Меч генерала Бандулы - Булычев Кир - Страница 21

Отец читал, а Игорь тем временем потихоньку вынул меч из ножен и рассматривал блестящую, как будто новенькую, сталь лезвия с вытравленными на нем узорами.

– Булатная сталь, – сказал Шурыкин, – секрет потерян. Теперь так делать не умеют.

– Почему не умеют? – возразил Володя Зеленко. – В наше время есть стали, не уступающие булатным. Просто нет необходимости делать мечи.

– Булатная сталь перерезает платок на лету, – сказал Шурыкин.

– Вот мой платок, – ответил Зеленко. – Попробуйте разрубите.

– Не надо, – испугался Игорь. – Ведь меч старинный.

– Будешь еще саблей махать, – сказала Шура Шурыкина Володе, – зарубишь кого-нибудь.

Из шурыкинской двери выглянула Наташа и спросила:

– Прислали подарки?

– Спать сейчас же! – крикнула на нее Шура.

– Вот ты мне не верил, – сказал Игорь отцу, – а ведь меч лежал-таки у бабушки.

– Следующий раз не пиши моей маме без разрешения. Могли быть неприятности. Разве можно перевозить за границу оружие? – ответил папа.

– Тебе просто обидно, что не ты догадался, – сказал Игорь.

Ничто не могло омрачить его торжества. Меч Исаева, а может, даже тот самый исчезнувший меч бирманского генерала Бандулы лежал перед ним на столе, и Игорю ужасно хотелось попросить Зеленко немедленно поехать с ним к историку и показать ему меч.

Игоря, по правде говоря, мучила еще одна мысль. А вдруг отец отнимет меч и передаст его, например, в посольство? И никто не узнает о заслуге Игоря. Ему ведь предстояло еще написать вместе с мистером Роджерсом научную статью в журнал.

– Господи, двенадцатый час, – вдруг сказала мама, – а Игорь не спит.

– Я не маленький, – ответил Игорь. Ему меньше всего на свете хотелось идти спать.

– Игорь! – сказал отец построже.

Ссориться с родителями не следовало. Но отступить без всякого сопротивления Игорь не мог.

– Тут еще письма, – сказал он. – Надо бы прочитать.

– Не бойся, – сказала мама, – мы их читать не будем, пока ты спишь. Мы сами сейчас спать пойдем. Завтра разберемся.

Когда Игорь уже почистил зубы и лег, он услышал, как в соседней комнате потихоньку разговаривают родители. Они говорили, конечно, о мече. Шумел кондиционер, и Игорю, для того чтобы разобрать, что они говорили, пришлось подкрасться к двери. Вообще-то подслушивать плохо, но сейчас разговор касался исторической науки, и ради этого можно отступить от формальностей.

– Не стоит, пожалуй, отдавать эту историю Игорю на откуп, – говорил папа. – Меч не игрушка. А кроме того, он и в самом деле ценный.

– Не знаю, – ответила мама. – Игорь это принимает близко к сердцу.

– Может, завтра поговорить мне с Глущенкой?

– Поговорить не мешает, – ответила мама.

– А меч спрячу.

– Не спрячешь, – очень спокойно сказала мама. – Поставь себя на место сына. Ему уже скоро двенадцать. Он не маленький ребенок. И для него история с мечом – сейчас главное дело в жизни. Может, заинтересуется историей, потом пригодится.

«Молодец мама!» – подумал Игорь.

– А Евгению расскажи, – продолжала мама. – Они с Игорем, по-моему, друзья.

Больше Игорь ничего не услышал. Он постоял еще немного под дверью, потом ему захотелось спать, и он вернулся в постель.

4

В ШКОЛЕ

Утром мама сказала:

– Позавтракаешь, пойдешь в школу – все как полагается.

– У меня горло болит, – сказал Игорь, хотя никакое у него горло не болело.

– Покажи, – сказала мама.

Игорь открыл рот и сказал:

– А-а-а!

Он немного надеялся, что горло красное. Почему бы ему не быть красным? Ведь бывают же такие счастливые люди, у которых горло всегда красное. Вот, например, в Москве, в классе, был такой Сережка Фиолетов, так у него не только горло красное, но и даже ненормальная температура, а так он здоровый.

– Горло чистое, – сказала мама. – Мне бы такое. С таким горлом только в школу и ходить. А письма я сама пока почитаю.

– Мам, – взмолился Игорь, – это нечестно! Если уж я иду сегодня в школу, то ты можешь тоже пожертвовать.

– Хорошо, договорились, подожду, – согласилась мама. – А сейчас беги мойся – и завтракать. Кофе остынет.

У ворот загудел школьный автобус. Игорь, дожевывая на ходу булку, вскочил в него, поздоровался с шофером. В автобусе уже сидели две второклассницы из торгпредского дома. С ними говорить было не о чем. Игорь сел поближе к окну и стал ждать, пока автобус доедет до дома, в котором жил Богданов.

Автобус свернул с Университетской, загудел, распугав с дороги стаю бродячих собак, притормозил у лавочки, в которой парс торговал сигаретами, бананами и мылом. Шофер купил пачку сигарет, а Игорь мысленно подгонял его: скорее! Ведь очень трудно ждать, когда в тебе хранится удивительная тайна. Шофер медленно пересчитал сдачу, залез обратно в автобус, и поехали дальше. Второклассницы щебетали о чем-то своем глупом, девчоночьем. Они бы даже и не поняли, если б им рассказать про меч. Автобус свернул в узкий переулок. У ворот ждали ребята. Но это опять малыши.

Еще поворот. Переулок стал совсем узким, он петлял между невысокими заборами, магнолии свешивали белые цветы прямо на крышу машин, а выше, над ними, раскинулись пламенные деревья.

Миша Богданов стоял перед своими воротами, выжимая на одной руке портфель. Он хотел стать футболистом, как его отец, и потому, как только у него выдавалась свободная минутка, сразу начинал тренироваться. Миша вошел в автобус, держа портфель над головой, сказал всем «привет» и сел рядом с Игорем.

– Ну, что нового, старик? – спросил он.

– Да так, ничего особенного, – сказал Игорь.

– А у нас щенки родились. Пять штук, – сказал Миша. – Это не каждый день случается.

– Да, не каждый, – сказал Игорь.

Помолчали. Потом Игорь не вытерпел.

– Кстати, Миш, – сказал он, – я посылку вчера получил. Из Союза.

– Кто-нибудь приехал?

– Да, сантехник новый.

– Ну, и как там? – спросил Миша. И тут же добавил: – Один щенок белый, а остальные рыжие. Удивительно, а?

– Посылка не из Москвы, – сказал Игорь. – Из Великого Устюга, от бабушки моей.

– Где этот твой Великий Утюг? – пошутил Миша. – На реке Простыне?

– Нет, на Сухоне, между Вологдой и Архангельском. Могу поспорить на твои бутсы, не догадаешься, что она мне прислала.

– Легче легкого: сушеные грибы и варенье из клюквы.

– Ну, будешь спорить?

– Охота была! Мало ли что бабке твоей в голову придет.

– Можешь задавать мне пятнадцать вопросов. А я тебе буду говорить «да» или «нет».

– Лучше так скажи, – ответил Миша. Он немного боялся не угадать и не хотел рисковать бутсами, которые отец купил ему в спортивном магазине напротив индийского кинотеатра «Ритц».

Автобус часто останавливался, и в него влезали все новые ребята из школы.

– Скоро уж приедем, а ты все тянешь, – сказал Миша. – Мне станет неинтересно.

– Ну ладно. Бабушка прислала мне меч, – сказал Игорь.

– Чего?

– Меч. Настоящий, боевой.

– Ну уж рассказывай! Может, она тебе и кольчугу прислала, чтобы комары не кусали?

Тут автобус остановился у школы, и Игорь как ни в чем не бывало спрыгнул на землю и пошел в класс. «Теперь-то уж Мишка не отстанет, – понимал он. – Пусть сколько хочет делает вид, что ему все равно, и шутит себе на здоровье».

Миша догнал Игоря у входа в класс:

– Да ты не беги. Скажи, в самом деле, что за меч.

– Да ничего интересного. Меч как меч. Личное оружие бирманских офицеров королевских времен.

И Игорь сел спокойно за парту рядом с Бригиттой, которая приехала раньше и уже разложила обернутые в голубую бумагу тетрадки и книжки.

– Сегодня у нас какой первый?

– Русский язык, – сказала Бригитта. – Ты написал или тебе дать списать?

– Написал, – ответил Игорь. – У меня большие события. Меч привезли.

– Тот самый? – спросила Бригитта и даже тихонько взвизгнула.

Дело в том, что Бригитта про все знала. И про старика, и про матроса Исаева, и про меч. В тот день, когда Игорь написал бабушке в Устюг письмо, он был в ссоре с Мишкой Богдановым. Такая была не очень крупная ссора, но про меч рассказывать не хотелось. Мишка сказал на переменке довольно громко про Игоря и Бригитту: «Тили-тили-тесто, жених и невеста». Это потому, что Игорь, когда шли на физкультуру, держал Бригиттины тапочки, пока она застегивала портфель. Совсем несерьезный повод для ссоры, просто Игорь такого от Мишки не ожидал.