем при помощи иглы разукрасил выцарапанные на таблетке руны кровью, что-то бубня себе под нос. Сергею Валентиновичу показалось, что пропитанные кровью руны слегка светятся. Он моргнул, мотнул головой — свечение исчезло.

"Показалось!" — решил Сидоренко.

— Нет, не показалось! — словно прочитав мысли майора, произнес генерал. — Символы зажглись — значит, я все правильно сделал! Заклинание активировано. Значит, топаешь домой, выпиваешь таблетку, ложишься в кровать… А завтра с утра — как огурчик! Понял?

— Так точно! — решил не спорить больше с генералом майор, решив, что тому виднее. — Разрешите идти?

— Давай! — Кузнецов махнул рукой, показывая, что разговор окончен.

Но уйти майору домой в этот день было видимо, не суждено. Едва он поднялся с кресла, как в кабинет генерала без стука ворвался растрепанный старлей Петрушин с горящими от возбуждения глазами.

— Товарищ генерал… Товарищ майор… Юсупова убили! — с отдышкой, не успев перевести дух, выпалил Слава.

— Как убили?! — синхронно воскликнули старшие офицеры.

— Насмерть! — выдохнул Петрушин. — Изрешетили из калашей — живого места не оставили! Мы даже рыпнуться не успели!

— Так, Слава, давай спокойно и по порядку! — произнес Кузнецов. — Водички попей, — он указал старлею на графин с водой, — дух переведи. А после доложи…

Петрушин бухнул в стакан воды из графина и выдул её в два глотка.

— Садись, — генерал подтолкнул к старлею кресло. — Давай с начала. Когда все произошло?

— Часа полтора как… Выехал Юсупов как обычно со своего особняка в половину восьмого… Я с Андрюхой его сегодня до города должен был сопровождать… Мы в лесочке ночь перекантовались — на коттеджный поселок не совались — там охрана — светиться ни к чему. Как его "Мэрс" проскочил, мы через пару минут за ним… А в метрах пятистах от трассы его и ждали… Когда мы выскочили — "Мерин" уже был в решето, Юсупов тоже. Чуваки в масках по нам тоже прошлись…

— Андрей жив? — не дрогнувшим голосом поинтересовался Кузнецов.

— Живой! Но тачка все… Мы в кусты, но чё наши пукалки против автоматов? Ушли они… Я сразу на отдел позвонил, пацанов вызвал…

— То-то я гляжу никого в отделе… Почему меня сразу в известность не поставили? — гневно спросил генерал.

— Или меня? — подключился Сидоренко.

— Да как-то… — развел руками Петрушин.

— Ох уж мне эта ваша самостоятельность! Ты хоть понимаешь, какого масштаба фигура этот Юсупов?

— Виноват, товарищ генерал!

— А! — отмахнулся генерал. — Что сделано, то сделано! Распустил я вас… Парни уже на месте?

— На месте, Владимир Николаевич. Пока я в пробке торчал, отзвонились… Оцепили все, активировали "Сферу Невидимости". Ждут дальнейших указаний.

— Значит так, пусть пока держат "Сферу", чтобы ни одна собака… Особенно "МВД"… Пока я не договорюсь, чтобы дело передали под нашу юрисдикцию… Тело Юсупова нужно доставить к нашим спецам… Нет! Не выйдет у нас ничерта! Слишком уж известная фигура… Могут возникнуть проблемы… Значит, действуем так, — решил переиграть Кузнецов, — Слава, хватай Аарона Моисеевича и мухой в морг, возьмите какого-нибудь жмурика из бомжей. Пусть Моисеич наложит качественную личину на тело. Брамс это умеет, справиться лучше всех… Даже не личину, а "Переплавку" или "Копию". Поменяете тела. Юсупова к нам, а на подменыша пусть повесит "Ступор" и "Узнавалку".

— А "Ступор" — то для чего? — не понял Петрушин.

— Чтобы дольше с экспертизой тянули, пока мы у себя Юсупова исследуем! Сергей Валентиныч, уж извини, но придется тебе сегодня поработать…

— Я готов, товарищ генерал.

— Тогда на тебе менты. Организуй анонимный звонок, предупреди "коллег" об убийстве известного человека. Только скоординируй действия со Славой: менты должны появиться только после того, как они подменят тело! Не раньше! Задницей чувствую: Юсупов всех нас очень сильно удивит!

— Так он же мертв! — не понял Сидоренко.

— Ты, Сергей Валентинович, человек у нас новый, — усмехнулся Кузнецов, — помяни мои слова — даже мертвый Юсупов нас удивит! Все! За работу! Да, Сережа, а таблеточку все таки выпей — все полегче будет.

На месте преступления Сидоренко появился, когда Аарон Моисеевич — мелкий, невзрачный человечек с физиономией горького пьяницы (обманчивое впечатление — Брамс вообще в рот спиртного не брал), заканчивал свою работу. На сером подтаявшем снегу лежало два тела. Над одним из которых колдовал Аарон Моисеевич Брамс. Майор поздоровался с оперативниками, а затем спросил Петрушина:

— Слава, а как же "Сфера Невидимости"? Я вас сразу заметил…

— Так вы ж, Сергей Валентинович, вчера у наших коновалов были? Разукрасили они вас?

— Ты о татуировках?

— Ну…

— И причем здесь это?

— В числе прочих интересных рун и знаков, — пояснил старлей, — вам набили "Око Вотана". Так что морок типа нашей "Сферы" на вас не действует. Зато посмотрите, как он действует на непосвященного… — Петрушин указал пальцем на мужика с рюкзаком, топающего по тропинке как раз в нашем направлении. На любого человека, даже не сильно любопытного, зрелище продырявленной в решето дорогой машины, два мертвых тела на окровавленном снегу, да и вся наша живописная компания, должны были произвести неизгладимое впечатление. Но мужик даже вида не подал: скользнул пустым взглядом, как будто нас не было, и пошел дальше своей дорогой.