Ромашки для королевы - Демченко Оксана Б. - Страница 71

– Вы добры к роду Мартиг, ваше величество, – подтвердил Нисий.

– Граф, скажу очень просто. Нам нужен мир. И я бы хотел видеть вас послом у гномов. Ваш сын учится у мудрых и вернется через каких-то пять лет. Полагаю, ему тоже не будет в пользу война. Боевые маги редко доживают до победы.

– Король наш – добрая душа, – заплакал шут. – О каждом печется, и заранее. А о нем печется маршал, и о его сыночке – сироте, позаботится, если что. Нам война не страшна.

– Молчи, дурак, – привычно отмахнулся Лорид. – Нисий, у нас есть шанс замириться с подгорными упрямцами в эту зиму?

– Я уже наладил с ними сообщение, буквально за неделю до отъезда сюда, – кивнул Мартиг. – Дочь короля, госпожа Рона, нам благоволит. А ее муж управляет гномьим войском. И он готов объявить мир. Мы попробуем для начала наладить поставки мяса и трав – таков запрос принцессы. И рассчитываем на уголь – с их стороны. Но дело не только в гномах, ваше величество. Они сами – в ловушке. За этой войной стоят ведьмени.

– Черные враги для всех, – испугался шут. – Вот кого боится даже дурачок.

– Они в горах?

– Гномы сдерживают их на нижних уровнях. Если не устоят – мы следующие, – вздохнул Нисий. – Только у нас нет ни шаманов, ни доспеха. Я хотел просить вас о милости. Гномам надо помочь. Полагаю, они вот-вот попросят об этом. Против ведьменей хороши наши маги.

– Это точно? – нахмурился король.

Нисий кивнул и передал мешочек, полученный от Роны. Король удивленно поднял бровь и развязал замшевые шнурки, вытряхнул содержимое на стол. Долго и удивленно щупал твердые, как сталь, когти.

– Это боевые когти нынешних ведьменей, – пояснил Нисий. – Они пробивают доспех гномов, можете убедиться сами. Но пока подгорники стоят. И мы спим спокойно. Дети не пропадают.

– Более пяди в длину, – удивился король. – Я ничего подобного не видел. Много этих тварей там, внизу?

– Гномы говорят – десятки. Пока они отрезаны водой и магией шаманов. Но это их не удержит надолго.

Король глянул на непривычно молчаливого шута. Снова ощупал когти. Пересчитал – дюжина, и все – одинаковые по форме, но чуть отличные цветом и размером. Судя по всему – с одного пальца, но разных тварей. Мартиг подтвердил – так и есть. Тишина вновь повисла надолго.

Король думал о тайном посольстве маршала. Говорят, ловчий перехватил в предгорьях и не пустил к гномам. Маршал снова кричит – измена. Только чья?

– Ладно, егерь. Я однажды позволил тебе идти в горы с последним посольством, – признал король. – Твой дед был верен короне, да и отец – тоже. И я не желаю верить, что ты не таков. Слухи – это дворцовые глупости. Беречь границы они не помогают. Я отошлю к тебе, на север, магов двора и даже сторожевых застав юга. Надеюсь, это верное решение. Но я бы хотел извлечь из него пользу. Может ли мир с гномами нам что-то дать – новое?

– Я подумаю.

– Хорошо подумай, – усмехнулся король. – Ты слишком часто просишь последнее время. И слишком много. Некоторым это не нравится.

– А ты их отошли в горы, славу добывать, – посоветовал шут. – Там ее лопатой накопать за день – дело дурацкое. Хочешь, я кого следует пригоню?

Король усмехнулся и встал. Его уже ждали внизу, сегодня же дворец закроют до лета. И егерь, сколько ему ни грози, – не глуп и дело знает. Лорид Маэр Шолис на миг задумался: а правда, не отправить ли маршала Дарита в горы? Кузен последнее время как-то слишком рьяно рвется советовать и решать за короля. Идея шута показалась королю занятной. Даже смешной, что тем более достойно внимания.

Человек с комплекцией маршала в горах – уже восхитительно. На коне… А вокруг страшные гномы. Глядишь, похудеет. И уж всяко – от двора станет далек, язык свой укоротит. Влияние подрастеряет. Трусов в армии не уважают, а шут горазд кричать, что кузен именно трус…

– И еще пришлю маршала Дорита, – решил король. – Если уж в шахты спуститесь к гномам – вы его с собой тащите, он мне родня. Должен приглядеть и пользу короне изучить лично. Переговоры важны, но нам ведь куда главнее получить уголь. Тесно там, темно – но маршал у нас бесстрашный, вы меня понимаете?

– Вполне.

– Вот-вот. В нижние шахты, – сузил король глаза. – Он и там не заблудится. Такие не пропадают, даже если о них никто не заплачет. А лабиринты у гномов велики?

– Сотни верст.

– Пусть глянет, – милостиво соизволил король. – Как у них называется это… кажется, угольные забои? Или штольни? Не важно, пусть лично убедится в качестве поставок. Я изложу его обязанности письменно и вышлю с гонцом. Идите, граф, вам надо спешить. Ведьмени – это серьезно. Магов начнут собирать уже сегодня.

Три дня путешествия в санях довели Рртыха до полного изнеможения. Как можно сидеть и ничего не делать? Только люди с их природной ленью способны придумать такое и назвать это не пыткой, а удобством.

Эриль отлично видела переживания рыжего и старалась его по возможности развлечь. Говорила о магии, расспрашивала про бгррыхи и предлагала попытаться их усовершенствовать. Это ненадолго помогало, а потом безделье с новой силой донимало неутомимого гнома, наливая мышцы незнакомой болью и тяжестью. На четвертое утро гном понял, что готов сдаться и даже ехать верхом – все же бестолковая, но работа. Ночевка купеческого поезда на сей раз была очень уютной, опытные вожатые почти всегда умудрялись к ночи оказаться возле теплого и удобного жилья. На сей раз их приютил маленький постоялый двор, а кому не хватило мест, тех охотно приняли в деревушке, расселили по избам. Гном вызвался караулить сани и коней – рядом лес, места малолюдные и волки серьезно беспокоили жителей, сбиваясь к зиме в стаю. Он за ночь и коня себе на предстоящие дни приглядел – серого, рослого и мохноногого, немного похожего на незабвенного Сумрака.

Но утром уговаривать никого не пришлось. И спорить отпала необходимость. Эриль спустилась к завтраку задумчивая и даже немного рассеянная.

– Я говорила с магами долины Лирро, – сообщила она. – Следопыты теперь приглядывают за землями вне Стены. На севере они обнаружили двух гномов, искавших встречи с нами, эльфами. У подгорного народа все очень плохо, и времени куда меньше, чем казалось мне и прочим. А на санях мы еще месяц будем тянуться к Клённикам.

– Месяц? – ужаснулся гном. – Кривая кирка, это ж смерть моя, а не путешествие!

– Отсюда двести верст на восток до Стены, – вздохнула Эриль. – Через шестьдесят будет последняя застава людей. Там мы бросим коней и пойдем пешком. Творец добр, снег по-настоящему еще не выпал, не глубок. Если поспешим как следует – доберемся в десять дней.

– Без гнома, – хихикнул Лоэльви, – дошли бы за неделю. Рост – это наше сильное преимущество.

– Да того преимущества – не более семи дюймов, – возмутился Рртых. – Имей совесть, а то я ног твоих длинных не пожалею, такими синяками распишу – не будешь знать, на какую хромать сподручнее.

– То есть дней восемь-девять, – предположила Эриль. – Кони уже ждут, в путь. Дорожка тут узенькая, но к полуночи наверняка будем на заставе.

Гном довольно кивнул. Еще больше он обрадовался, обнаружив заседланным приглянувшегося серого коня. Но радость обманула ожидания, как сонный дурман.

Зимняя скачка в холодном седле оказалась тоже – пыткой. Эльфам было легче, они иногда спрыгивали с коней и бежали, позволяя себе согреться. А потом на ходу так же непринужденно вскакивали в седло. Гном вздыхал, потом резко выдыхал пар, зависть и возмущение. Дважды Эриль объявляла привалы – ради коней, как она поясняла. Но рыжий знал настоящую причину: свою стеклянную синеву окоченения.

К ночи задул, взметнул поземку колючий ветерок. С его приходом даже закат казался не далеким горном Труженика, а фиолетовым чародейским огнем, не дающим и малой толики тепла. Когда и этот огонь угас, ночь взялась выстуживать поле всерьез, снег под копытами заскрипел. Рртых выше поднял ворот и еще раз с тоской подумал, что человеческая обувь никудышная. Узка, пошита не по его ноге, сидит кое-как и тепла не бережет. То ли дело – гномьи ботинки! Настоящие, из снаряжения спасателей или боевых норников. Увы, из дома он ушел давно и – дважды увы – летом…