Хранитель смерти - Герритсен Тесс - Страница 22

— Она знать не знает, как потеряла их. Помнит только, что однажды приехала домой с работы и не обнаружила их в своей сумочке.

— А что она делала здесь?

— Гулять ходила.

— В такой день?

Дождь припустил сильнее, и тяжелые капли застучали по их курткам. Маура закрыла багажник, чтобы больше не смотреть на лежавшую в нем чудовищную находку.

— Что-то с ней не так.

Джейн усмехнулась.

— Ты думаешь?

— Я говорю о погоде.

— Что ж, меня эта погода тоже не радует, но что тут поделаешь?

— Джозефина Пульчилло пришла сюда в такой день одна, чтобы прогуляться?

Джейн кивнула.

— Меня это тоже напрягает. Я спросила ее об этом.

— И что она ответила?

— Что ей захотелось на воздух. И что она любит гулять в одиночестве.

— И, очевидно, в грозу. — Обернувшись, Маура взглянула на машину, где сидела Джозефина. — Она ведь привлекательная девушка, как ты думаешь?

— Привлекательная? По-моему, так просто отпадная красотка. Мне придется посадить Фроста на короткий поводок, а то он к ней неровно дышит.

Хмурясь все сильнее, Маура по-прежнему глядела в сторону Джозефины.

— Последнее время было много шума по поводу Госпожи Икс. Огромная статья прошла в марте в «Бостон глоуб». За последние несколько недель появлялись и другие новости с фотографиями.

— Ты имеешь в виду фотографии Джозефины?

Маура кивнула.

— Возможно, она подцепила какого-нибудь обожателя.

Какого-нибудь особенного обожателя, подумала Джейн. Того, кто знал, что все это время лежало в цокольном этаже музея. Шум вокруг Госпожи Икс наверняка привлек его внимание. Он, несомненно, читал каждую статью, разглядывал каждую фотографию. Он должен был заметить лицо Джозефины.

Джейн бросила взгляд на багажник, радуясь, что он закрыт и что ей не придется смотреть на несчастную, скорчившуюся в агонии пассажирку.

— Думаю, наш коллекционер решил сообщить нам кое-что. Он говорит, что по-прежнему жив. И охотится за новыми образцами.

— А еще то, что он находится прямо здесь, в Бостоне. — Маура снова обернулась и поглядела на Джозефину. — Ты говорила, что она потеряла ключи. А какие?

— От машины. И от квартиры.

Маура беспокойно вскинула подбородок.

— Это нехорошо.

— Ее замки меняют прямо сейчас, пока мы с тобой разговариваем. Мы уже беседовали с управляющим ее дома и проследим за тем, чтобы она благополучно туда добралась.

У Мауры зазвонил мобильный. Она бросила взгляд на определившийся номер.

— Извини, — проговорила доктор Айлз и отвернулась, чтобы принять звонок.

Джейн заметила, как воровато Маура склонила голову, как ссутулила плечи — будто не хотела, чтобы ее видели во время разговора.

— А как насчет субботнего вечера, ты сможешь? Мы так давно…

Именно этот шепот и выдавал Мауру. Она разговаривала с Даниэлом Брофи, но Джейн не слышала радости в приглушенной беседе, только разочарование.

«А что еще, кроме разочарования, можно ожидать, влюбившись в недоступного мужчину?» — удивилась про себя Риццоли.

Маура закончила разговор тихим обещанием:

— Я тебе перезвоню.

Доктор Айлз снова обернулась к Джейн, но в глаза ей уже не смотрела. Вместо этого она сосредоточила внимание на «Хонде». Разговаривать о мертвецах куда проще. В отличие от возлюбленного труп не может причинить страдания, разочаровать, из-за него не станешь проводить вечера в одиночестве.

— Полагаю, багажник будут обследовать криминалисты? — осведомилась Маура, на этот раз совершенно деловым тоном, возвращаясь к роли хладнокровного медицинского эксперта.

— Мы конфискуем этот автомобиль. Когда ты проведешь вскрытие?

— Для начала мне понадобятся предварительные исследования. Рентгеновские снимки, образцы тканей. Прежде чем резать ее, мне необходимо точно выяснить, как ее законсервировали.

— Значит, сегодня вскрытия не будет?

— Оно состоится не раньше будущей недели. Внешне тело выглядит так, будто эта женщина умерла уже давно. Так что еще несколько дней не изменят результатов посмертного исследования. — Маура бросила взгляд в сторону Джозефины. — А что насчет доктора Пульчилло?

— Мы продолжим беседовать с ней. Может, после того как мы доставим ее домой и она переоденется в сухое, она вспомнит что-нибудь еще.

Джозефина Пульчилло больна на всю голову, решила Джейн, стоя вместе с Фростом в квартире молодой женщины и ожидая, пока она выйдет из спальни. Гостиная была обставлена в стиле «голодающая студентка колледжа». Обивку раскладного дивана разодрала когтями какая-то таинственная кошка, а журнальный столик был усеян круглыми следами от кофейных чашек. На книжных полках выстроились учебники и технические журналы, однако Джейн не обнаружила ни фотографий, ни каких-либо сувениров — здесь не было ничего, что могло бы рассказать о личности обитательницы. Заставка на компьютере представляла собой бесконечную череду фотографий с изображениями египетских храмов.

Когда Джозефина в конце концов вышла к ним, ее влажные волосы были затянуты в хвостик. Она надела чистые джинсы и хлопчатобумажный свитер, но даже несмотря на это, казалось, не отогрелась — лицо ее было напряженным, словно каменным. Такие бывают у статуй египетских цариц или каких-нибудь мифических красавиц. Фрост откровенно пялился на нее, словно перед ним стояла богиня. Если бы его жена Элис оказалась здесь, она наверняка как следует врезала бы ему по голени, и поделом.

«Может, мне стоит выступить от ее лица?» — задумалась Джейн.

— Вам уже лучше, доктор Пульчилло? — спросил Фрост. — Хотите еще повременить, или мы можем начать разговор?

— Я готова.

— Может, выпьете чашечку кофе, перед тем как мы начнем?

— Сейчас я приготовлю его для вас. — Джозефина повернулась, собираясь направиться на кухню.

— Нет. Я думал, что это вы хотите выпить кофе. Может быть, вам еще что-нибудь нужно?

— Фрост, — осадила его Джейн, — она только что сказала, что готова поговорить. Почему бы нам не сесть и не начать беседу?

— Я просто хочу, чтобы ей было удобно, вот и все.

Фрост и Джейн устроились на видавшем виды диване. Риццоли почувствовала, как сквозь подушку в ее тело врезается сломанная пружина. Она сдвинулась с нее, оказавшись довольно далеко от Фроста. Напарники сидели в разных концах дивана, словно отдалившиеся друг от друга супруги на приеме у семейного психолога.

Джозефина опустилась в кресло с выражением лица, распознать которое было не проще, чем определить цвет оникса. Ей было всего двадцать шесть, но она невероятно хорошо владела собой — эмоции, которые, возможно, обуревали Джозефину, были надежно заперты внутри. Что-то здесь не так, решила Джейн. Неужели это чувствует только она одна? Фрост, казалось, окончательно утерял свою объективность и беспристрастность.

— Давайте еще раз поговорим о ключах, доктор Пульчилло, — начала Джейн. — Вы сказали, что не видели их больше недели?

— Когда я в прошлую среду приехала домой, мне не удалось найти ключи в своей сумочке. Я решила, что сунула их куда-то на работе, но и там не смогла их найти. Можете спросить об этом у господина Гудвина. Он взял с меня сорок пять долларов за смену ключа от почтового ящика.

— И вы больше не видели утерянную связку ключей?

Джозефина опустила взгляд на свои колени. За этим последовали всего несколько секунд тишины, но этого было достаточно, чтобы привлечь внимание Джейн. Почему простой вопрос заставил ее так задуматься?

— Нет, — отозвалась Джозефина. — Я больше ни разу не видела эти ключи.

— А на работе вы где держите свою сумочку? — поинтересовался Фрост.

— В столе. — Джозефина заметно расслабилась, словно на этот вопрос ей было проще всего ответить.

— Ваш кабинет запирается на ключ? — Фрост подался вперед, словно боялся упустить хотя бы одно слово, сказанное Джозефиной.

— Нет, я постоянно хожу туда-сюда и поэтому не запираю кабинет на ключ.

— Я полагаю, в музее ведется видеонаблюдение? Можно ли увидеть на записях того, кто входил в ваш кабинет?