Магелланы с берегов Неженки - Данилов Владимир Михайлович - Страница 24

18

Вовка очень удивился, когда на крутом берегу ламбы увидел десять белых палаток и флаг на тонкой мачте. «Вот это да. Вот тебе и глухая ламбушка! Да тут целый лагерь».

Мальчишка в зеленом берете оставил девочек охранять «пленного», а сам пошел в дальнюю палатку.

Посмотреть на Вовку собрались ребята всего лагеря. Они уже прослышали про браконьера, который объявился у них в лесу.

— Что с ним чикаться? Судить его и в двадцать четыре часа выселить из Ташкан, — говорили ребята.

— Эй, парень, а я тебя знаю, — заявил один из мальчишек.

Вовка обрадованно улыбнулся и спросил:

— Ты в Вагозере бывал?

— Нет, я в Ташканах родился и сроду никуда не выезжал. А все равно я знаю, кто ты такой. Ты браконьер. Самый натуральный. И как же нам не знать тебя, когда ты единственный браконьер на все Ташканы. У нас последнего браконьера видели лет этак пятнадцать назад. Старики рассказывают, а нас тогда и на свете не было.

Все, кто стоял вокруг, рассмеялись.

Наконец пришел тот мальчишка, который унес Вовкино ружье, и привел за собой взрослого. По тому, как все называли его по имени и отчеству — Виктор Петрович, Вовка догадался, что это их учитель.

— Ну что, собрание считаем открытым, — не то шутя, не то серьезно проговорил Виктор Петрович. — Итак, молодой человек, кто ты такой?

— Шилов… Владимир Шилов, — опустив голову, ответил Вовка.

— Откуда пожаловал к нам и в каком классе учишься?

— Я из Вагозера приехал, к бабушке на каникулы, я в шестой класс перешел. Бабушка в Ташканах живет.

— В шестой класс, говоришь? Значит, у тебя еще и паспорта нет? Жаль, жаль… А скажи-ка, Владимир Шилов, когда у вас в Вагозере охота закрылась? Ты не в курсе?

— Десятого мая… — еле слышно проговорил Вовка.

— Правильно, молодец, — словно за ответ на уроке похвалил Вовку учитель. — У нас тоже десятого мая, а сейчас какой месяц?

— Июнь, — выдавил Вовка.

— Как ты думаешь, можно ли сейчас охотиться?

— Нет… Пусть они мне ружье отдадут, я больше не буду, — Вовка приготовился было пустить слезу, но вспомнив, как девчонки обозвали его трусом, сдержался.

— Понимаешь, Шилов, Вот все эти люди, — учитель повел рукой, указывая на собравшихся ребят, — очень, много делают, чтобы сберечь лес и все его население. Все они — лесоводы. Они сеют лес, берегут его от огня, строят дома для птиц и делают много других полезных дел. Вон, посмотри, в рюкзаках, которые лежат возле палатки, — три муравейника. Их мы будем расселять по лесу. Потому что муравьи — отличные лесные санитары. А вот в клетках — землеройки. Это очень полезные зверюшки. Сами по десять граммов весом, а в сутки одна землеройка уничтожает насекомых в два раза больше, чем весит сама. Этих зверьков мы тоже будем расселять. Так что ты попал к вполне цивилизованным людям, — улыбнувшись, сказал учитель. — Ружье ты можешь взять обратно, но охотиться с ним тебе никто не позволит. Впрочем, ты можешь охотиться в нашем лесничестве на ворон, луней, тетеревятников. Знаешь этих птиц?

— Ворону знаю, а остальных, что вы назвали, не знаю, — проговорил Вовка, радуясь, что ружье он все-таки получит обратно.

— Виктор Петрович, — сказал один из ребят, — а может, мы ружье ему отдадим, когда он обратно в свое Вагозеро поедет?

— А может, он пожелает стать охотоведом и жить в нашем лагере? — вопросом на вопрос ответил учитель.

— Какой из него охотовед, если куропатку от куропача отличить не может? — ехидно усмехнулся парень.

— Научится. Ты же и поможешь ему стать настоящим охотоведом. Ну как, Шилов Владимир, хочешь жить у нас в лагере и учиться на охотоведа?

У Вовки глаза загорелись от радости.

— Конечно, хочу! — с жаром ответил он. — Только надо предупредить бабушку.

— А ты не торопись. Давай недельку поживи в Ташканах, потом приходи. Запиши его, Павлик, в охотоведы. А ты, Таня, покажи гостю наше хозяйство.

Почти до вечера Вовка Шилов бродил по лагерю и все удивлялся. Таня рассказывала ему о школьном лесничестве, о том, как родилась у них эта идея, что они успели сделать за это время. И Вовка подумал: «А чем наше Вагозеро хуже? Лес — такой же. Ламбы, озера тоже есть. А вот лесничество никто не догадался сделать. Ладно, приеду домой, расскажу обо всем ребятам. И у вас обязательно будет свое лесничество».

Прошло пять лет.

Давно покинули родные Ташканы братья Тергуевы, Олави Лесонен и другие ребята-лесоводы. Зелеными рядами поднялись на вырубках школьного лесничества березки и сосны. Но так же, как и пять лет назад, на берегу Сяргиламбы в солнечный июньский день наполненными ветром парусами встали палатки. В Ташканах и Вагозере, в больших и малых поселках вышли в путь по лесным тропинкам новые отряды лесоводов. И самой первой тропинкой была та, которую проложили ташканские Магелланы.