Пища Мастеров - Горац Евгения - Страница 144

Я ответила, что постараюсь.

Не успел он уйти, как появилась Дарина, уже знакомая мне помощница Назара, и вкатила на кухню целую тележку с необыкновенно красивыми овощами: морковки, репки, тыковки, капустные головки, луковички и пучки свежей зелени. Увидев меня на кухне, она одобрительно закивала:

- Вот это хозяйка! Встает чуть свет и сама товар принимает! И не сомневайтесь, это все с его личного огорода- лучше просто не бывает!

Она ушла. Опять все затихло.. Какая я, к черту, хозяйка: даже запахов не слышу и вид еды никакого аппетита не вызывает. И все остальное безразлично- я и впрямь себя ватной куклой ощущаю. Но это пройдет, только надо этого захотеть. А чтобы захотеть- надо знать зачем - все очень просто. Надо собраться с мыслями и разобраться, но для начала надо привести себя в порядок. Пару дней я так и просидела в вечернем бархатном платье. Потом сняла его, швырнула в угол и сидела завернувшись в клетчатый плед. Вернуться к себе - я не могу, мне страшно даже подойти к дверям своих покоев. Я боюсь, что стоит мне подойти к дверям, то тяжелое чувство, которому я не знаю названия, от которого тяжелеют ноги и голова наполняется плотной ватой, в которую проваливаются звуки, мысли и ощущения, опять меня настигнет.

Я долго плескалась под рукомойником, потом надела легкое открытое светлое платье, которое кто-то заботливо положил на спинку кресла еще несколько дней назад. У кресла стояли так же легкие сандалии, а рядом на столике - корзинка с предметами туалета и гребнем для волос. Глянула в зеркало над умывальником: бледная, глаза потухшие. Кстати, а почему никого нет на кухне, не пора ли завтрак готовить?

Они пришли все вместе, шумно споря о чем то, увидели меня одетой и аккуратно причесанной, обрадовались, засуетились и стали наперебой предлагать мне разные варианты завтрака, но мысль о еде меня по прежнему не вдохновляла.

- Полина, сегодня я испеку печенье из яблок, орехов и подсушенного манго, - пообещал Ромка, - запах этого печенья может мертвого разбудить.

Анисья принесла мне для подкрепления сил чашку горячего клюквенного морса сваренного на воде из родника у Кудыкиной Горы. Я выпила, чтобы ее не обижать, не почувствовав ни вкуса ни аромата, и фуэрза ее мне не открывается больше, не знаю о чем она думает. Ничего, совсем ничего не чувствую.

Я ухожу опять в комнату, чтобы не мешать им готовить завтрак, грею руки о горячую чашку. Опять смотрю на себя в зеркало: что-то во мне поменялось как будто.

- Все еще переживаешь?- спрашивает Ахх у меня за спиной. Он садится на диванный валик и закидывает ногу за ногу.

- Нет. Странная пустота и покой внутри.

- И это-то меня и беспокоит, - сразу начинает волноваться Ахх. - Уж лучше сердись, кричи, -так будет лучше.

- Для кого?

- Для всех. Попробуй, а? Плачь, жалуйся, ругайся…

- Зачем?

- Как зачем? Сразу прибегут утешители, спасателям дело найдется, рябь по воде пойдет, волны поднимутся, чья-то лодка перевернется, а кого-то волны и на берег вынесут, демонетки зазвенят, - все ж веселее, да и я при деле буду. А так- мертвый штиль у нас- ни туда ни сюда. Рассердись, детка.

- Не могу.

- Почему? Ты его все еще любишь?

- Нет.

- Тогда ненавидь его! Презирай!

- Тоже не могу. Как будто нет его вообще, понимаешь? И не было никогда. Он исчез, испарился, лопнул как мыльный пузырь, как фантом. Я любила фантом.

- Так, -подзадоривает Ахх. - Давай дальше. Теперь повтори тоже самое, только громче! Ногой топни. Чашку разбей!

- Не хочу.

- Ну…фитилек совсем потух. Чем же его снова разжечь?

- Отстань лучше. Ты тоже хорош! Врал мне все, с нотариусом своим пытался продать то, что и так мое.

- В Чужом Городе, что ли? Ага. Только не врал, а пользовался твоим неведением. Это разные вещи. Но да, согласен, я- редкостный мерзавец. Поэтому запусти в меня этим гребнем. Брось мне в лицо обидные слова. Я заслужил.

- Не хочу. Ты мне тоже безразличен.

В дверь осторожно заглядывает Марта, и Ахха тут же сдувает с диванного валика, он прячется за спинку дивану и бормочет оттуда тихонько: «Чертова баба….»

- Полина, - произносит Марта елейным тоном, - мы готовим завтрак для админа и его гостей. Вы слышите аппетитный запах жарящихся омлетов?

- Нет.

- А булочек с корицей только из печи? Тоже нет? А хотите булочку с маслом, которое Анисья сама сбила, под моим руководством, конечно, а? Вкусное.

- Спасибо, мне не хочется.

- А омлеты - пышные, румяные, с разными начинками: кому с сыром, кому с грибами и зеленым луком, кому со спаржей, -Марта цокает языком.

Я молчу.

- Полина, разрешите мне испробовать один из методов излечения, который мне посоветовали?- Марта уходит и возвращается с той самой корзинкой с двойным дном.

- Полина, закройте глаза, а я буду вам подносить разные пряности, да не простые, а с волшебной кладовочки, а вы старайтесь угадать какие именно.

Я честно закрываю глаза ладонями.

- Нюхайте, нюхайте…

Втягиваю воздух.

- Чувствуете аромат?

- Нет.

- А сейчас?

- Есть какой-то, вроде.

- Вот молодец. А какой?

- Не знаю.

- А сейчас?

- Тоже не знаю. Чихать хочется.

- Ну чихайте, может прочистятся мозги. А вот это?

- Нет, ничего не чувствую, - в раздражении я отнимаю ладони от лица.

Марта держит перед моим лицом пакетик с ванилью. На столике лежат другие: с тмином, имбирем и гвоздикой. Я их узнаю по виду, но запахов не слышу, совсем ничего не чувствую. Ай-яй- яй, да что это со мной? Я хватаю пакетик с сушеной апельсиновой цедрой, высыпаю на руку сухие оранжевые стружки, растираю их между ладонями и опять подношу к самому носу.

Ничего.

- Завтра опять попробуем, -говорит Марта,- должно помочь. Меня предупреждали, что это может занять определенное время.

-Кто предупреждал?

-У меня есть свои каналы, - важно отвечает она, - по которым мне сообщили несколько способов восстановления фуэнсенов. Вечером я попробую кое-что другое…только не рассказывайте об этом никому, пожалуйста.

Она замолкает, потому что входит Анисья и ставит передо мной блюдо с пышным омлетом, чашку кофе, маленькую булочку с маслом и вазочку с ломтиками ананасов.

Я ем, чтобы не обидеть ее- безвкусные мягкие комочки.

Она смотрит на меня сочуственно какое-то время, потом говорит:

- У админа гости важные какие-то с утра, уже подали завтрак. А сам он велел передать, чтобы вы зашли к нему в любой момент, когда пожелаете, он будет рад.

-Спасибо.

Пожалуй, надо выйти отсюда куда-нибудь. Но куда? А хоть бы и к админу, только не сейчас, а позже, когда уйдут его гости.

Я тихонько выскальзываю из кухни и поднимаюсь по внутренним ступенькам дворца. Я никуда не спешу. Брожу по холлам, прохожу через залы скользя по гладкому сверкающему паркету, рассматриваю картины, отражаюсь во множестве зеркал. Нигде ни души. Все обитатели дворца сидят в своих покоях и работают, слушая свои фуэрзы, и им это интереснее, чем многое другое, чем даже книги читать, например.

Вот здесь - кабинет админа.

Дэниэл встает мне навстречу, берет меня за руки, притягивает к себе, заглядывает в глаза и гладит по щеке. Я немного ошеломлена столь ласковым приемом. Тогда на балу, он тоже оказывал мне знаки внимания, но может быть он делал это, чтобы Женю раздразнить? Я хорошо помню особенности его взгляда: он пытается сейчас считать мою фуэрзу, но наталкивается на ту же самую ватную бесконечность, которая поглощает все чувства, запахи и эмоции.

Он усаживает меня в глубокое кресло, сам садится напротив, и говорит мягким голосом, продолжая держать мои ладони в своих. Пока он говорит, его пальцы гладят мои, касаются легонько запястий, сжимают их.. от этих прикосновений будто эхо идет внутрь меня, в мою фуэрзу, но и оно тонет в вате.

- Полина, давайте вместе подумаем как восстановить вас, не прибегая к помощи верхних уровней. Я должен объяснить вам многое. Видите ли, я действительно рискнул, когда принял решение поднять вас на высшую ступень до того, как вы преодолели собственых демонов. Это и вправду является серьезным нарушением демокодекса, и вы узнали об этом, слушая наш диалог с казадором за дверью той ночью. Вы отводите глаза. Не хотите говорить о нем? Я и не собирался. Мы будем говорить о вас. Я действительно хотел- не то, чтобы скрыть- это невозможно, к сожалению, - но скорее, не привлекать внимания верхних уровней к появлению фуэнсена в моем голденгрейне, хотя бы на небольшой срок. Действительно, с таким даром, вам здесь не место.