Да здравствует «Застой»! - Буровский Андрей Михайлович - Страница 7

Изобилие наград? А давайте сравним с числом наград любого политика, долго возглавлявшего великую державу? Например, Франклина Рузвельта? Так вот, у Рузвельта было около 300 наград. А своего американского Роя Медведева не нашлось: Рузвельт шутить не любил, и журналисты, писавшие о нем слишком борзо, порой исчезали. Это к вопросу о жестокости террористического советского режима и ангельской кротости американской демократии.

Любил Леонид Ильич и похвалу, даже лесть. Он прожил нелегкую жизнь, ему была приятна высокая оценка того, что он делал. Порой бывает трудно отличить политику от этой любви к славословию.

Взять хотя бы истории, связанные с трилогией Л.И. Брежнева «Малая Земля», «Возрождение», «Целина»…[19]. Если верить упорным слухам, писал книги не Леонид Ильич, эти брошюры, воспоминания Брежнева, были заказаны группе известных советских журналистов. Культ личности Брежнева? Да… И он тоже был. К концу 1970-х в стране уже наблюдался культ личности Брежнева, сравнимый с аналогичным культом Хрущева. Когда в 1977 году на экраны вышел фильм «Солдаты свободы», в его последней серии Е. Матвеев сыграл роль молодого полковника Брежнева. Тут же начались разговоры о «возрождении культа личности», на этот раз не Сталина, а Брежнева. Система «восхваления вождя» сохранилась и после смерти Брежнева – при Андропове, Черненко и Горбачеве.

Но была в выпуске этих книг и совсем другая политика: через биографию Брежнева показать историю страны… показать так, чтобы укрепить ее официозное понимание. И авторитет Брежнева укрепить. А то о нем слишком много анекдотов рассказывают…

Трилогию Брежнева включили во все школьные и вузовские программы, сделали их обязательными для «положительного» обсуждения во всех трудовых коллективах… и добились прямо противоположного результата. Множество людей честно пытались найти некие глубины в творениях Брежнева. «Раз все читают, в этом же, наверно, что-то есть!» Не находили, естественно, и начинали сердиться…

А непочтительная молодежь, на которую и была в первую очередь рассчитана пропагандистская кампания, сочиняла новые анекдоты и придумывала стихотворные матерные переложения «Малой Земли». Некоторые переложения довольно остроумны, но ни при каком цензурном уставе не смогут быть опубликованы в печати.

Появлялись и вполне «взрослые» анекдоты. Например: «Приходит ветеран Великой Отечественной войны в обком КПСС. «Квартира маленькая… Дачи нет… помогли бы…» – «Кому помогать?! Тебе?! Уходи, старик!!! Ты что делал, гад, в 43-м, когда лучшие люди на передовой, на Малой Земле Родину от фашистов спасали? А?! Ты под Сталинградом в окопах отсиживался, крыса тыловая?! Да?!»

Что принципиально важно: все слабости Брежнева молва раздувала до невероятия. А вот хороших сторон никто не видел.

Закономерности и странности личной жизни

Давно известно, что великие государственные личности не имеют никакой личной жизни. Их судьба – путь к власти и жизнь «наверху», а всякие там личные переживания, личные интересы и личные склонности – побоку. Как и всякие радости жизни, что бы под ними ни понимать. Если так, то Л.И. Брежнев не был великим человеком.

Его внуку, Андрею Брежневу, он запомнился «веселым и жизнерадостным человеком. Он стал замыкаться в себе с возрастом. А до этого любил застолье, охоту, друзей. Есть много семейных фотографий, где он молодой, на природе жарит шашлыки. Разложен костер, рядом родители, их друзья, знакомые Леонида Ильича и Виктории Петровны. Это было счастливое время».

Брежнев имел то, что называют дружеским кругом. Не только сослуживцев, которым благоволил, но именно друзей, с которыми общался, но не вел никаких дел. В Красноярске жил человек, трудившийся освобожденным партийным секретарем на одном из заводов. Неплохая карьера, но сравнить его положение с положением Брежнева невозможно даже в шутку. Так, низовая партийная номенклатура. И конечно, ни для каких дел или интриг был он Брежневу совершенно не нужен.

Но этого человека два раза в год Леонид Ильич звал в Москву – под Новый год и в День Победы. Что характерно – своего знакомства времен Малой Земли этот человек не афишировал, и в карьере никак не использовал. Я эту историю знаю потому, что внук друга Брежнева участвовал в одной из моих археологических экспедиций. Подписанные его деду книги Брежнева я видел своими глазами в его доме (разумеется, называть фамилию этой семьи я не стану).

Вот так. Два раза в год встречались несколько фронтовых друзей. Пили водку, вспоминали, обсуждали жизнь и положение в стране. Друзей Леонид Ильич был готов поддерживать, если им кто-то мешал. Порой предлагал помочь карьере, но не настаивал… А друзьям от него этого и не было нужно. Похоже, они искренне любили его самого. Брежнев дарил друзьям всякие мелочи типа американских авторучек с голыми девками или альбомы с хорошими репродукциями художников. Дед моего ученика отдаривался кедровыми шишками. Так и встречались с 1940-х до начала 1980-х, пока возраст не начал беспощадно уводить из жизни их одного за другим. Но друзья так и встречались до самого конца Леонида Ильича.

О любовницах Брежнева рассказывается много. Большая часть этих историй полна нелепостей и несуразностей, но есть и подлинные. Не буду лезть в эти истории, ловить на вранье холуев, обсуждающих половую жизнь барина и выяснять, что же именно тут правда. Важнее другое: своих женщин Леонид Ильич не забывал, поддерживал и, судя по всему, не стремился все время менять. Его романы – не разовые встречи «по случаю», а любовные приключения, с чувствами и отношениями.

У Брежнева была и своя духовная жизнь, свое личное отношение к местам и событиям. Самый молодой генерал МВД, В. Панкин, начинавший службу в Курске, вспоминает в своем интервью: «Генсек выходил, как правило, из вагона в спортивном костюме и легких ботиночках. Руководство Курской области встречало его на перроне. Он почему-то часто обращался ко мне. Интересовался селом Брежневка, откуда родом его родители: «Как там дубрава?» Кто-то опрометчиво сказал, что вырубили, и Леонид Ильич расстроился. Вспоминал, как подростком поджидал с друзьями девчат, которые несли в подолах орехи. «А мы их за сиськи тискали». «Леонид Ильич! Леонид Ильич!» – увещевал его Черненко».

Иногда доводится слышать, что Брежнев никогда не читал Ленина и Маркса, вообще практически не брал в руки книг. Что его чтение ограничивалось «Огоньком» и «Крокодилом»[20].

Это трудно принимать всерьез, потому что Брежнев знал наизусть почти всего Есенина и почему-то длинную поэму Дмитрия Сергеевича Мережковского «Сакья-Муни». Почему именно ее – совершенно невозможно понять, потому что Мережковский официально считался упадническим и декадентским поэтом… И вообще умер в Париже в 1941-м. И почему именно мистическая «Сакья-Муни»?

А еще Брежнев сочинил такое стихотворение: