Сломанный меч Империи - Калашников Максим - Страница 63

В эти годы итальянцы выжимают из СССР сотни миллионов долларов за стройку ВАЗа с его отсталой уже тогда технологией. И первые взятки ложатся на швейцарские счета высокопоставленной номенклатурной мрази. Потом, чтобы легализовать их, она пойдет на развал Союза и уничтожение флота. В четвертый раз за последние полтора века…

ГЛАВА 14

ПРЕРВАННЫЙ ПОЛЕТ «ОРЛАНОВ». РУССКИЕ КРЕЙСЕРЫ — ТЯЖЕЛЫЕ, АТОМНЫЕ, РАКЕТНЫЕ…

1

Мы создаем эту книгу не как плач по потерянному величию. Хотя можем исписать десятки страниц, изображая нынешнее (писано в 1996-м) состояние того, что некогда было флотом великой Державы.

— Мы хотим показать то, чем мы могли стать. Свято веря в грядущий подъем Русской православной державы, убеждены: наш флаг еще вернется в океаны. Имперский флаг!

… В начале 80-х в нашей стране был разработан проект бронированных океанских исполинов — тяжелых атомных ракетных крейсеров (ТАРК) типа «Орлан». Корабли в 28 тысяч тонн водоизмещения, длиной в 251 и шириной в 28,5 метров, «Орланы» прочились в пенители морей с 30-узловым ходом и неограниченной дальностью плавания. От Арктики до Антарктики, от Курил до мыса Доброй Надежды. И каждый должен был стать флагманом эскадры, ударного соединения.

В ТАРКах были учтены уроки всех последних войн. И смертоносность крылатых ракет для слабозащищенных кораблей, и мощь западной авиации со сверхточным оружием, и высокая эффективность подлодок американцев. И даже необходимость быть готовым не только к ядерной войне или охоте за субмаринами НАТО. Крейсер нового типа создавался и как мощная машина артиллерийских ударов по наземным силам противника.

Но главной задачей ТАРК ставилось уничтожение авианосцев, линкоров и крейсеров США — с прорывом через их мощные средства обороны, с нанесением убойных ударов крылатыми ракетами. Ныне их в России всего три. Два в действии, один — в бездействии из-за того, что ему уж пять лет не делали капитальный ремонт.

Глаз невозможно оторвать от этих красавцев. Стремительные обводы и высокий полубак (чтобы выдерживать крутую волну на полном ходу). И даже массивная пирамидальная надстройка не делает их неуклюжими.

Вот они, владыки морей имперской цивилизации, так и не успевшей разбить старую скорлупу. Мы замирали перед ними, как когда-то археолог Кольдевей перед величественными стенами древних империй. Как перед свидетельствами исполинской мощи нашего народа, о слабости и немощи коего нам кричат и шепчут со всех сторон…

2

Командир ТАРК «Адмирал Нахимов» с гордостью водил по кораблю тогда еще вельможного вице-премьера Олега Сосковца. Был май 1996 года, но над Североморском шел снег. Мы не замечали его…

Если системы наблюдения «Нахимова» засекут атаку неприятельских самолетов или крылатых ракет, то в действие вступят два бортовых комплекса «Риф» С-300 — на носу и на корме. Уникальные машины, способные попадать своими ракетами в летящую ракету врага. Это все равно, что пулей сбивать выпущенную в тебя пулю. Оба С-300 способны одновременно «вести» двенадцать целей. Их боезапас — сто противоракет.

Но если кто-нибудь из них все-таки прорвется, то в дело вступит зенитный комплекс ближнего боя «Оса». Или система «Форт» в коей соединены сверхскоростные ракеты и 30-миллиметровые пушки со скорострельностью в 6 тысяч выстрелов в минуту. Все, что прорвется к ТАРКу на расстояние в пять верст будет разнесено в куски. Будь то крылатые «Гарпун» и «Томагавк», «Фантом» или «Торнадо», планирующая бомба или мчащийся торпедный катер.

Когда бьет «Форт», то вспышки выстрелов вытягиваются в длинные бледно-красные лучи. И кажется, что с крейсера ударили фантастические лазерные установки. Чудеса высокой технологии, ракетно-пушечные «форты» создают крейсеру незримую и невесомую, но при этом — мощнейшую «броню».

Что? Подлодка врага? Десять миль, пеленг двести семьдесят? Из торпедного аппарат «Нахимова» выстреливается комплекс «Водопад». Взяв след под водой и занеся данные в борткомпьютер, длинная «сигара» взмывает из моря ввысь, включая ракетный двигатель. Упав в волны в рассчитанной точке, «Водопад» пронижет толщу вод уже как самонаводящаяся торпеда. С одной только целью — нагнать врага и разорвать его прочный корпус. «Водопад» может поражать субмарины врага в радиусе 45 верст от крейсера. А еще для борьбы с ними «Нахимов» несет три вертолета, скрытые в прочном ангаре на юте. А за кормой буксируется чуткая гидролокационная станция «Волна»

Они успели выстрелить? Шум винтов торпед? Моментально в сторону угрозы разворачиваются три десятитрубных бомбомета. С ревом вылетают огнехвостые снаряды. На пути несущейся к крейсеру торпеды они ставят плавучее «защитное поле». Упав в воду, бомба становится небольшой акустической миной, поддерживаемой на поверхности поплавком. И вражеская торпеда не прорвется сквозь них: мины сработают от близкого шума ее винтов. В море встанет стена взрывов, и от них детонируют боеголовки торпед, раскалываются их корпуса…

Все, что попадет в зону видимости ТАРКа, подвергнется огню его носовой 130-миллиметровой башни со спаркой орудий.

Она бьет в темпе 90 выстрелов в минуту — как целый артиллерийский дивизион времен Второй Мировой. Или как артиллерия трех крейсеров типа «Киров» 1941-1945 годов с 27 орудиями. А тут — всего одна башня! В морском огневом бою выигрывает тот, кто быстрее и точнее стреляет. Пушки же ТАРКа наводятся локатором… «Нахимов» вызывает в памяти детские грезы. Такими нам представлялись бои звездолетов в дальнем космосе…

Но главная ударная сила ТАРК — 70 сверхзвуковых крылатых ракет «Гранит» с радиусом боя в 600 километров. Внезапно тяжелая броневая крышка на корме крейсера легко откидывается вверх, и оттуда, в дыму и на огненном «столбе», взмывает вверх ракета. Получив целеуказание с самолета-наводчика, «Гранит» ложится на боевой курс, прижимаясь в своем полете к самой воде. «Нахимов» ведет почти непрерывный огонь «крылатой смертью» — ракеты заряжены в его трюме в особую барабанную установку — как патроны в револьвер. «Граниты» до сих пор остаются непревзойденным оружием. Они идут на жертвы «мыслящим роем», обмениваясь друг с другом информацией, распределяя между собой цели. Бортовые станции помех сбивают работу вражеских систем ПВО.

И даже если враг сумеет сбить большинство «Гранитов» — уцелевшие вонзятся во вражеские борта, разметут взрывами их металлические внутренности. А коли боеголовки ракет будут ядерными — то от одного-единственного «Гранита» превратится в облако раскаленного газа даже трехсотметровый авианосец с сотней самолетов и трехтысячным экипажем.

А ведь «Нахимов» не пойдет в бой одиночкой. Он — центр эскадры, и вокруг его — послушные флагману эсминцы, большие противолодочные корабли и субмарины. Которые тоже засекают и разят врага. Беспощадно и точно.

«Нахимов» вошел в строй в 1989 году — вторым после однотипного ему «орлана» — «Адмирала Ушакова». Сегодня нам твердят: флот не был готов к ним, не было построено доков для таких кораблей. У страны, мол, не хватило сил. Но мы видим нынешнюю РФ, которая уже раз в шесть слабее и беднее СССР. И мы видим, как в этой Эрэфии, не щадя огромных средств, воздвигают бетонные муляжи храма Христа Спасителя, как и множество других вещей. Нужных сегодня, как балетная школа при отражении танковой атаки. И когда нам говорят, что это делается не за счет федерального бюджета, а за счет местного (московского, регионального, внебюджетного), мы отвечаем: ложь. Ибо все это — одни и те же ресурсы, одни и те же силы одного русского народа!

Доки для «Орланов» мы построить могли. Но для этого в Кремле 80-х должны были сидеть воины и патриоты, а не продажные слюнтяи с блудливыми языками.

Полет «Орланов» прервали.

3

Мы могли вывести в море многое, и главные силы Империи были на Северном и Тихоокеанских флотах. У нас и помимо «Орланов» кое-что имелось.