Жизнеобеспечение экипажей летательных аппаратов после вынужденного приземления или приводнения - Волович Виталий Георгиевич - Страница 38

У человека, впервые попавшего в джунгли и не имеющего истинного представления об их флоре и фауне, об особенностях поведения в этих условиях, еще в большей степени проявляется неуверенность в своих силах, ожидание неосознанной опасности, подавленность и нервозность. Но им нельзя поддаваться, надо совладать со своим состоянием, особенно в первые, наиболее трудные, часы после вынужденного приземления, ибо по мере адаптации к обстановке тропического леса это состояние проходит тем скорее, чем активнее человек будет с ним бороться. Знания о природе джунглей и методах выживания в большой мере будут этому способствовать.

11 октября 1974 г. вертолет перуанских ВВС, вылетевший с базы Интуто, потерпел катастрофу над амазонским тропическим лесом – сельвой. День за днем пробивался экипаж сквозь непроходимые лесные заросли, питаясь плодами и кореньями, утоляя жажду из заболоченных лесных водоемов. Они шли вдоль одного из притоков Амазонки, не теряя надежду добраться до самой реки, где по их расчетам можно было встретить людей и получить помощь. Измученные усталостью и голодом, распухшие от укусов бесчисленных насекомых, они настойчиво пробивались к намеченной цели. И вот на 13-е сутки изнурительного марша сквозь поредевшую чащу мелькнули скромные домики затерянного в джунглях поселка Эль-Милагро. Мужество и настойчивость помогли преодолеть все трудности автономного существования в сельве («Трое в сельве», 1974).

Уже с первых минут автономного существования в джунглях человек попадает в обстановку, вызывающую напряжение всех его физических и душевных сил.

Густая растительность препятствует визуальному поиску, так как дымовые и световые сигналы невозможно обнаружить с воздуха, и мешает распространению радиоволн, затрудняя радиосвязь, поэтому наиболее правильным решением будет выход к ближайшему населенному пункту или реке, если они были замечены по маршруту полета или во время спуска на парашюте.

Вместе с тем переход в джунглях чрезвычайно сложен. Преодоление густых зарослей, многочисленных завалов из поваленных стволов и крупных ветвей деревьев, стелющихся по земле лиан и дисковидных корней требует больших физических усилий и заставляет постоянно отклоняться от прямого маршрута. Положение усугубляют высокая температура и влажность воздуха, и одни и те же физические нагрузки в умеренном и тропическом климате оказываются качественно различными. В экспериментальных условиях уже через полтора-два часа пребывания в термокамере при температуре 30° испытуемые отмечали быстрое снижение работоспособности и наступление утомления при работе на тредбане (Вишневская, 1961). В джунглях, по данным L. Е. Napier (1934), энерготраты на марше при температурах 26,5-40,5° и высокой влажности воздуха возрастают по сравнению с условиями умеренного климата почти в три раза. Повышение энерготрат, а следовательно увеличение теплопродукции, ставит организм, испытывающий и без того значительную тепловую нагрузку, в еще более неблагоприятное положение. Потоотделение резко усиливается, но пот не испаряется (Шёгрен, 1967), стекая по коже, он заливает глаза, пропитывает одежду. Обильное потоотделение не только не приносит облегчения, но еще больше изнуряет человека.

Водопотери на марше возрастают в несколько раз, достигая 0,5-1,0 л/час (Молнар, 1952).

Пробиться через сплошные заросли практически невозможно без ножа-мачете, непременного спутника жителя тропиков (рис. 91). Но даже с его помощью за сутки удается порой преодолеть не более 2-3 км (Хаген, 1953; Котлоу, 1960). По лесным тропам, проложенным животными или человеком, можно идти со значительно большей скоростью (2-3 км/час).

Рис. 91. Образцы (1-4) ножей-мачете.

Но если нет даже такой, самой примитивной, тропинки, передвигаться следует по гребням холмов или по каменистым руслам ручьев (Barwood, 1953; Clare, 1965; Surv. in the Tropics, 1965).

Заросли первичного тропического леса менее густы, но во вторичном тропическом лесу видимость ограничивается несколькими метрами (Ричарде, 1960).

Ориентироваться в такой обстановке чрезвычайно трудно. Достаточно сделать шаг в сторону от тропы, чтобы заблудиться (Аппун, 1870; Норвуд, 1965). Это чревато серьезными последствиями, так как человек, сбившись в пути в лесной чаще, все больше и больше теряет ориентацию, легко переходит грань между трезвой рассудительностью и лихорадочной паникой. Обезумев, мечется он по лесу, спотыкается о кучи бурелома, падает и, поднявшись, снова спешит вперед, уже не думая о верном направлении, и, наконец, когда физическое и умственное напряжение доходит до предела, он останавливается, не в силах сделать ни шагу (Кольер, 1970).

Обычные методы ориентирования по местным предметам, которыми пользуются при передвижении в тайге или лесах средней полосы (по расположению ветвей, характеру древесной коры и т. п.), в джунглях совершенно неприемлемы. «Наш старый способ определения севера по мху, растущему на затененной стороне деревьев, в джунглях неприменим, – писал В. Г. Норвуд (1965). – Мхи и паразиты растут здесь везде, где только могут зацепиться, облепляя дерево со всех сторон». Поэтому во время перехода, чтобы не сбиться с маршрута, через каждый 50 м намечают какой-либо заметный ориентир. Правильность избранного направления периодически сверяют по компасу (Brennan, 1953).

Листья и ветви деревьев образуют настолько плотный полог, что можно часами идти по тропическому лесу, так и не увидев неба. Поэтому проводить астрономические наблюдения можно лишь на берегу водоема или обширной просеке.

Во время марша в джунглях нож-мачете должен быть в руке всегда наготове, а вторая рука должна оставаться свободной. Неосторожные действия ведут, порой, к серьезным последствиям: схватившись за стебель травы, можно получить глубокие долго не заживающие порезы (Левингстон, 1955; Turaids, 1968). Царапины и ранки, нанесенные колючками кустарников, пиловидными краями листьев пандануса, обломанными ветвями и т. п., если их немедленно не смазать йодом или спиртом, инфицируются и нагнаиваются (Van-Riel, 1958; Surv. in the Tropics, 1965).

Иногда после долгого утомительного пути через заросли и лесные завалы сквозь деревья вдруг блеснет река. Конечно, первое желание – окунуться в прохладную воду, смыть с себя пот и усталость. Но окунуться «с ходу», разгоряченным, это значит подвергнуть себя большому риску. Быстрое охлаждение перегретого организма вызывает резкий спазм сосудов, в том числе и сердечных, за благополучный исход которого трудно поручиться. Р. Кармен в своей книге «Свет в джунглях» описал случай, когда кинооператор Е. Мухин после длительного перехода в джунглях, не остынув, нырнул в речку. «Купание оказалось для него роковым. Едва закончив съемки, он свалился замертво. Сердце замирало, еле довезли его до базы» (Кармен, 1957).

Реальную опасность для человека при купании в тропических реках или при переходе их вброд представляют крокодилы, а в южноамериканских водоемах пирайи, или пираньи (Serrasalmo piraya) (рис. 92) – небольшие, с человеческую ладонь, рыбы черной, желтоватой или фиолетовой окраски с крупной чешуей, словно присыпанной блестками. Выдающаяся вперед нижняя челюсть, усаженная острыми, как бритвенные лезвия, зубами, придает ей какую-то особую хищность.

Рис. 92. Пиранья.

Пираньи обычно ходят косяками, насчитывающими от нескольких десятков до нескольких сотен и даже тысяч особей.

Кровожадность этих маленьких хищниц порой несколько преувеличивают, но запах крови вызывает у пираний агрессивный рефлекс, и, напав на жертву, они не успокаиваются до тех пор, пока от нее не останется один скелет (Островский, 1971; Даль, 1973). Описано немало случаев, когда люди и животные, подвергшиеся нападению стаи пираний, были буквально растерзаны заживо в течение нескольких минут.