История германского фашизма - Гейден Конрад - Страница 123

Правда, справедливость и свобода в настоящее время не в почете в Германии. И в других странах их ждут, быть может, тяжелые испытания. Тяжелым испытаниям подвергается в наши дни также подлинность политических убеждений. В качестве личного признания я должен здесь сказать, что это, несомненно, к лучшему. Ужасы этого времени велики, но велики также и его возможности. Снова мы очутились перед положением, когда мы можем потерять только цепи, а завоевать можем весь мир.

Здесь мы касаемся вопроса, о котором необходимо говорить всегда и при всякой возможности. Есть люди, пострадавшие от национал-социализма, которые в настоящее время относятся враждебно к своему народу. Здесь совершается коренная ошибка. Именно потому, что мы неизменно любим Германию, мы боремся за нее; если мы не будем бороться за нее, мы не будем испытывать чувства подлинной любви к ней.

Другие, напротив, ненавидят сегодняшних властителей Германии, но не хотят бороться против них, ибо они полагают, что эта борьба в конечном счете направлена против Германии. Они исходят примерно из того, что свержение нынешнего режима приведет к хаосу и будет концом Германии. Однако по причинам, которые мы уже отчасти изложили, никакие сделки со своей совестью и никакие акты отчаяния не в состоянии помешать падению этих властителей. Когда же наступит день этого падения, налицо должны иметься люди, которые готовились к нему, которые ждали его прихода и не оказались захваченными врасплох. Должно существовать движение, которое в состоянии будет вступить в ужасную брешь, которую оставят после себя низвергнутые. Тогда, но лишь тогда, день этого падения не будет днем хаоса и днем гибели Германии.

Фашизм может выбирать только между нищетой и войной. И то и другое приведет к его уничтожению. Мы хотим надеяться, что гибель эта произойдет на первом пути, но мы должны быть готовы и ко второму исходу. Каждый, кто любит свободу, должен внести свою лепту, чтобы конец фашизма явился не концом, а началом Европы. Эта Европа, когда пробьет ее час в истории, должна уже существовать в наших сердцах и головах. До тех же пор мы должны вести себя так, чтобы грядущее поколение могло сказать о нас: «Их жизнь была прекрасна, им дано было сражаться за свободу, которой мы пользуемся».