Сломанный меч Империи - Калашников Максим - Страница 103

А уже возник блок НАТО, и откормленные западные дивизии нависли над нами, питаемые перевозками «США-Западная Европа». Америка грозила нам настоящей войной. Надо было что-то делать, надо было выходить в Атлантику. Без авианосцев, без тяжелых надводных кораблей тогда можно было рассчитывать только на лодки.

Нам пришлось сделать чудовищный рывок, чтобы догнать США. Изо всех сил создавая атомную бомбу, мы были вынуждены создавать и атомные лодки. Ибо и тут США нас опередили…

В июле 1947 года ядерный центр в Лос-Аламосе посещает группа энергичных морских офицеров США во главе с капитаном II ранга Хайменом Риковером. В беседе с отцом водородной бомбы Эдвардом Теллером он предлагает: США должны строить лодку с атомным двигателем! Теллеру сие понравилось.

Восемь долгих лет ушло на воплощение замысла у Риковера, этого «робота с железными кулаками». В 1947 г. он вошел в Комиссию по атомной энергии США во главе с крупнейшим воротилой еврейского бизнеса, Бернардом Барухом, а в 1950-м Конгресс США решил ассигновать средства на подготовку к предсказанной Объединенным комитетом начальников штабов III мировой войне. Дело пошло, набирая обороты.

14 июня на верфи в Нью-Лондоне, штат Коннектикут, был торжественно заложен киль первой атомарины, «Наутилуса». Спустя три месяца, 17 сентября 1952 года, Сталин подписывает постановление о создании в СССР атомной подлодки. Мы пошли вдогон.

17 января 1955 года с борта «Наутилуса» пришла радиограмма: «Идем на атомной энергии!». Началась новая эра гонки вооружений. Риковер стал национальным героем Америки.

У нас отцом атомарин стал академик Николай Никитич Исанин. И если Риковер купался в лучах славы, если его имя знал любой американец, то Исанин умер в марте 1990 года, неизвестный народу собственной страны ни при жизни, ни после смерти. Русский самоотверженный гений, 1904 года рождения, лауреат Ленинской и Государственной премий, Герой труда…

Нагонять Штаты пришлось напряженно и долго. Первая имперская атомарина, К-3 «Ленинский комсомол», была заложена на Северном машиностроительном заводе в Северодвинске в 1955 и вышла в море в 1958 году. Но американцы уже успели уйти вперед. Они готовили дать лодки типа «Джордж Вашингтон», стреляющие из-под воды баллистическими ракетами стратегического назначения. То были лодки уже 2-го поколения, и первая в США уйдет в плавание в 1961-м, в год полета Юрия Гагарина.

А мы все еще бились над первым поколением. «Ленинский комсомол» открыл серию из 13 атомарин, прозванных на Западе «Ноябрями». Потом последовали корабли проекта 668 — 8 лодок, коих за океаном величали серией «Отель». Наконец, СССР спустил на воду 29 самых совершенных своих АЛЛ проекта 675 — с восемью крылатыми ракетами на борту, запускаемых из надводного положения. Эти лодки могли нести и сверхмалые субмарины-диверсанты. Служили они долго — до 1992 года.

«Вам не видать таких сражений!» То было время лихорадочной гонки. В конце 50-х АПЛ США «Наутилус» и «Скейт» достигают Северного полюса и всплывают, проломив рубками льды. То был опасный поход: на «Наутилусе» во время подводного перехода даже вспыхнул пожар на борту. Его удалось потушить.

4

У нас к полюсу в 1962 году пошла АПЛ «Ленинский комсомол», ведомая кавторангом Львом Жильцовым. Вместе с «железным Рюриком» — инженер-механиком Тимофеевым. Оба они стали Героями Союза. Потом в опасные подледные плаванья пошли другие командиры. Александр Петелин. Юрий Сысоев. Протопов. Чернавин. Славные русские имена!

То было трудное, напряженное время. В воздухе пахло ядерной войной. Тогда она была более чем возможной. Опередив нас в развитии атомных лодок, Штаты рвались в наши арктические воды. Мы бережно храним книжечку М.Кореневского «Курс норд, идем подо льдами», изданную еще в 1967-м. И вчитываемся в ее строки, ощущая пульсацию тех лет:

«… „Арктическую стратегию“, предусматривающую нанесение ударов по СССР через районы Крайнего Севера, Пентагон разрабатывает уже второе десятилетие… В течение нескольких последних лет было совершено около десятка арктических подледных походов американских атомных субмарин с чисто военными целями. Эти плавания, заявил американский адмирал Б. Х. Хоукес, открыли „совершенно новый театр для ведения стратегических операций“. „Расстояние от района Шпицбергена до важнейших русских целей; — писал журнал „Нейви“, — сравнительно невелики“. А командующий флота США вице-адмирал Э. Гренфелл заявил:

Сталин предусмотрительно объявил русской территорией огромный полярный «клин», острие которого упиралось в полюс, а основание покоилось на северных рубежах Империи. И как это он предвидел, что в американских штабах будут вычерчивать трассы ядерных ракетных ударов из Баренцева, Карского морей, из Моря Лаптевых? Надо было защитить этот клин от чужих вторжений, и задача эта пала на плечи еще совсем не океанского имперского флота.

Американцы лезли в Северный Ледовитый океан с отчаянной храбростью. Командир лодки «Скейт» Джеймс Калверт вспоминал, как случилось ему взламывать лед при всплытии, как он «невольно напряг все мускулы в ожидании сильного удара, который мог означать катастрофу», как будто «его всего выворотило» и как с кораблем «произошло что-то странное…». Ударившись о тонкий лед, «Скейт» стал вдруг проваливаться в океанскую бездну, и команде с трудом удалось остановить погружение на глубине в сорок шесть метров.

Но мы не дали американцам господствовать в нашем Заполярье. Освоили походы над бездной холодных и мрачных глубин, над пиками подводного хребта Ломоносова. Ох и тяжко это давалось! Вблизи от полюса сходят с ума магнитные компасы. И электрические, на гироскопах, тоже начинают безбожно врать. Здесь штурманам приходилось переходить на систему квазикоординат, переворачивая с ног на голову привычную географию. У полюса сам полюс для штурманов перемещался на экватор, и вместе с ним переворачивалась вся сетка меридианов и параллелей. «Квазиэкватор» же пролегает через привычный полюс.

«… Теперь атомоход отделен от поверхности земного шара могучей преградой — многометровой ледяной броней. Люди ощущают этот барьер почти физически — даже те, кто не впервые подо льдами. И каждый, кому надо пройти через центральный пост, невольно задерживает взгляд на шкале прибора, показывающего толщину льдов. И на экран подводного телевизора хочется глянуть: нет ли в черном куполе над кораблем хоть какого-нибудь просвета? Просвет — это выход на поверхность…

И Лев Жильцов думает сейчас о выходе наверх: за 83-й параллелью ему приказано всплыть. Значит, скоро надо начинать поиски.

Полынью поймает объектив телеустановки. Если при этом ледомер покажет «ноль» — значит, «телеглаз» не ошибся: над кораблем чистая вода. И все-таки хочется увидеть полынью или разводье собственным глазом. Поэтому у зенитного перископа назначается вахта…

— Беспросветно! — не то шутит, не то сердится наблюдатель. И вдруг: — Вижу полынью!

Началось трудное маневрирование. Это очень непросто — с большой глубины попасть точно в центр разводья. А ошибиться нельзя. Ювелирная точность нужна в действиях командира, горизонтальщика, трюмных машинистов, электриков, для того, чтобы гигантская сигара, преодолевая инерцию большой силы (масса-то огромная!), в нужный момент замерла, переместилась чуть вперед или назад — ни на метр больше, чем требуется», — так рассказывает журналист-очевидец тех походов.

5

За полярной эпопеей был кругосветный поход 1966 года. И все же мы еще отставали. В 1960-м Штаты располагали тремя АПЛ с сорока восемью ракетами. У нас тогда еще не было ни одной. В 1961-м появились лодки типа «Джордж Вашингтон», которые могли поражать цели уже с дистанции в 2200 километров. Мы похвастаться подобным тогда еще не могли.

И все-таки мы не сдались. Мы строили свои планы создания мощного подводного флота. Империя решила: у нее будут подводные ракетоносцы для ударов по территории США. У нее будут не только эти «убийцы городов», но и атомные лодки — истребители вражеских АПЛ. А рядом с атомными — и дизель-электрические лодки, к каковым США относились весьма прохладно.