Познание тайн - Вэнь-цзин Янь - Страница 46

174

Лао-цзы говорил: «Мудрые цари древних времен брали образы с небес наверху, брали измерения с земли внизу и брали законы из человечества посередине. Приводя в гармонию энергии Инь и Ян, чтобы настроить их в соответствии с устройством четырех времен года, они наблюдали расположение страны, ее влажность, плодородность и рельеф, чтобы затеять дела, которые произведут материальные блага, избавят от проблем голода и холода и позволят избежать болезней.

Руководствуясь уравновешенным общественным поведением, они формировали ритуалы и музыку и практиковали пути гуманности и справедливости, чтобы привнести порядок в общественные нормы. Приводя в порядок различные характеры, они установили важнейшие отношения между родителями и детьми, чтобы создать семьи. Прислушиваясь к ясности и неясности звуков и математике музыкальных гамм, они установили обязанности правителя и министров, чтобы создать нацию. Наблюдая за порядком ранних, средних и поздних стадий четырех времен года, они определили границы между старостью и юностью, чтобы создать учреждения. Разделяя землю на территории, они определили государства, чтобы управлять ей. Организовав основные центры обучения, они обучали всему этому. Это основные принципы управления. Когда они достигли Дао, их стали поддерживать; когда они утратили Дао, от них отказались.

Не существует ничего такого, что бы только напрягалось и никогда не расслаблялось, или что бы только бурно процветало и никогда не увядало. Только мудрецы могут процветать без увядания.

Когда мудрецы впервые создали музыку, это было сделано, чтобы возродить дух, прекратить распущенность и вернуться к небесному разуму. Когда музыка пришла в упадок, она стала без раздумий следовать различным течениям, распущенным и страстным, не заботясь о правильности пути. Эти течения повлияли на последующие поколения, приведя даже к разрушению стран.

Когда была изобретена письменность, она применялась, чтобы управляться с делами; глупцы могли пользоваться ей, чтобы не забывать вещи, а мудрецы пользовались ей, чтобы записывать события. Когда она стала приходить в упадок, она сделалась вероломной ложью, которая могла освободить виновного и убить невиновного.

Когда были придуманы парки, они были нужны для мавзолеев и гробниц; некоторые воины и лакеи были выбраны в качестве смотрителей и проводников. Когда парки стали приходить в упадок, они начали отнимать у людей время благодаря охоте, истощая их энергию.

Когда правители мудры, они руководят и судят справедливо; мудрые и хорошие люди занимают места в учреждениях, искусные и способные люди работают. Богатство распространялось вниз, и все люди сознавали благодеяния правителей. Когда они утратили мудрость, клики и группировки стали продвигать своих близких друзей, пренебрегая общественными интересами ради личных. Свои и чужие свергали друг друга, властные должности были заняты хитрыми и вероломными, в то время как добрые и мудрые держались в тени.

Когда это дошло до крайности, Дао вселенной повернуло обратно; возрастание приводило к убыванию. Поэтому мудрецы изменили устройство, чтобы вернуть процветание; когда с чем-то было покончено, тогда они делали еще больше. Они были умелыми, когда пребывали в гармонии, и ошибались, когда действовали деспотично.

Согласно Дао мудрецов, невозможно быть устойчивым, не культивируя вежливость, справедливость и совесть. Если люди не имеют совести, ими нельзя управлять; если они не знакомы с вежливостью и справедливостью, законы не могут их исправить. Можно казнить тех, кто плохо относится к родителям, но нельзя сделать людей сыновьями или дочерьми. Можно наказать воров, но нельзя заставить людей быть честными.

Когда руководили мудрые цари, они показывали людям, что хорошо, а что плохо, и вели их с помощью порицания и похвалы. Они покровительствовали достойным и продвигали их, в то же время принижая и отдаляя тех, кто не был достойным. Поэтому наказания откладывались и не использовались; практиковались вежливость и справедливость, а ответственность возлагали на мудрых и добродетельных.

Тех, чьи знания превосходили знания десяти тысяч других, называли знаменитыми; тех, кто превосходил тысячу других, называли выдающимися. Тех, кто превосходил сотню других, называли превосходными; тех, кто превосходил десять других, называли незаурядными.

Те, кто понимал Дао неба и земли и постигал образцы человеческих чувств, были достаточно великодушными, чтобы благосклонно относиться к народным массам, достаточно благожелательными, чтобы заботиться о дальних, и достаточно разумными, чтобы знать, как использовать стратегию; это были знаменитые люди.

Те, чьей добродетели хватало, чтобы просвещать и руководить, чьего управления хватало, чтобы зависеть от справедливости, чьей надежной честности хватало, чтобы покорять народные массы, и чьей просветленности хватало, чтобы знать о тех, кто внизу, были выдающимися людьми.

Те, чье поведение могло быть взято за образец, чьих знаний было достаточно, чтобы устранять сомнения, чьей верности своему слову было достаточно, чтобы выполнять обещания, чьей честности хватало, чтобы делить материальные блага, чьи способы ведения дел могли служить примерами и чьи слова могли восприниматься в качестве руководства, были превосходными людьми.

Те, кто выполнял свою работу и не бросал ее, кто не шел на компромисс в вопросах справедливости, кто не пытался сбежать перед лицом трудностей и не пытался воспользоваться выгодой, когда видел ее, были незаурядными людьми.

Когда знаменитые, выдающиеся, превосходные и незаурядные люди управляли своими должностями в соответствии со своими более или менее выдающимися способностями, растекаясь от корней до ветвей и регулируя легкое тяжелым, тогда верхи начинали действовать, низы приходили в гармонию, все живущие в пределах четырех морей думали одинаково и имели одну и ту же цель, отвращались от жадности и низменности и обращались к гуманности и справедливости. Влияние этого на людей было подобно ветру, клонящему к земле траву. Так, если недостойные господствуют над достойными. то даже жесткие наказания не смогут предотвратить их вероломства. Малое не может регулировать большое, слабое не может использовать сильное. Такова природа вселенной. Поэтому мудрецы продвигают умных, чтобы доводить дела до конца, в то время как недостойные правители продвигают своих собственных союзников: наблюдайте за тем, кого они продвигают, и вам станет ясно порядок наступит или беспорядок; изучите их союзников, и вы сможете сказать, кто умен, а кто недостоин.»

175

Лао-цзы говорил: «Те, кто намеренно придерживается правил этикета, делают изысканной человеческую природу и исправляют собственные чувства: их глаза могут желать чего-нибудь, но они ограничены нормами; их сердца могут любить что-нибудь, но они регулируются этикетом. Их поведение ограничено и отрегулировано, скромно и услужливо; они не едят жирного мяса и не пьют неразбавленного вина. Снаружи ограничивая свой внешний вид, а внутри беспокоясь о своих добродетелях, они становятся требовательнее к гармонии Инь и Ян и усиливают свое чувство жизни. Поэтому они всю свою жизнь печальны.

Почему? Потому что они запрещают себе то, чего желают, не вырывая при этом корней своих желаний. Они препятствуют тому, чем наслаждаются, не выясняя причин своего наслаждения. Это подобно тому, как если загнать в загон диких животных, но не запереть ограды; попытка помешать себе быть честолюбивым подобна попытке остановить стремительный поток реки руками. Поэтому сказано, что когда вы открыли глаза и управились со своими делами, это не значит, что вы теперь в безопасности всю свою жизнь.

Этикет подавляет чувства и препятствует желаниям; сдерживая себя по обязанности, даже если эмоции и сердце задыхаются и изнемогают, а тело и природа неистово желают и жаждут, человек, тем не менее, принуждает себя мыслью о необходимости, но не может жить полноценной естественной жизнью.