Тайная война против Советской России - Сейерс Майкл - Страница 30

— Кем он только не был, — ответил англичанин. — Ведь я же вам говорю, миссис Чемберс, что мистер С. — загадочная личность, самая загадочная личность в Европе. Кстати, могу добавить, что его голова оценена дороже, чем голова кого-либо из смертных. Большевики отдали бы целую область, чтобы заполучить его живым или мертвым… Он живет среди постоянных опасностей. Он не раз служил нам глазами и ушами в России и, между нами говоря, только благодаря ему большевизм не стал большей угрозой для западной цивилизации, чем теперь.

Миссис Чемберс жаждала узнать побольше о загадочном мистере С. Собеседник ее улыбнулся: «Я его видел сегодня, он живет здесь, в отеле „Адлон“»…

В тот же вечер миссис Чемберс впервые удалось взглянуть на мистера С. Это был, как писала она впоследствии, «вылощенный и элегантный мужчина, худощавый и смуглый, с несколько желчным выражением лица, какое может быть у человека, который не раз бросал вызов смерти». Миссис Чемберс влюбилась в него с первого взгляда.

Их познакомили. В этот вечер мистер С. разговаривал с миссис Чемберс «о положении в Европе, о России, о ЧК», а главное — о «большевистской опасности»… Он сообщил миссис Чемберс свое настоящее имя: капитан Сидней Джордж Рейли…

После провала своего заговора против советской власти в 1918 г. Сидней Рейли был снова послан в Россию британским военным министром Уинстоном Черчиллем, чтобы помочь генералу Деникину в организации шпионажа. Кроме того, Рейли служил связующим звеном между Деникиным и его многочисленными европейскими союзниками в борьбе против Советов. В течение 1919—1920 гг. английский шпион деятельно трудился в Париже, Варшаве и Праге над организацией антисоветских армий и шпионско-диверсантских агентств.

Далее он работал в качестве полуофициального агента на некоторых белоэмигрантов-миллионеров, в частности на своего старого приятеля и хозяина графа Шуберского. Одним из самых дерзких проектов, который Рейли помог осуществить за этот период, был Торгпром — объединение белоэмигрантских промышленников с их англо-французскими и немецкими коллегами.

В результате своих финансовых операций Рейли скопил довольно значительное состояние и был членом правления ряда фирм, связанных с крупными русскими коммерческими предприятиями.

Он завел важные международные связи и насчитывал среди своих друзей таких лиц, как Уинстон Черчилль, генерал Макс Гофман и начальник финского главного штаба Валлениус.

Фанатическая ненависть английского шпиона к Советской России не убывала. Уничтожение большевизма стало главным смыслом его жизни. Увлечение Наполеоном, незадачливым псевдозавоевателем России, сделало его рьяным коллекционером предметов, относящихся к Наполеону. Стоимость его коллекции достигала десятков тысяч долларов. Личность Наполеона гипнотизировала его.

«Корсиканский лейтенант артиллерии загасил пламя французской революции, — говорил Сидней Рейли. — Почему бы агенту английской разведки, при стольких благоприятных данных, не стать хозяином Москвы?».

18 мая 1923 г. миссис Чемберс сочеталась браком с капитаном Сиднеем Рейли в регистратуре на Генриетта-стрит, в Лондоне. Свидетелем был капитан Хилл, старый соратник Рейли московских времен.

Миссис Чемберс вскоре вошла в курс невероятных похождений своего супруга. Впоследствии она писала:

Постепенно я была посвящена в те фантастические дела, которые творятся за кулисами европейской политики. Я угнала, что в каждой европейской столице под наружным спокойствием скрывается лихорадочная подрывная деятельность эмигрантов против теперешних властителей их родной страны. В Берлине, в Париже, в Праге и даже в Лондоне группки эмигрантов собирались, строили планы, замышляли заговоры. Гельсингфорс (Хельсинки) кишмя кишел контрреволюционерами, финансируемыми и поощряемыми целым рядом европейских государств. Сидней крайне интересовался этим делом и тратил па него много времени и денег.

Однажды в лондонскую квартиру Сиднея Рейли явился таинственный посетитель. Сперва он представился как «мистер Уорнер». У него была большая черная борода, закрывавшая почти все лицо, выдающиеся скулы и холодные серо-голубые глаза. Это был рослый мужчина с длинными, болтавшимися чуть не до колен руками. Он предъявил свои документы. Они состояли из британского паспорта, удостоверения, подписанного главой партии эсеров Борисом Савинковым, и рекомендательного письма от одного видного английского государственного деятеля.

— Я пробуду в Лондоне около недели, — заявил Рейли его гость. — Мне нужно договориться с вашим министерством иностранных дел.

После этого «мистер Уорнер» открыл свое инкогнито. Его настоящая фамилия была Дребков, он подвизался в качестве руководителя одной из пятерок в антисоветской организации Рейли в России в 1918 г. А теперь он возглавлял белогвардейскую подпольную организацию в Москве.

— У вас был хорошо организованный аппарат в России, капитан Рейли, — заявил Дребков. — Мы восстановили прежние связи и наладили работу. Все ваши бывшие агенты там. Помните Палкина? Он работает у нас… Рано или поздно мы одолеем краснокожих — и наступит хорошая жизнь. Но вы ведь знаете наш русский нрав. Мы строим, и строим, и строим планы, готовим один замечательный заговор за другим, а потом ссоримся между собой из-за пустяков, упускаем один счастливый случай за другим, и ничего не получается. — Затем Дребков перешел к цели своего визита. — Нам нужен для России настоящий человек, капитан Рейли, человек, который умеет приказывать и добиваться своего, чьи приказания — закон, человек, который будет руководителем, диктатором, если хотите, вроде Муссолини в Италии, человек, который решительно положит конец распрям между тамошними нашими друзьями и выкует из нас оружие такой силы, чтобы поразить им теперешних властителей России прямо в сердце.

— Что вы скажете о Савинкове? — спросил Сидней Рейли. — Он сидит в Париже. Это самый подходящий для вас человек, по-настоящему большой человек, большая личность, прирожденный руководитель и организатор.

Миссис Рейли, излагая весь разговор в своих воспоминаниях, добавляет:

2. «Дело, как всякое другое!»

Борис Савинков, которого неофициальные круги, делающие политику на Даунинг-стрит и Кэ д'Орсэ, серьезно рассматривали в 1924 г. как будущего диктатора России, был во многих отношениях одним из самых выдающихся людей, вынырнувших из хаоса крушения старой России. Худощавый, бледный, лысоватый человек с вкрадчивыми манерами, безукоризненно одетый, в неизменном сюртуке и лакированных ботинках, он скорее напоминал «директора банка», как однажды выразился Сомерсет Могэм, чем знаменитого террориста и матерого контрреволюционера. Способности его были многообразны. Уинстон Черчилль, которому Савинкова представил Сидней Рейли, впоследствии описал русского террориста в своей книге «Великие современники» как человека, сочетающего в себе «мудрость государственного деятеля, качества полководца, отвагу героя и стойкость мученика». «Вся жизнь Савинкова, — добавляет Черчилль, — прошла в заговорах».

Еще юношей Савинков был одним из влиятельных членов партии эсеров в царской России. Вместе с четырьмя другими членами он возглавлял боевую организацию партии, особый террористический комитет, ведавший подготовкой убийств царских сановников. Так, великий князь Сергей, дядя царя, и Плеве, министр внутренних дел, были убиты боевой организацией в начале двадцатого столетия.[33]

После того как первая попытка свержения царского режима в 1905 г. потерпела неудачу, Борис Савинков в значительной мере охладел к революционной деятельности и занялся литературой. Он написал сенсационный автобиографический роман «Конь бледный», где описал свою роль в убийстве Плеве и великого князя Сергея. Он рассказал, как он сидел переодетый английским агентом в маленьком домике на одной из боковых улиц русского города с подложным английским паспортом в кармане и «тремя килограммами динамита под столом», день за днем ожидая, когда карета великого князя проедет по этой улице.