Волшебники: антология - Эшли Майк - Страница 115

— Может, и так, мадам, — ответила Френнет. — Вы сумели расправиться с хозяйкой, только сумеете ли еще и с ним? Наверняка ваша душа понравится ему гораздо больше, ведь вы же могущественная колдунья.

Литаиду и саму терзали сомнения. Владелица постоялого двора — лишь малое зло. В свое время Литанде приходилось иметь дело с несколькими крупными порождениями Хаоса, но они редко оказывались настолько колоссальными и страшными, как Идущий Позади. И он уже лишил се заколдованного ножа; удалось ли заклятиям хоть немного его ослабить?

На стене кухни в ряд висели тесаки. Френнет выбрала самый длинный и внушительный и протянула его Литанде, но та качнула головой и провела рукой вдоль ряда, внимательно прислушиваясь к ощущениям. Большинство ножей было выковано исключительно для бытовых целей, и она не думала, что от них будет большой прок в схватке с порожденной Хаосом магией.

Синяя Звезда на лбу защипала, и Литанда замерла, пытаясь определить, о чем она ее предупреждает. Может, причина в незатихающих во дворе неровных шагах Идущего Позади?

Шаг-тихо-шаг.

Шаг-тихо-шаг…

Нет, источник находился ближе. Он лежал… Литанда несколько раз повернула из стороны в сторону голову и наконец обнаружила его. Разделочная доска на столе, где ведьма резала травы — те, что превращали ничего не подозревающих постояльцев в свиней. Литанда медленно подняла с доски нож — обыкновенный кухонный нож с длинным острым лезвием, вымазанным зеленым соком трав. Вытащила из кармана мантии черную рукоять, покрытую искусно вырезанными рунами, оглядела ее со вздохом Литанда всегда гордилась элегантностью своих магических инструментов, а сейчас придется обходиться кухонным волшебством — и бросила на стол.

Френнет отчаянно вцепилась в нее:

— Ой, не ходите туда, мадам! Он все еще там, он вас поджидает!

"Не ходите туда! Ой, не ходите туда!" — махай крыльями у очага, вторила галка.

Литанда мягко разжала руки девушки:

— Оставайся здесь. У тебя нет колдовской защиты, и я не могу дать ее тебе. — С этими словами она плотно натянула на голову капюшон мантии и вышла во мглистую темноту двора.

Идущий был там. Литанда чувствовала, как он бродит кругами и ожидании, ощущала его голод как огромную злобную пасть, ждущую, чтобы ее наполнили. Она знала, что он хочет заполучить ее — тело, душу, магию. Литанда боялась, что если она заговорит, то окажется в его власти. Она крепко сжала в руке нож и пошла, описывая круг посолонь,[47] несмотря на темноту. Если бы удалось задержать Идущего до рассвета, то можно было бы надеяться, что его уничтожат солнечные лучи. Но полночь наступила совсем недавно, и Литанда не собиралась отбиваться от неведомого существа до восхода солнца, даже если окажется, что их силы равны.

Так что надо избавиться от него как можно быстрее. И раз ее кинжал пропал в схватке с Идущим, то оставалось лишь уповать на то, что взятый у его сообщницы нож справится с задачей. Несмотря на просторную теплую мантию, оказавшись одна в темном тумане, Литанда мгновенно окоченела — или же причиной был ужас? Колени задрожали, а по спине поползли капли ледяного пота; плечи напряглись, будто в предчувствии удара сзади.

Френнет, поеживаясь, стояла в освещенном дверном проеме и с улыбкой наблюдала за ней, словно совершенно не сомневалась в исходе поединка.

"Наверное, именно так чувствуют себя мужчины, когда за ними наблюдают их жены", — решила Литанда. Но если она призовет Идущего, а потом не сможет с ним справиться, он ринется на девушку, а может, кто его знает, и на галку. Никто из них не заслужил смерти, а тем более того, чтобы лишиться души. Девушка ни в чем не виновата, а галка всего лишь глупая птица… или безобидная птица. Глупой ее не назовешь, хотя она до сих пор выкрикивала невнятную тарабарщину: "Ой, моя душа, он идет! Он идет! Не ходите туда!"

И он действительно приближался: Синяя Звезда на лбу горела, будто посыпанная углями, голова взрывалась изнутри голубым светом. И почему, во имя всех богов, настоящих и вымышленных, ей взбрело в голову стать волшебницей?.. Надо было задаваться этим вопросом много лет назад, а сейчас уже поздно. Литанда крепче сжала в руке грубую деревянную рукоять кухонного ножа и изо всех сил ткнула им в нависшее над двором пятно тьмы более черной, чем ночь.

Литанда точно не знала, кто издал оглушительный крик, поглотивший весь мир: кричала ли сама она от ужаса, или же вопль исходил из необъятного черного вихря, что кружился вокруг Идущего? Ее подхватил ураганный порыв ветра и бросил во влажную тьму. В голову успела прийти страшная мысль: а что, если оставшиеся на лезвии ножа травы превратят Идущего в огромного борова Хаоса? Что ей тогда с ним делать? Но в руке она держала нож сообщницы Идущего Позади, сообщницы по магии Хаоса. Литанда вонзила его в сердце существа и вцепилась изо всех сил, хотя ветер швырял и крутил ее из стороны в сторону.

Тут раздался шумный вздох, будто размоталась огромная катушка, и Литанда обнаружила, что стоит во дворе, а Френнет крепко ее обнимает. Галка пронзительно выкрикивала: "Он исчез! Он исчез! Хорошая девочка, хорошая девочка!"

Он исчез. Во дворе совсем не осталось магии, лишь туман на влажных камнях. За спиной Френнет на кухне Литанда увидела смутную тень. Она вошла внутрь и обнаружила там приземистого, полного мужчину, завернутого в плащ. Гимлет, собачий мошенник, он собирался уходить.

— Я ищу хозяйку, — свирепо заявил он. — Тут слишком шумно для меня, слишком много суеты. А, вот и девушка. Ты, сварливым тоном обратился он к Френнет, — где твоя хозяйка? И мы договаривались, что ты придешь ко мне в комнату.

— Я теперь сама себе хозяйка, господни, — твердо ответила девушка. — И я больше не продаюсь. А что касается хозяйки таверны, то я не знаю, где она. Можете поспрашивать о ней у небесных врат, ну а если там ее нет, то сами догадаетесь, где искать.

Около минуты тугоумный Гимлет пытался переварить смысл ее слов, но когда понял, бросился к Френнет с кулаками:

— Так, значит, я зря за тебя заплатил!

Литанда пошарила в кармане мантии и протянула ему монету:

— Держи. Не сомневаюсь, что сделка принесет тебе Прибыль, как обычно. А Френнет пойдет со мной.

Гимлет уставился на монету и торопливо сунул ее в карман. По круглым, ошеломленным глазам мошенника Литанда поняла, что он никогда не держал в руках таких больших денег.

— Как скажете, добрый господин. Мне пора идти, дела не ждут. Может, мне удастся хоть завтрак получить?

Литанда указала на висящие на стенах куски мяса:

— Чего-чего, а ветчины здесь в избытке.

Гимлет глянул на стену, громко сглотнул и содрогнулся:

— Нет уж, спасибо.

Ссутулившись, он вышел в темноту, и Литанда повернулась к девушке:

— Нам тоже нора уходить.

— Мне правда можно пойти с вами?

— По крайней мере на первое время, — ответила Литанда. Девушка это заслужила. — Быстро собирайся, можешь взять все, что захочешь.

— Отсюда я ничего не возьму. Но что будет с другими постояльцами?

— После смерти ведьмы они снова превратятся в людей. По крайней мере те из них, кого не подали к столу в виде отбивных. Посмотри. — Литанда повернулась к стене. И действительно, куски ветчины обрели кошмарный вид, не имеющий ничего общего со свининой. — Пошли отсюда.

Вместе они зашагали по дороге навстречу поднимающемуся солнцу, а галка летела позади и выкрикивала: "С добрым утром, дамы! С добрым утром, дамы!"

— Еще до восхода солнца я сверну этой птице шею, — заметила Литанда.

— А как же, — согласилась Френнет. — Или оглушите ее волшебством. Могу я спросить, почему вы путешествуете в мужской одежде, госпожа?

Литанда с улыбкой пожала плечами: — А ты бы не стала?