По пути Ориона - Данилкин Евгений - Страница 163

— Сайморол, иди! — Только и сказал Кларгот. Сай удивился.

— Чё и всё! Со всеми болтал тут, а я, иди?

— Тебя ничто не исправит. Тут бессильна даже магия! Знай лишь, что властители Дириуса следят за тобой всегда, иди.

Сай обиженно отошёл от Кларгота, неодобрительно покосился на него и зашёл в расщелину.

Дальше путешественники двинулись к пещере, вереницей, один за другим. Молча, обдумывая сказанное каждому Кларготом. Ентри стонал от боли на руках Дикина, его начал одолевать озноб, тело покрылось потом.

— Надо торопиться. — Сказал Дик, тихо, чтобы не разбудить сонные горы. — Мариа, показывай путь.

Девушка тут же вышла вперёд и быстрыми шагами последовала к пещере, затем к правому коридору в ней.

Ощупывая одной рукой стену коридора, она и темноте двигалась быстро, помня, насколько гладкий был здесь пол. Остальные, полагаясь на Мариа, шли за ней.

Наконец, первые клубы голубой думки окутали их ноги и слегка осветили пространство. Отряд ещё больше увеличил скорость. Мариа уже переходила на бег, она торопилась покинуть эти земли, торопилась попасть домой. " Наконец-то домой"! — Мысленно ликовала она, раз за разом оглядываясь на раненного Ентри. Тот по-прежнему глубоко дышал и стонал от боли.

Мариа уже сбилась со счёты, сколько поворотов они прошли, но по усилившемуся освещению и количеству дыма, понимала, что зал рядом. И через два поворота, он предстал пред ними.

Голубой дым, после последнего посещения зала Мариа, снова улёгся, лаская пол своим покрывалом. Мрачные стены загудели, услышав шаги чужаков. Дикин поднёс Ентри к дымке и чуть погодя положил его в туман. Ентри вновь глубоко вздохнул, но уже без хрипа. Его взгляд прояснился, раны на голове переставали кровоточить и юноша улыбнулся.

— Я знал, что это тебе поможет. — Прошептал Дик, но стены загудели сильнее. Сайморол насторожился, услышав злой гул стен и поторопил остальных:

— Я бы поспешил убраться отсюда. — Откуда-то сверху, из-под сводов зала посыпался песок, стены гудели не прекращая, не суля ничего хорошего путникам.

— Да, ты прав. — Согласился с ним Дик и снова поднял Ентри на руки. Тот выглядел лучше. Он, конечно, не выздоровел и раны его не затянулись окончательно, но дыхание стало ровным, а боль значительно утихла.

Сараллон сделал твёрдый шаг в туман и дымка, зловеще забурлила по всему залу. Дик насторожившись, остановился. Замерла и дымка. Тогда Дикин сделал осторожные шаги вглубь зала и туман снова зашевелился, поднимаясь при этом вверх. Теперь останавливать Дику смысла не было. Он делал новый и новый шаг, погружаясь всё глубже и глубже в туман. Остальные, даже Мариа, которая уже была здесь, немного робко двигались за ним.

Шаг, ещё шаг, ещё один и Дик, с Ентри на руках, скрылся с головой в тумане, через несколько секунд, идущий последним Буй тоже погрузился в туман, ещё не зная где они окажутся, когда выйдут из него.

48. Встреча в океане

" Глеут" разрезая волны океана, двигался на юг, но не так быстро как это хотелось Дертапу. " Дитер лайс" значительно отставал от него, в ввиду свой загруженности и не быстроходности. Впереди идущему судну приходилось замедлять скорость, дабы два корабля держались вместе. Дертап несколько раз заводил разговор о том, чтобы отправить галеон в Гариопей, а на юг идти на "Глеуте", но Тар стояла на своём.

— Идти двумя кораблями, надёжней. " Дитер лайс" крепкий корабль и к тому же хорошо вооружён. В случае нападения на "Глеут" поможет отбить атаку. Там, куда мы идём, "Глеут" может не противостоять стихии, у галеона есть шанс… — Обосновывала вновь и вновь Оливия, остужая пыл Дертапа. Тот соглашался, но через день, устав от медленного хода "Глеута", снова заводил этот разговор и Оливия снова ему отвечала отказом.

" Дитер лайс" сейчас шёл приблизительно в полумиле от впередиидущего корабля, гонимый ветром, на всех парусах, но "Глеуту" опять пришлось снижать скорость, чтобы сократить их расстояние.

Оливия Тар стояла на квартердеке и смотрела на безбрежный горизонт, где только-только зародился рассвет, окрасив небо и облака, розовыми и багровыми красками. Её волосы трепал ветер, бросая их ей на лицо, которое одолевали беспокойство и печаль. Её глаза наполняла грусть, от которой становилось всё больней и больней.

— Опять грустите, капитан?! — Громкий, бодрящий голос Фука, оторвал её от своих дум.

— Что ты хотел, Фук? — С усталостью в голосе, спросила Оливия.

— Хотел пригласить вас на утреннее микстуропитие! — Улыбаясь и щурясь от первых лучей солнца, ответил Фук.

Оливия проигнорировала его приглашение. Она неотрывно смотрела вдаль, надеясь увидеть там что-то.

— Капитан, вы меня слышите?

— Фук, ты как мамка, честное слово! — Вдруг крикнула она на Арубатура. В её глазах вспыхнул гнев, но тут же угас. Она ещё раз бросила взгляд на горизонт и медленно направилась к себе в каюту. За ней, с улыбкой до ушей, направился Фук.

— Фук, ты бы знал, как мне тяжело. Сердце щемит. Хочется забыться, уснуть, напиться. Я не знаю, что происходит.

— Капитан, вам надо успокоиться, выпить лекарство. — С какой-то нежностью в голосе, которой раньше никогда не было, ответил ей Фук.

— Ты это говоришь из-за дня в день. — Сказала Оливия и плюхнулась на кровать. — Что-то с Дуилером…

— Ха, да что с ним может случиться? С ним Орион! А этот парень в воде не тонет, в огне не горит. Будь спок капитан, с ними всё нормально.

— Хотелось бы верить. — Оливия легла, прикрыв глаза, стараясь отстраниться от своих мыслей.

— Капитан. — Окликнул её Фук. — Лекарство пить будите?

— Как ты мне надоел со своими лекарствами, Фук! Ты бы знал. — Оливия посмотрела на улыбающегося Арубатура, словно он сейчас услышал похвалу в свой адрес и глубоко вздохнула. " От этого не отвяжешься"- Пронеслось в голове капитана. — Ладно, давай свою отраву. — Поднимаясь с кровати, произнесла Оливия.

— Должен вам заметить капитан, что этой "отравой", как вы соизволили выразиться, вы должны быть благодарны мастеру Гакюду. Я же просто исполняю приказ… — Фук, открыл было рот для продолжения своего очередного феерического монолога, но в дверь каюты постучались.

— Да, войдите!

В двери показался маленький, толстенький матрос, на коротких ножках, весь исколотый наколками. Его благородный пивной живот, доставлял ему не мало хлопот при ходьбе, а грязные, измазанные мазутом брюки, так и норовили свалиться с него. Он бочком протиснулся внутрь каюты, сопя и обливаясь потом.

— Что тебе Рекам?! — Строго спросила Оливия. По виду Рекама было видно, что он чем-то взволнован.

— Капитан, там…там… это…лучше вам самой, это… посмотреть. — Было видно, как у Рекама дрожат от волнения руки. Он часто хлопал маленькими, спрятавшимися над чуть обвисшими щеками, глазками, отчего тут же заставил засмеяться Фука.

— Ну, ты филин! — Расхохотался Арубатур. — Рекам! Ты бы на свою физиономию посмотрел бы сейчас!

Матроса это естественно оскорбило и он опустил голову и буркнул в ответ:

— На себя посмотри.

— Ладно Рекам, что произошло? — Оливия уже поднялась с кровати и подошла к своему матросу.

— Капитан, пойдёмте! Сами всё увидите! — Быстро ответил Рекам и поспешил протиснуться обратно в дверь. Оливия ринулась за ним. Фук, поняв, что происходит что-то серьёзное, убрал улыбку с лица и последовал следом.

Рекам, переваливаясь с боку на бок, торопясь, прошёл ярдов пятнадцать и остановился, переводя дух. Оливия "пролетела" мимо него, только кинув фразу матросу:

— Худеть тебе надо.

За ней важно проследовал Фук, бросив на пирата высокомерный взгляд.

— Что тут у вас?! — Крикнула Оливия, только появившись на палубе.

Все члены команды, кто был на верхних палубах, прильнули к левому борту и смотрели на океан. Оливия не замедлила присоединиться к ним, а с ней и Фук.