Пища Мастеров - Горац Евгения - Страница 57

***

… дождь прекратился, а с ним и волшебство момента. Я услышала гаснущие нотки…

Я- обыкновенная женщина, мне нравится, чтобы на меня смотрели и любовались - «чего стоит красота никем не увиденная»?

Валентин стоял на пороге беседки с лучезарной улыбкой на круглом бородатом лице. Он и вправду был счастлив, от того, что смог исполнить мое несбыточное желание. Он подал мне кусок холста, я завернулась в него, а девки стояли притихшие и ежились под навесом. Мы вошли в беседку, он плеснул мне чистого коньяку в чарку, я выпила, - он молча налил еще, я опять выпила, потом еще… Одна из девок принесла мне сухую белую рубаху и расшитый пояс, -я оделась и подпоясалась. Затем мы с девками поехали в глубь мира Валентина- на телеге, запряженной лошадьми.

В телеге мы громко пели и даже орали песни «Несе Галя воду» и «Я пiду в далекi гори». Девки обращались со мной уважительно, шептались между собой, поглядывая на меня украдкой.

Глубокой ночью мы приехали в деревню. Меня завели в одну из хаток.

- Вот сюда проходите, в горницу,- сказала одна из девок. - Сейчас я вам постелю.

Я уснула едва коснувшись головой подушки.

А когда проснулась, солнце было высоко и за окном отчаянно щебетали птицы. Я откинула льняные простыни, приподнялась и осмотрелась: простая грубосколоченная мебель из светлого дерева, на деревянной прикроватной спинке нарисованы два петушка, полосатая рогожка на полу, нехитрая утварь. На стуле у кровати висело мое платье и белье, чисто выстиранные и высушенные. Я встала и с удовольствием прошлась босиком по деревянному некрашенному полу, распахнула ставни - окно выходило в сад, - я вдохнула забытый с детства аромат зреющих яблок. Похоже меня отправили на дачу перед тем как выгнать из Демонета, чтобы оставить приятные воспоминания. Так, как насчет удобств? Может тут туалет на улице?

Мои опасения оказались напрасными. Ванная комната, оборудованная под старинную деревянную баню, была удобной и комфортабельной: пол подогревался, а в кабинке для душа струи воды били со всех сторон. На столике- я нашла новую зубную щетку, мыло, шампунь, пушистое полотенце и прочие предметы туалета.

Умытая и аккуратно причесанная, я вышла из ванной. Дизайн кухни так же был выдержан в деревенском стиле, - деревянные столы и лавки, ложки на стенах, расшитые рушники, крынки и глечики, но оснащение, -я сразу оценила, - было ультрасовременным: встроенные в стену духовки, печки и микроволновка, кухонные комбайны на все случаи жизни, вентиляция и даже огнетушитель.

Я вышла босиком на веранду. На столе, под белой льняной салфеткой обнаружила крынку с парным молоком, свежевыпеченную, еще теплую паляныцю и горшочек меду… Я отломила хрустящую корочку, налила молока в глиняную чашку. Калитка была распахнута- я видела тенистую улицу, низкий плетень, лавочки, клумбу чернобривцев - все было наполнено светом и дышало покоем. И тут я услышала разговор с улицы:

- Этта еще хто? Вроде не местная… Опять Валька одиночку-игреалку себе приволок?

- Не знаю.

- А у Хлашки давай спросим, антиресна же…

- А сам Валька хде?

- Дык на работе… модерит как всехда.

- А она тут долго будет?

- Да не знаю я, гаварю же- у Хлашки спроси.

- И шо ему тут девок мало- вон все как на подбор, а он игреалок таскает.

- Да он только тех, кто без партнера остался… возится с ними, помогает им.

- Дык нельзя же им помогать! Они же сами должны выпутаться, а если не смогут…

Разговор отдалился.

В саду высокая девушка с русой косой до пояса срывала румянобокие яблоки и укладывала их в плетеную корзинку.

Она улыбнулась мне:

- Добрый день. Позавтракали?

- Спасибо, очень вкусно. Давайте я вам помогу укладывать яблоки.

- Ой, нет, что вы, отдыхайте! Велено не тревожить вас.

- А кто велел?

- Валентин.

- А он сам- то где? Когда будет?

- На работе он, вечером придет.

- А вас как зовут?

- Глаша.

- А я- Полина, очень приятно

- Может вам нужно что-нибудь? Вы только скажите.

- Ничего мне не нужно, спасибо, разве что кофе. Да вы скажите где лежит- я сама себе сварю.

Но девушка уже поставила корзинку на скамейку и побежала в дом. Я последовала за ней.На кухне, за занавеской оказалась неизвестная мне конструкции - сложная кухонная машина с множеством кнопок и рычагов. Даша привела ее в действие и через минуту аромат свежемолотого кофе заполнил пространство.

Что я здесь сижу? Время теряю. Мне надо думать о том как выйти из положения, как остаться тут или изменить условия. С Валентином мы вроде бы подружились, он оказался не таким уж и сухим - каким показался при нашей первой встрече, но все же ясно сказал, что правил нарушать не станет и советовать ничего не будет. Я, видимо, сама должна найти выход из положения, а если не найду, то окажусь недостойной Демонета. А просить я не умею и подлизываться тоже.

Глаша поставила передо мной глиняную чашечку с ароматным напитком, который сварила машина.

-Спасибо, Глаша, а вы со мной не выпьете кофе?

Она поколебалась немножко, но потом принесла и себе чашечку.

-А вы, Глаша, в реале где живете?- спросила я для поддержания светской беседы и еще потому, что я не знала о чем говорить.

-Сразу видно, что вы новый игрок. Здесь не принято об этом спрашивать.

-Извините, я не знала.

- Да ладно. Мне велено вам не мешать и на все вопросы отвечать. Просто на этот трудно ответить. Жуиву я …где- то живу…где придется. Хотя и не жизнь это вовсе…Раньше угол снимала, теперь в общежитии, но я стараюсь пореже на себя реальную смотреть- противно мне, стараюсь не думать об этом. Сначала хотела себя от реала отключить вообще, а потом саму себя жалко стало: ведь если здесь чему научишься- оно и в реале пригодиться может. Но как же ненавижу этот реал, чтоб он провалился!

- Но вы же должны где -то существовать?

- Именно существовать. Дома, в поселке Рыжково- места нет мне: отчим- алкоголик, братья меньшие- драчуны и хулиганы, а в Москве- я на консервной фабрике работаю.. Вобщем, живу как-то, хлеб жую. Денег не хватает, и еще надо бабке посылать, она совсем старая у меня, вот сюда бы ее забрать! А парень бросил меня, Вовка … аборт зимой делала… девки злые в комнате, ссорятся- ругаются все время. А Вовка с Нинкой теперь… Если бы точно знать, что я в Демонете останусь если в реале умру, то в тот же миг в окно бы выпрыгнула- так безрадостно.

Мне даже стыдно стало за мои терзания, - мне и жаловаться не на что: живу в Нью Йорке, муж хороший, сын- отличник и работа интересная.

- Почему бабку нельзя забрать?

- Демокодекс запрещает. Сюда можно только самому попасть. А как ей хорошо было бы тут, в садочке и в этой хатке. Она же меня вырастила, жалко ее, бабушку-то…- Глаша смахнула слезу.

- А здесь вам хорошо, значит?

- Да, очень, я учиться тут буду скоро, у самого Майского.

- А кто это?

- Как вы не знаете Майского? Художник он, великий. Я все деньги на Интернет-кафе просаживала в реале, смотрела его картины, на выставки ходила, а потом написала ему- послала свои рисунки. Майский меня сюда перетащил, в реале- невозможно учиться мне, а здесь- в самый раз, - он так сказал.

- О, Глаша, так вы художница!

- Ага, вот гляньте, -девушка убежала куда-то и вернулась с большим альбомом, села рядом и открыла его, гордо улыбаясь. На карандашном рисунке была изображена танцующая под дождем женщина с венком из лилий на голове, - руки подняты вверх, мокрые волосы - по плечам и груди, глаза сияют, а лица зрителей набросками за завесой дождя.

- Это же я… вчера!

- Да, вы такая красивая. Вам нравится?

- Да. Очень.

- Возьмите себе,- Глаша протянула мне листок.

- Глаша, спасибо тебе. Давай на ты, а?

- Давай.

- Глаша, ты - очень талантливая, тебе и вправду нужно учиться.

- Так буду же. А в Демонете все талантливые, здесь других не бывает.

- Я думаю, что и в реале все люди талантливы, просто их таланты не раскрываются, потому что не попадают в подходящую среду или нет возможности.