Ученица Гильдии - Канаван Труди - Страница 98

Дэннил покачал головой:

— Я не подумал об этом, но, поверьте, я не собирался ехать туда, не наведя предварительно справок и не приняв мер предосторожности.

Аккарин задумчиво посмотрел на Дэннила.

— Тогда почему вы отправились в Ардже?

— Дем Ладейри настойчиво рекомендовал мне посетить развалины.

Аккарин нахмурился.

— Вот как? — Он замолчал, углубившись в чтение. Через несколько минут он издал негромкий звук удивления и, вскинув голову, изумленно уставился на Дэннила:

— Вы выжили?

Догадавшись, что имеет в виду Аккарин, Дэннил кивнул:

— Да, хотя это полностью истощило мои силы.

Аккарин продолжил чтение. Дэннил задумался, видел ли он раньше, чтобы Аккарин чему-либо удивлялся. Он пришел к выводу, что не видел, и почувствовал странную гордость, что он, Дэннил, смог поразить Высокого Лорда.

— Значит, вам удалось вырваться, — задумчиво сказал Аккарин. — Очень любопытно. Возможно, пещера теряет силу. Да, конечно, она должна постепенно терять ее.

— Могу я задать вопрос? — осмелился Дэннил.

Аккарин поднял бровь:

— Задать можете.

— Если вы знали о Пещере Высшего Возмездия, почему вы никому не сказали?

— Я говорил. — Уголки губ Аккарина дрогнули. — Но поскольку невозможно исследовать эту пещеру, не приведя ее в действие, — и по некоторым другим причинам, политического свойства, — было решено держать ее существование в тайне. Только Верховные Маги знают о ней. Это означает, кстати, что я должен приказать и вам держать ваше открытие в тайне.

Дэннил кивнул:

— Я понимаю.

— Очень досадно, что оставленное мною предупреждение осыпалось. — Аккарин прищурил глаза. — Скажите, это не выглядело так, словно надпись сбили намеренно?

Дэннил удивился. Он старательно вызвал в памяти стену и то, что осталось от подписи Аккарина.

— Не могу сказать точно.

— Это нужно выяснить. Эта пещера — настоящая западня.

— Я вернусь туда, если хотите.

Аккарин вновь задумчиво посмотрел на него, затем кивнул:

— Хорошо. Пожалуй, будет лучше не втягивать в эту историю новых людей. Ваш помощник знает, не так ли?

Не удержавшись, Дэннил снова подумал, много ли узнал Аккарин из их обмена сообщениями.

— Да, но я думаю, что Тайенду можно доверять.

Аккарин бросил на Дэннила быстрый взгляд и собирался что-то сказать, но в это время в дверь постучали. Он шевельнул рукой, и дверь открылась. Вошедший слуга поклонился:

— Лорд Йикмо здесь, господин мой.

Аккарин кивнул. Дверь за слугой закрылась. Аккарин посмотрел на Дэннила.

— Можете возвращаться в Элан через неделю. — Он закрыл сумку. — Я еще почитаю ваши материалы и, возможно, захочу обсудить их с вами. Но сейчас, — он поднялся, — я должен присутствовать на поединке.

Дэннил изумленно моргнул:

— На поединке?

Аккарин, казалось, улыбается про себя.

— Моя неразумная избранница вызвала на дуэль своего одноклассника.

Сонеа вызвала Реджина на дуэль!! Возможные последствия вихрем пронеслись в голове Дэннила. Он усмехнулся:

— Я ни за что не пропущу такого зрелища.

Аккарин вышел из библиотеки, Дэннил последовал за ним. Им владели удивление и облегчение. Аккарин не задал ему никаких неприятных вопросов. Казалось, он был доволен успехами Дэннила. Тайенд — и Лорлен — не навлекли на себя гнев Высокого Лорда. «Надеюсь, Ротан тоже», — подумал он. Похоже, про внезапный интерес Ротана к древней магии Аккарин просто не знал.

И ни слова не было сказано про Тайенда.

Теперь оставалось поговорить с Ротаном. Его наставник удивится, увидев его. Дэннил не предупредил Ротана о приезде, так как ни одно письмо не обогнало бы его самого, а связываться с ним мысленно Дэннил не хотел. Ротан всегда умел видеть за сообщениями Дэннила гораздо больше остальных. Дэннил не знал, как Ротан воспримет новость, что его бывший подопечный все-таки оказался виновен в том, в чем обвинял его Фергун. Он не хотел терять своего единственного друга в Гильдии.

Он решил, однако, что не будет отрицать слухов, касающихся Тайенда. Ротан сразу поймет, что он говорит неправду. Он только успокоит Ротана, что его репутация не пострадает от такой дружбы. Эланцы — терпимый народ и ждут того же от гостей своей страны.

Через какой-то месяц он вернется в Элан с разрешением Высокого Лорда исследовать развалины Ардже в свободное от посольских обязанностей время. Он снова будет с Тайендом.

Можно сказать, что его положение даже улучшилось.

Сонеа завязала кушак и расправила одежду. Ткань казалась ей легкой и ненадежной. Мне бы хотелось надеть броню, а не эти тряпки.

Ей очень не хватало кого-нибудь, кто помог бы ей переодеться и хлопотал бы вокруг нее. Йикмо, разумеется, не мог присутствовать при ее переодевании, и Аккарин тоже, за что она была глубоко благодарна судьбе. Нет, она скучала по Таниа. Старая служанка заставила бы Сонеа пообещать вернуться с Арены победительницей и тут же заверила бы, что поражение ни капли не поколеблет веру в нее тех, кто ее любит.

Сонеа глубоко вздохнула и, поняв, что кушак давит слишком сильно, немного ослабила его. Сегодня ей понадобится свобода движений. Она взглянула на поднос с булочками и сладостями, который немногим раньше принесла Виола. Ее желудок сжался. Она отвернулась и принялась ходить по комнате.

У нее было одно-два преимущества. В то время как «шпионы» Йикмо сообщали ей обо всем, что происходило на Арене в последнюю неделю, ее собственные тренировки были скрыты от посторонних глаз в тесном пространстве Купола. Йикмо подробно объяснил Сонеа, как справиться с тем, чему Гаррел и Балкан учили Реджина. Он показал ей все тактические приемы, которые более слабый маг может использовать против более сильного.

Сонеа редко видела своего опекуна, но его присутствие ощущалось повсюду. Ворчание учителей по поводу того, что младшие ученики собираются драться на дуэли, прекратилось в течение дня. Балкан не запретил Сонеа и Йикмо заниматься в Куполе, хотя ему это явно не нравилось. А когда Сонеа первый раз вошла в Купол, Йикмо сказал ей, что Аккарин укрепил магический барьер этого старого зала, чтобы она случайно не повредила его.

Только накануне ей пришло в голову, что сила Аккарина могла быть получена при помощи черной магии. Ее совесть беспокойно зашевелилась при мысли о том, что магия, вовлеченная в ее мелкую разборку с одноклассником, могла быть связана с чьей-то смертью.

Но она не могла отказаться от помощи Аккарина, не вызывая подозрений. Даже если бы она притворилась, что из гордости не желает никакой помощи, ей все равно был нужен протектор на время дуэли. Аккарин закроет ее внутренним щитом, который защитит ее, если она не удержит собственный щит. От этой мысли Сонеа стало совсем нехорошо. Если бы не Ротан и Лорлен, она бы даже подумала, что Аккарин может использовать поединок, чтобы избавиться от нее.

Раздался стук в дверь. Сонеа резко повернулась. Сердце забилось как сумасшедшее. «Наконец-то», — подумала она. Облегчение быстро сменилось приступом ужаса. Глубоко вздохнув, она открыла дверь.

Она чуть не задрожала, увидев Аккарина, но, заметив мага за его спиной, так удивилась, что страх исчез. Сонеа узнала Дэннила.

— Высокий Лорд, — сказала она, поклонившись, — посол Дэннил.

— Лорд Йикмо здесь, — сказал Аккарин.

Еще раз глубоко вздохнув, Сонеа заторопилась вниз по ступенькам. Лорд Йикмо расхаживал взад-вперед по гостиной. Когда она вошла, он резко вскинул голову.

— Сонеа! Ты готова. Отлично. Как боевой дух?

— Прекрасно! Разве может быть иначе после всего, чему вы меня научили?

Йикмо криво улыбнулся.

— Твое доверие ко мне… — он остановился. В комнату вошли Аккарин и Дэннил. — Добрый день, Высокий Лорд, посол Дэннил.

— Я сказал Сонеа, что вы ее ждете, — объявил Аккарин.

— Благодарю вас, — отозвался Йикмо. Он взглянул на Сонеа. — Ну что же, не будем заставлять Реджина ждать.

Дверь распахнулась, и Аккарин широким жестом пригласил Сонеа пройти вперед. Чувствуя на себе взгляды троих магов, Сонеа вышла на залитое солнцем крыльцо.