Операция “Антиирод” - Каминская Полина - Страница 66

Больших универсальных магазинов рядом не оказалось, поэтому Саше пришлось выкурить аж четыре сигареты, пока Света прочесывала четыре маленьких. После очередного заныривания в магазин число пакетов и свертков угрожающе увеличивалось. Наконец, Света вышла из последнего, села на подвернувшуюся скамейку и весело произнесла:

– Все, Саш, деньги кончились. Бутылка – с тебя, и идем праздновать новоселье!

Глава седьмая

СВЕТА

Вот так и началась моя новая жизнь. Не знаю, как там себя ощущала Золушка после того, как пробили часы, но мне, точно, хуже. Во-первых, я и на балу пробыла подольше, успела втянуться.

А, во-вторых, – главная и самая большая разница! – Золушке хочется, чтоб ее нашли. А мне – нет. Вижу, вижу, как Сашка, бедный, чуть ли не на цыпочках ходит – все боится, что счастье его кончится. Он-то думает, что я таким образом своего мужика воспитываю: вот, дескать, помучается, помучается, да и на коленках приползет. Не-ет, братцы. Хоть на коленках, хоть на пузе ползи – без толку. К тому же и не приползет он вовсе. У нас, видите ли, его сиятельство из той породы упертых-твердолобых, которым легче помереть с тоски, но никогда не попросить прощения. Господи, да что я за глупости говорю? Какое прощение? У кого? За что? И вообще мы давно договорились сами с собой, что больше НИКАКИХ разговоров и раздумий на темы Виталия Николаевича Антонова не ведем. Все. Закрыто. Опечатано. Перед прочтением сжечь.

Светочка стояла у плиты и помешивала суп. Судя по всему, должно получиться неплохо. В последнее время она получала огромное удовольствие от домашних дел. Самостоятельно готовила, мыла посуду, стирала кое-какие мелочи, вытирала пыль. Если Саша не стоял свою вахту или не носился где-то по делам, они, словно очень пожилая парочка, уютно сидели перед телевизором, пили чай или разговаривали на столь любимую Сашей тему – спасение человечества. Иногда Саша читал газету, а Светочка вязала. Она специально попросила Сашу привезти бабушкину шкатулочку. Никакой конкретной задумки у Светочки не было, и скорее всего это мелькание крючка было всего лишь разновидностью аутотренинга. Потому что связанные неясной формы разноцветные куски тут же распускались, и все начиналось по новой.

Оба они вели себя, словно каждому в отдельности некая могущественная волшебница по секрету наобещала кучу подарков и чудес – в очень скором времени. А пока – взяла строгую клятву молчать и вести себя как ни в чем не бывало.

Само собой получилось так, что в большой хрустальной пепельнице (которую не использовали по назначению из боязни разбить) всегда лежала некая сумма денег – на хозяйство. При этом в Светочкины обязанности не входило покупать картошку или хлеб. Она отвечала за сложные покупки – двести граммов сервелата, например, или йогурт “Datum”.

При этом каждый вечер рядом с диваном расставлялась Сашина раскладушка. А из комнаты в общежитии исчез телевизор.

Вот такая идиллия.

Развязка наступила очень скоро. Позже, вспоминая это безоблачное время, Светочка с удивлением посчитала, что прожила на улице Беринга всего пять дней!

А началось все с того, что мы собирались ехать к Дрягину.

То есть нет, началось все вечером накануне. Саша вернулся из общаги в хорошем настроении, но немного позже назначенного срока.

– Задержался, – махнул он рукой, – мужики сказали, парень меня какой-то искал. Я подумал, насчет работы. Посидел, подождал немного, а он и не пришел.

Я не обратила никакого внимания на эту историю.

Весь следующий день у Саши был свободен. С утра было дурашливое настроение. Мы поминутно хихикали, вспоминая одноклассников и учителей. Потом, как обычно, принялись обсуждать проблему Нового Ирода. Так мы ее окрестили, с моей легкой руки. Сашке все неймется – найти этого проклятого ребенка. При этом каждый раз он дежурно уже спотыкается о мой вопрос: что он с этим ребенком собирается делать? И вообще чем дальше, тем больше у меня складывается впечатление, что все эти разговоры о спасении человечества стали для нас уже чем-то вроде обязательной декорации. Так сказать, фоном нашей странной новой жизни.

В этот день Сашка был настроен решительно. Для начала он таки вытянул из меня обещание поговорить с доктором Игорем. На нейтральной почве, так сказать. Ввиду того, что вход в “Фуксию” для меня теперь закрыт. О черт, при одной только мысли об этом меня начинает колотить от злости! Все, все, успокойся. Возьми сигерету, пойди посмотри в окошко. Вид кладбища очень успокаивает. Вот. Постой так и посмотри на природу. Вон птичка на кресте сидит, чирикает. Солнышко светит.

– Хорошо, Саш, я поговорю с Поплавским, – сказала Светочка, глядя в окно. – Только ты поконкретней сформулируй, чего у него спрашивать. А то я начну объяснять, сама запутаюсь и его перепугаю.

– Как – что? Ну-у, спроси у него... – Саша задумался. – Спроси у него хотя бы список клиентов. Ну и... Хоть минимальную информацию о них.

Светочка покачала головой:

– Сомневаюсь, чтобы Игорь...

– Ну, почему сомневаешься? Что ты их – убивать собралась? Или шантажировать? Тебе просто нужно узнать – у кого из них рождались дети ПОСЛЕ посещения Поплавского.

– Не нравится мне эта затея... – Светочка поежилась.

– Ты можешь сделать полезное дело? Для меня лично? – Сашка решил поставить вопрос ребром.

– Могу, – ответила Светочка на это “ребро”.

– Тогда звони.

Доктор Игорь, по-моему, жутко перепугался, когда услышал мой голос. Как будто я звонила с того света.

– Поговорить? Д-да, пожалуйста, только не здесь... – Господи, он отвечал так, словно перед ним стоял Виталий с пистолетом. Вероятность, кстати, не нулевая. – Позвоните мне в конце дня, часов в... шесть. – Теперь я почти увидела, как Виталий показал “шесть” на пальцах. Чего-то у меня фантазия разыгралась.

– Хорошо, Игорь, я перезвоню.

– Ну? – Сашка подпрыгивал от нетерпения.

– Договорились созвониться вечером. В принципе, как я понимаю, он не против.

– Отлично! – Чего он радуется? – А теперь...

– Теперь нужно свернуть и убрать, к дьяволу, этот хозяйский ковер! Мы на него постоянно что-то роняем и выливаем, мне кажется, хозяйка нас за него сожрет. – Да, судя по ее внешнему виду, тетка – профессиональная стерва на пенсии. Так сказать, играющий тренер. Ка-ак она на меня смотрела, когда мы с Сашкой пришли за ключами! А я – тоже, умница, принялась выделываться. Не помню уж, чего я такого ляпнула, кажется, насчет совмещенного санузла неудачно пошутила, так эта тетя Нина меня так своими акульими глазками пробуравила – честное слово, я почувствовала, как ее взгляд вышел у меня из затылка! Сашка потом признался, что вредная тетка, по ходу дела даже накинула полсотни за квартиру. Я так понимаю, это – чисто моя заслуга.

– Свет, я думаю, мне все-таки нужно найти Дрягина. Или Мишку. С ними все будет гораздо легче. – Сашка продолжал развивать тему, сворачивая ковер.

– Ну, так найди. А Дрягин – это тот, который подлиннее?

– Ага. Блондин. А Рэмбо – черненький, поменьше.

– Тоже – мент?

– Ага.

– Сашка, прекрати “агакать”, ты не в деревне.

– Больше не буду, извини.

– И не извиняйся по сто пятьдесят раз на дню!

– Слушаюсь! – Саша сел на пол и, преданно глядя на Светочку, спросил: – Я тебе случайно не Буратино напоминаю?

В два часа дня Саша решился. Он, к сожалению, так и не вспомнил номера отделения, где работал Валерка, но зато прекрасно помнил, где оно находится.

– Я поеду. – Саша встал со стула и затушил сигарету.

– Я с тобой. – Светочка в точности повторила его движение.

– И что мы ему скажем?

– А что ты собирался ему сказать?

– Не знаю, но надеюсь, он меня вспомнит.

– Мне кажется, нас вдвоем он вспомнит еще быстрее.

– Логично, – согласился Саша. – Но одному легче.

И я его отпустила.

Включила телевизор и села в кресло вязать (вот занятие для молодой-красивой! Кому скажешь – не поверят!). Мысли мои так и крутились вокруг доктора Игоря, Дрягина этого, Саши. И примерно через полчаса после Сашиного ухода мне пришла в голову, как тогда показалось, ужасно удачная мысль. Действительно, хватит тут рассиживаться без дела!