По Байкалу - Волков Сергей Юрьевич - Страница 78

Вторая группа расположена в 150 м на северо-запад от первой группы на гладкой поверхности серого мраморовидного известняка. Рисунки изображают всадников, стреляющих из луков косуль, яка, сцену встречи охотничьей собаки с медведем. Эта группа относится примерно к VI–X вв.

Третья расположена в 160 м на северо-восток от первой. Рисунки нанесены легкой резьбой на небольшом выступе серого мраморовидного известняка и изображают условный знак в виде неправильного шестиугольника с линиями внутри.

Четвертая группа рисунков сохранилась на гладкой поверхности большой плиты, упавшей со скалы и сейчас расположенной у самой подошвы горы Сахюртэ. На ней высечены фигуры сохатых, коз, маралов, лошадей и быков.

На вершине горы Сахюртэ сохранились остатки городища курыканского времени, обнесенного каменной стеной, и сторожевая сигнальная вышка. Примерно в 3 км на запад от горы Сахюртэ, на левом берегу р. Анги, на скале из серого мраморовидного известняка сохранилось высеченное изображение всадника в монгольской одежде.

МЕЖРЕГИОНАЛЬНЫЙ ЭТНОКУЛЬТУРНЫЙ ФЕСТИВАЛЬ ЁРДЫНСКИЕ ИГРЫ

Долина р. Анга со священной горой Ехэ Ёрдо

14. ГОРА ЕХЭ ЁРДО

Ёрдынские игры – межрегиональный этнокультурный фестиваль, называемый в старину Ёрдойн наадан (Ёрдынские игры). Свое название игры получили от имени сопки Ехэ Ёрдо в долине р. Анги. У ее подножия ежегодно, вплоть до XVII–XVIII вв., проводился крупный межродовой бурятский праздник. Открыл для науки забытые местным населением Ёрдынские игры в XIX в. классик бурятского фольклора и шаманизма М.Н. Хангалов,[14] и в конце ХХ в. инициировал своими публикациями возрождение игр доктор исторических наук, профессор Д.С. Дугаров. Впервые после долгого перерыва возрожденные Ёрдынские игры состоялись в июле 2000 г., и тогда же было принято положение, согласно которому этот национальный праздник должен проводиться один раз в четыре года.

ИСТОРИЧЕСКИЕ СВИДЕТЕЛЬСТВА О ЁРДЫНСКИХ ИГРАХ

Гора Ехэ Ёрдо (N52°47,460’ E106°31,723’, высота над уровнем моря – 491 м) находится в 2 км от Байкала на правом берегу р. Анги, в 9 км от пос. Еланцы (в 4 км от моста на дороге Еланцы – МРС через р. Ангу, ниже по течению). Она одиноко возвышается среди ровной поверхности долины и из-за правильной куполообразной формы издалека может быть принята за искусственный насыпной курган. На самом деле гора высотой 34 м сложена горными породами гнейсами и гранитными пегматитами, характерными для данного района Прибайкалья. При внимательном осмотре сопки можно видеть громадные природные гранитные плиты, вросшие в землю, и убедиться, что гора – естественного происхождения. По мнению геологов, на ней нет никаких признаков, которые указывали бы на ее искусственное происхождение. Нет и на ее вершине или рядом характерных для народов Азии культовых пирамидальных груд камней – обо, которые свидетельствовали бы, что в древние времена к этой горе во время праздника приносили и привозили камни. Необычность сопки заключается в том, что она стоит на ровном пространстве поймы Анги, ее конус отчетливо виден со всех сторон, и эта гора по неизвестным для современников причинам была выбрана древними людьми для проведения самого главного и многолюдного национального бурятского праздника на берегах Байкала. О горе Ехэ Ёрдо существует большое количество старинных народных преданий, но понять из их содержания, почему именно она ежегодно становилась центром национального бурятского праздника и вокруг нее на протяжении нескольких дней и ночей исполнялся круговой танец, уже сложно. Летописных свидетельств о проведении этих игр не сохранилось, а в памяти людей стерлись многие детали и причины столь грандиозного праздника.

По рассказам местных жителей, весной, когда вскрывались реки, земля покрывалась первой зеленью и заканчивалась перекочевка с зимников на летники, скот нагуливал вес и наступало обилие молочных продуктов, буряты, монголы, якуты, эвенки с древнейших времен проводили особые обрядовые игры, воспевающие пробуждение природы. Игры носили общее название Эрын гурбан наадан (три игры мужей). У подножия горы Ехэ Ёрдо в стародавние времена проходили большие игры – Ёрдойн наадан. Популярность этого праздника была так велика, что на него съезжались гости из самых далеких уголков всего Прибайкалья и даже с восточного берега Байкала. Особенно много было молодежи, которая хороводила все дни и ночи напролет. Во время праздника «красивые и хорошие девицы находили хороших, умных и метких мужей».

Иногда, рассказывают старожилы этих мест, приезжало до двух-трех тысяч человек. Во время праздника вокруг священной горы Ехэ Ёрдо устраивался грандиозный обрядовый круговой танец, продолжавшийся 6 дней и ночей, в котором одновременно участвовало свыше 700 человек (по данным спутниковой навигации, окружность горы у основания около 600 м). Аналоги проведения столь больших хороводов вокруг природных объектов нигде больше в Прибайкалье, да и во всей Азии, не известны. Обязательное условие праздника: участников должно собраться столько, чтобы танцующие вокруг горы, взявшись за руки, могли сомкнуть хороводный круг вокруг нее. Если круг не смыкался, игры считались неудачными и приехавшие быстро разъезжались. В соответствии с этим и в целом год признавался неудачным, не несущим людям счастья и благ. Рассказывают, что в отдельные годы количество танцующих на праздниках было так велико, что образовывали три и даже четыре круга вокруг сопки, а за время праздника танцоры снашивали по нескольку пар обуви. Кроме национального хороводного танца – ёхора, во время праздника устраивали состязания певцов, сказителей. Традиционными с древних времен соревнованиями, проводимыми после обязательного общего молебствия, были стрельба из лука, национальная борьба и конные скачки. Молодые люди могли продемонстрировать свои лучшие качества: силу, выносливость, ловкость. В дни праздника буряты узнавали, кто лучше всех скачет на коне, кто сильнее в национальной борьбе, а кто – самый меткий стрелок из лука. Завоевать звание лучшего было весьма престижным и сулило удачу. Победители получали значительные призы, которые бывали очень велики: скот, выставленный как приз, исчислялся сотнями, а победа в конных скачках, иногда устраиваемых как состязание женихов, сулила руку прекрасной девушки. О победителях слагались улигеры, самые ловкие и сильные прославлялись на года. В XII–XIII вв., во времена правления Чингисхана и его потомков, победителей подобных состязаний хан отбирал в личную свиту или ставил во главе войсковых подразделений, ибо ловкость, меткость, сила были необходимыми качествами во время военных действий.

Приготовление к главному национальному празднику, по свидетельству бурятского ученого М.Н. Хангалова, начиналось за 2 месяца, буряты покупали и шили себе обновы, готовили рысаков, особенно старательно готовились к празднованию борцы. Традиция проведения весеннего праздника среди кудинских, верхоленских и ольхонских бурят существует с давнего времени. Этнограф М.Н. Хангалов отмечает: «Этот праздник бывает раз в году весною, когда растает снег и наступит тепло, обыкновенно стараются подогнать время его назначения по времени открытия суглана в думе (сходка для совещания о внутренних делах ведомства)». Происхождение Ёрдынских игр также было, возможно, связано с праздником хатарха (игры загэтэ аба, имевшие распространение в XIII–XIV вв.) во время облавной охоты, но в настоящее время большинство исследователей склоняются к версии, что Ёрдынские игры были традиционным весенним тайлаганом, так как для обрядовых действий перед облавной охотой такого длительного срока проведения ритуальных 6-дневных танцев не требовалось. И никакая облавная охота не могла бы заставить везти своих дочерей за сотни километров из удаленных стойбищ для танцев вокруг горы Ехэ Ёрдо.